Что стоит за терактом в синагоге в Питтсбурге?
Американское общество очень радикализировалось в последние годы
Автор газеты “Маарив” Шмуэль Рознер, анализирует причины трагедии в Питтсбурге, где в ходе теракта в местной синагоге погибли 11 человек. Рознер полагает, что произошедшее свидетельствует о радикализации американского общества в целом.
Два года назад были опубликованы обнадеживающие данные о том, что еврейская община Питтсбурга, расположенного на западе Пенсильвании, демонстрирует тенденцию к росту. Группа исследователей из местного университета обнаружила, что за полтора десятка лет численность еврейской общины увеличилась на 17%. Всего в городе проживают 50 тысяч евреев, что составляет около 2% от населения Питтсбурга и окрестностей. Каждый десятый еврей города посещал Израиль. Только трое из десяти евреев города постоянно посещают синагогу. Большинство евреев трудно застать в синагоге. Но невозможно отрицать: евреи Питтсбурга, как и прочие американские евреи, открыты для удара – со стороны правых экстремистов, христианских антисемитов, левых радикалов, чаще всего имеющих мусульманское происхождение. В Америке много оружия и много сумасшедших – вполне достаточно для того, чтобы евреи были частой целью для нападений.
Тем не менее, подчеркивает Шмуэль Рознер, то, что произошло в субботу в Питтсбурге, является исключением, подтверждающим правило. В 2006 году был обстрелян еврейский центр в Сиэтле. Стрелявший был мусульманином пакистанского происхождения. В 2014 году были убиты люди в еврейском центре в Канзасе. Стрелявший был неонацистом. Факт: евреи являются объектом для террора. И чем больше в американском обществе растет градус напряжения и нервозности, тем больше опасений, связанных с такого рода происшествиями. В более легких случаях – нарисованная свастика и избиение прохожих в ультраортодоксальной одежде. В более тяжелых – то, что случилось в Питтсбурге.
При этом необходимо помнить: американское общество защищает евреев, относится к ним с симпатией. Убийцу, отнявшего жизни у прихожан синагоги, будут порицать лидеры всех секторов американского общества. Американские власти предоставят еврейским общинам любые средства для охраны синагог – камеры наблюдения, полицейские наряды и даже, если нужно, агентов ФБР. Те, кто рады трагедии в Питтсбурге (как отмечалось выше, сумасшедших в Америке хватает), будут радоваться тайком, скрываясь в разного рода социальных сетях, где они могут изливать свою ненависть. Подобные сетевые каналы ненависти и гнева разрастаются в США с каждым днем. Нынешняя Америка кипит от гнева, испытывает перманентную тревожность. Гнев тех, кто голосовал за Трампа в качестве протеста против “другой” Америки. Тех, кто не может приспособиться к эпохе Трампа. В США существуют зоны насилия и сопротивления, есть в Америке целые районы, которые культурно отчуждены от процветающих и либеральных прибрежных мегаполисов. В США много скрытой, едва сдерживаемой, ненависти и насилия.
В подобных обстоятельствах, полагает Шмуэль Рознер, американским евреям необходимо обеспечить свою безопасность. Им следует пересмотреть заново режим охраны еврейских учреждений, выделить на это необходимые ресурсы. Им нужно принимать в расчет то, что общество, в котором они живут, очень радикализировалось в последние годы. Это ставит их перед непростыми дилеммами. Евреи чувствуют необходимость активно действовать на общественной сцене, защищать важные для них ценности. Но, к сожалению, американская общественная сцена напоминает ныне кипящий котел.
Все это сулит немалый риск для еврейской общины.
Источник: Курсор
Университеты устарели?
Многие студенты, начинающие учиться на гуманитарных факультетах, со временем понимают свою ошибку
Автор газеты “Гаарец” Амир Хецрони убежден, что в современном мире по целому ряду причин университеты завершают свою роль в качестве массовых учебных заведений.
В октябре в Израиле приступили к занятиям 310 тысяч студентов университетов и колледжей, дающих высшее образование, напоминает Хецрони. Хорошие новости: эти цифры не выросли в нынешнем году. Плохие новости – цифры все еще слишком высокие. Более 100 тысяч студентов изучают гуманитарные и общественные науки. Однако лишь треть из них (по данным центрального статистического бюро) находят работу по специальности после учебы. Да и то эту статистику можно считать верной лишь в том случае, если расширить понятие “специальность” до максимальных границ. Это может быть почти любая ставка в сфере государственных услуг.
Это не было бы так печально, если бы студенты учились ради знаний, как таковых. Но подавляющее большинство из них учатся ради получения профессии. Хотя в большинстве мест работы нет необходимости в специалистах с академическими степенями в таких популярных сферах, как журналистика, когнитивная психология и даже управление бизнесом. Единственная причина, по которой студенты все еще записываются на эти курсы, связана с тем, что там можно “легко получить академическую степень”. Однако “легкость” получения степени бакалавра по данной специальности уравновешивается ее невысокой ценностью на рынке труда. Можно, разумеется, быть продавцом или регистратором с университетским дипломом, но ведь для не этого люди идут учиться в университет.
Некоторые разочарованные обладатели первой степени идут учиться на вторую. Однако и это зачастую не оправдывает себя. Самые отчаянные пишут докторскую диссертацию. В Израиле 11 500 кандидатов на звание доктора наук. Однако в сфере высшего образования есть только 5500 ставок для докторов и профессоров. Большая их часть занята в течение десятилетий и освободится не скоро.
Многие студенты, начинающие учиться на гуманитарных факультетах, со временем понимают свою ошибку и переходят на изучение специальностей, гарантирующие занятость: медицина, социальная работа, бухгалтерия, школьное преподавание, инженерное дело и т. п. И здесь возникает вопрос, должна ли академическая сфера выполнять функции регулятора рынка труда. Университеты утратили свою главную миссию – создавать новое знание и распространять его. Для того, чтобы работать программистом достаточен трехмесячный курс, не нужно четыре года изучать компьютерные науки и тратить драгоценное время на курсы по философии.
Время университетов, как учреждений, отвечающих за массовое образование, прошло, подчеркивает Амир Хецрони. Университеты должны функционировать, как исследовательские учреждения и обучать лишь немногих, наиболее талантливых, людей.
Источник: Курсор