Чтобы финансировать войну, правительство Нетаньяху берет деньги у бедных
«Нужно брать деньги там, где они есть, то есть у бедных. Хорошо, у них не так много денег, но бедных людей очень много»
Жак Бенделакэкономист и социолог, репатриант из Франции, с 1983 живущий в Иерусалиме
Израильское правительство одобрило сокращение государственных расходов на 1% — любопытный способ заткнуть расширяющуюся дыру в бюджете.
Продолжение войны на юге и севере Израиля вынудило правительство Нетаньяху продлить помощь перемещенным лицам (около 80 тыс. чел.) до 31 августа, поэтому миллиард шекелей (250 миллионов евро) нужно было найти как можно быстрее.
Освободить дополнительные бюджетные средства можно двумя способами: сократить наименее полезные расходы или увеличить налоговые поступления.
Кабинет Нетаньяху выбрал легкий путь сдерживания бюджетного дефицита, который выходит из-под контроля: сокращает на один миллиард шекелей текущие расходы всех министерств, за исключением министерства обороны.
Это решение было принято через неделю после того, как финансовая комиссия Кнессета передала 750 миллионов шекелей бюджетного профицита с 2023 по 2024 год министерствам, образовавшимся в результате коалиционных соглашений: министерствам национальных проектов и поселений, Иерусалима и традиций, наследия, диаспоры и т.д.
Сокращая бюджет одних министерств больше, чем других, правительство препятствует повседневной работе государственных служб, которые отчаянно нуждаются в ресурсах в это военное время, таких как образование, здравоохранение, социальное обеспечение и т.д.
Давайте предложим несколько способов, с помощью которых деньги можно было бы взять оттуда, где они есть, не ухудшая положения беднейших слоев населения, людей, переживших Холокост, резервистов или семей перемещенных лиц.
В первую очередь деньги поступают от богатых, то есть от частных лиц и компаний с высокими доходами, имеющими источником заработную плату или капитал.
В Израиле взимается один из наименьших в западных странах налог на заработанный доход. По данным справочной брошюры «Налогообложение заработной платы», подготовленной ОЭСР в 2024 году, Израиль занимает 34-е место по ставке налога на заработанный доход, что является одним из самых низких показателей среди 38 стран-членов ОЭСР.
Налог на доходы физических лиц — это лишь один из аспектов налогообложения; так же легко было бы повысить налоговые ставки на прибыль крупных компаний, предприятий, банков и страховых компаний, прибыль которых продолжает расти в период войны.
Валютные резервы страны — еще один источник денег, доступный в случае тяжелого удара, такого как военный конфликт. По состоянию на конец июня Центральный банк Израиля накопил 210,3 миллиарда долларов резервов, что эквивалентно 41% годового ВВП.
Валютные резервы позволяют стабилизировать валютные курсы, а также справиться с дорогостоящей войной. Именно поэтому, как только началась война, Банк Израиля запустил план по продаже 30 миллиардов долларов, чтобы обеспечить ликвидность, необходимую для продолжения экономической деятельности.
Любопытно, что израильское правительство не воспользовалось этим предложением; до конца июня Центральный банк продал всего 8,5 миллиарда долларов. Однако, продав 30 миллиардов долларов, правительство получило бы в свое распоряжение 110 миллиардов шекелей, что было бы достаточно для финансирования значительной части расходов на войну.
Очевидно, что есть и другие способы финансирования войны, кроме резкого сокращения государственного бюджета.
Невольно правительство Нетаньяху применяет совет французского юмориста Альфонса Алле: «Нужно брать деньги там, где они есть, то есть у бедных. Хорошо, у них не так много денег, но бедных людей очень много».
Не сумев заставить платить самых богатых, Израиль перекладывает расходы на войну на плечи самых бедных — достойный сожаления выбор.
Times of Israel français, перевод Ильи Амигуда
«Маленькая и умная» армия ведет Израиль к поражениям
Хотя новые технологии могут сделать армию более смертоносной, а ее маневренные подразделения — более слаженными, любая страна может быть перегружена численностью и требованиями борьбы с неконвенциональным противником
Ари Калькеррепатриант из США, работает строительным подрядчиком
На протяжении почти трех десятилетий израильский истеблишмент безопасности перестраивал вооруженные силы в соответствии с доктриной «маленькой и умной армии». Идея заключалась в том, чтобы обеспечить необходимую защиту Израиля при сокращающемся количестве солдат путем увеличения мощи армии, по сути, создав меньшую армию, которая была бы более мощной в пересчете на одного бойца. Ключом к этому стали технологии, разрушающие парадигму, такие как противоракетная система «Железный купол», ракеты Arrow 1, 2 и 3, «Праща Давида», «Железный лазер», истребители F-35, технология «умной» интеграции в танковых и пехотных войсках, передовые корветы и подводные лодки ВМС и многое другое.
На протяжении всей мировой истории война всегда ускоряла развитие новых технологий, таких как пулемет в Первой мировой войне, радар, реактивные двигатели, усовершенствование дальних бомбардировщиков и улучшение расхода топлива во Второй мировой войне. Однако ни одна страна никогда не уменьшала численность своих вооруженных сил, находясь в осаде и под активной угрозой со стороны врагов, и при этом предвидя открытие еще одного активного фронта. Но именно так поступило руководство Израиля.
Хотя новые технологии могут сделать армию более смертоносной, а ее маневренные подразделения — более слаженными, любая страна может быть перегружена численностью и требованиями борьбы с неконвенциональным противником. Как выяснил ХАМАС, «Железный купол» можно преодолеть, насытив целевую зону ракетами — тактика, которую «Хезболла» сейчас успешно применяет на севере Израиля. На земле ХАМАС всегда использовал гражданских лиц в качестве живого щита на поле боя, чтобы сдержать и запутать наши наземные силы.
Другой недостаток высокотехнологичной маленькой армии заключается в том, что она требует от солдат и командиров не только сбора данных, но и анализа и понимания их значения в режиме реального времени. Самым большим провалом 7 октября стало фиаско разведывательных органов. В течение многих лет солдаты собирали данные, установленные на многочисленных камерах и датчиках вдоль границы, но интерпретация этой информации на разных уровнях была фатально ошибочной, что привело к катастрофическим последствиям. Даже в день нападения 7 октября предупреждающие сигналы о готовящемся нападении были проигнорированы. Если бы на ограждении вместо датчиков и камер находилось больше вооруженных солдат, результат был бы принципиально иным.
Как отмечают Эадо Гехт и Эйтан Шамир в книге «Нужна ли Израилю большая армия, если у него есть передовые технологии?», «это не означает, что новые технологии не имеют ценности; они добавляют дополнительную эффективность, но не отменяют необходимости в старых средствах».
Вместо того чтобы вкладывать больше средств в ВВС, пришло время сделать серьезные и значительные инвестиции в нашу пехоту, танки и артиллерию, включая следующие:
1) Армии необходимо пересмотреть свои инвестиции в качество и численность пехотных сил. Добавив к существующим пяти пехотным бригадам еще одну, армия получит возможность более широкого и удобного маневрирования.
2) Армии необходимо воссоздать многочисленные танковые бригады, которые были ликвидированы за последние два десятилетия.
3) Необходимо вложить серьезные средства в модернизацию всего пехотного оборудования как постоянных, так и резервных сил, главным образом в области средств связи, ночного видения и индивидуального защитного снаряжения, а не заставлять отдельных солдат ЦАХАЛа просить пожертвования из-за границы по частям, как это происходило после 7 октября.
4) Артиллерийские войска должны быть значительно расширены и гораздо лучше обучены. Хотя в нынешней войне с ХАМАСом их эффективность была подтверждена в деле, то, с чем мы столкнемся в борьбе с «Хезболлой», иранскими прокси в Сирии и Ираке, да и с самой иранской армией, сделает сегодняшнюю войну с ХАМАСом похожей на драку на детской площадке после школы.
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк