Дагестанское село Бильгади – прошлое и настоящее
Он привел и арабское название села «Баб эль хадид», которое переводится с арабского как "железные двери".
Для того, чтобы попасть в ныне существующее село Бильгади, его еще называют нижнее, новое Бильгади, необходимо с трассы Ростов-Баку свернуть на повороте с указателем Чинар.
До Чинара ехать 2 км. Дорога в это село асфальтирована, а до села Бильгади еще 3 км и всё в рытвинах и ухабах.
И все-таки дорога привела к годекану, где, как и положено сидели, местные аксакалы. В центре села стоит памятник воинам, погибшим во время ВОВ. А справа от памятника – местная школа. Увидев заезжих гостей, мужчины обрадовались: они решили, что мы приехали по поводу дороги. Или пошутили, уже окончательно потеряв надежду на то что дорогу в село когда-нибудь заасфальтируют. Один из аксакалов - Масмали Алифханович Масмалиев (1935 г.р., уроженец Бильгади) - охотно делился той информацией, которой он владел об истории села.
Он привел и арабское название села «Баб эль хадид», которое переводится с арабского как "железные двери". От него мы узнали, что современное село образовалось в 1928 году. В него переселились жители из верхнего села, которое расположено в 5 км от того, в котором мы находились. На вопрос жили ли в их селе горские евреи, Масмали Алифханович ответил однозначно – нет, что на его веку евреи здесь не проживали. Он был прав отчасти: в старом древнем селе Бильгади горские евреи жили. Камеральные списки Кайтаго-Табасаранского округа за 1843 год свидетельствуют о том, что в селе Бильгады (так указано название села) 16 дымов (семей) горских евреев, из которых 25 мужчин и 20 женщин.
Старостой села Бильгади в 1843 году был 45-летний Мардахай Гаврил оглы. Был в селе и раввин: Галил Начар оглы, 75 лет. Списки сохранили нам имя и возраст его жены: Мерджон, 60 лет. Был у раввина сын Еманнуил, 24-х лет. Согласно сведениям Википедии, в XIX-м веке население села Бильгади составляли таты. Примечательно, что Илья Щербетович Анисимов, путешествующий по Кавказу и Азербайджану, в 1888 году не приводит сведения о жителях села Бильгади. Вероятно, что они там уже не проживали, ему было об этом известно.
И всё-таки попытаюсь ответить на вопрос откуда появились горские евреи в селе, расположенном в 24 км к северо-западу от Дербента. Дело в том, что на месте старого села Бильгади проходила оборонительная стена «Даг-Бары» (пер. - горная стена) длиной 42 км. В настоящее время полностью стена не сохранилась, остались только ее останки. Оборонительную стену «Даг-Бары» еще называют великой Кавказской стеной. Хосров Ануширван, шахиншах Ирана, построил не только город Баб ал-абваб (Дербент), но и «стену между собой и хазарами шириной в 300 локтей из камня и свинца так, что довел ее до вершины горы, а потом продолжил конец ее в море и сделал в стене железные ворота».
Вдоль Горной стены, шедшей по гребням водораздельных горных хребтов, были зафиксированы одна крепость Бильгади, 4 полуфорта и 60 фортов, которые располагаются компактно, на расстоянии 150–500 м друг от друга, занимая, как правило, господствующие высоты. Вблизи 4-го форта расположено большое кладбище с каменными надгробиями в виде саркофагов. Аул Бильгади в обороне Горной стены играл особую роль. Это была крепость, запиравшая выходы из ущелья на плато. Весь аул был обнесен стеной с двумя воротами, фланкированными прямоугольными выступами, поэтому он и назывался железными воротами. И еще – в селе сохранился железный замок, подобный которому есть в Дербенте.
Местные жители также рассказали, что на многих надгробиях в верхнем селе Бильгади можно увидеть изображение хамсы (руки). Попасть туда на транспорте очень сложно – в зимнее время даже идти лучше. Летом и весной – много змей, осенью – бездорожье.
Стена Даг-Бары проходит вдоль восьми сел.
Затрагивая историческое происхождение поселений и этногенез их жителей, известный историограф Аббаскули-ага Бакиханов пишет: «Обитателями восьми деревень в Табасаране – Джалган, Рукел, Камах, Мегатыр, Зидьян, Митаги, Гимейди, Бильгади находящихся вблизи развалин города, основанного Ануширваном в связи с дербентской крепостью, говорят на диалекте древнеперсидского языка». Это язык татский. Привезены жители этих сел в V-VI веках из Ирана в эпоху правления Хосрова Ануширвана.
Борис (Бернгард) Андреевич Дорн (1805-1881), чьей теории о появлении евреев на Кавказе придерживаются некоторые историки, в статье «О языке евреев древнего Кавказа» писал: «Сасанидские цари приказали перевести много людей из Персии в Дербент и окрестности за известной стеной для защиты от хазар. Потомками их можно считать жителей Джалган, Митаги, Камах, Задиян, Бильгади, Гимейди, Рукель. Они известны под общим названием "тат" и сохранили татское наречие».
Дербентом владели и арабы, и персы. И при каждом правлении менялись названия. По мнению того же А. Бакиханова, поселения в Табасаране были образованы в результате разрушения большого города Баб-эль-Хадид (железные двери, арабский язык), расположенного когда-то на месте старого Бильгади. По материалам фольклора бильгадинцев, разрушенный город назывался Шэлкэни (или Чалкэни – пер. - место, где вырыта яма, митагинский диалект). Как гласит предание, Шэлкэни был разрушен в результате сильного землетрясения.
Действительно там, где был город, имеется глубокая яма, вероятно, для наказания провинившихся граждан. Можно предполагать, что первоначально город назывался (при иранском правлении) Шэлкэни, а арабы назвали его по-своему Баб-эль-Хадид. Топоним Шэлкэни указывает на иранское происхождение самого села Бильгади. Еще в XIX веке старики и женщины в этом селе разговаривали на иранском диалекте, каким общаются ныне митагинцы.
Уверена, что древнее село хранит еще много тайн, впрочем, как и многие поселения Дагестана. Историкам и археологам есть над чем работать: ведь в 2 км от села сохранились остатки земляного укрепления Иран-Хараба (пер. - неудача персов), приписываемого Надир-шаху и Бильгадинский курган. Если доберутся до захоронений, наверное, найдут и могилы горских евреев.
Из жизни горско-еврейских праведников: раби Довид бен Бабай из Евлаха
Горские евреи готовы из-за соблюдения традиций терпеть всевозможные страдания
Хана Рафаэлькорреспондент СТМЭГИ
Где бы ни жили горские евреи на Кавказе, соблюдение еврейских традиций всегда играло важную роль в их жизни.
И даже, несмотря на всевозможные притеснения и запреты советской власти, находились такие смельчаки, которые несли своим иноверцам духовный свет. Одним из таких праведников в те неспокойные годы советского режима как духовный лидер общины был раби Довид Давыдов из г. Евлаха.
Ещё известный горско-еврейский этнограф Илья Анисимов в своих трудах отмечал: «Горские евреи готовы из-за соблюдения традиций терпеть всевозможные страдания». Жизнь раввина из Евлаха тому подтверждение: он прошел дорогами войны, был ранен, овдовел и воспитал в одиночку пятерых детей, был под пристальным вниманием у властей, но остался верен заветам предков.
Родился Довид Давыдов в семье раввина в 1900 г. в г. Варташене – Огуз. Его отец Бабай получил религиозное образование в Иерусалиме и был раввином и меламедом (учителем) в бейт-мидраше при синагоге Варташена. Когда мальчику исполнилось 10 лет, их семья переехала жить в Евлах.
Название города Евлах происходит от древнетюркского языка, что в переводе означает «заболоченная местность». Расположен город на берегу реки Кура, где проходит крупный транспортный узел железных (на линии Тбилиси-Баку, ответвления на Ханкенди и Белоканы) и автомобильных дорог, имеется аэропорт и пристань на реке. Основан как небольшое поселение в 1880 гг., входил в состав Елизаветопольской губернии. В 1939 г. получил статус города. Население 65 тыс. жителей. Когда-то в этом городе проживало 500 горских евреев.
Его будущей супруге Инаhaм (1915 г.р.) исполнилось 14 лет, когда их сосватали. Свадьбу сыграли в 1929 году. Когда началась Вторая Мировая в 1939 г., Довида Давидова призвали на фронт. Из нескольких детей, что у них родились до войны, выжил один сын. Не думал солдат, что война протянется на долгие и мучительные годы. Куда только не заносила его судьба, он каждый день читал молитвы. Во время войны был в Иране, воевал в погранвойсках на Украине, Молдавии, на Кавказе. В 1943 г. получил тяжелое лицевое ранение, после госпиталя его демобилизовали. После окончания войны он рассказывал своим детям о поездке в Тегеран, как на рынке их хотели угостить пловом, но командир не разрешил голодным солдатам притронуться к еде, боялся, что их отравят.
О войне Довид Давыдов редко вспоминал, но за свои боевые заслуги сразу же после демобилизации получил квартиру в столице Азербайджана. Но не мог фронтовик жить вдали от родственников. После переезда жил поначалу в Варташене – Огуз, и некоторое время спустя переехал с семьей в г. Евлах. Работал на железной дороге, а всё свое свободное время посвящал молитвам и родной общине.
Каждую субботу и на все еврейские праздники в доме Давыдовых собирались евреи на молитву. Это было очень опасно, т.к. в любое время хозяина могли арестовать за сионистскую агитацию. Приходили и устраивали не раз обыски, спрашивали о том, где они прячут Свитки Торы,которые были в синагогах Варташена. Рабби Довид аккуратно раскрывал перед милиционерами широкие листы, куда были переписаны тексты со Свитка Торы и говорил: ничего не сохранилось, всё сожгли чекисты. Эти листы переписанной Торы бережно хранят как святую семейную реликвию его потомки, живущие в Израиле и США.
В канун праздника Нисону в доме рабби вместе с сыновьями пекли мацу и развозили её по еврейским семьям. Он также кошеровал мясо. К ним за мацой и кошерным мясом приезжали евреи из г. Гянджа. Он старался не оставлять без внимания нуждающихся и тех, кто был в горе. Делал тайные «хупа-мэр» для молодоженов перед свадьбой, учил мальчиков надевать тфилин перед бар-мицвой, ходил читать поминальные молитвы в дома, где держали траур и справлял у себя дома все еврейские праздники.
Перед «Йом-Кипуром» в их доме всегда было многолюдно, люди приносили курицу на капорот. Бывало немало забавных случаев, когда неевреи, выстраивались в очередь к раввину за благословением. Раби Довид на иврите, чуть слышно, будто боясь, что кто-то поймет древнееврейский язык, читал «Борухоho» никому не отказывая. И видимо молитвы и благословения так действенны были, что к нему часто приходили люди разных национальностей и даже представители власти.
Когда в 1956 г. ушла из жизни жена Инаhaм, раби целый год не выходил из дома. Он был старше нее на 15 лет, и потерять 40-летнею супругу было большим потрясением для мужчины. Младшие четверо детей родились после войны и были ещё подростками. Друзья пытались сосватать ему одинокую женщину из Варташена, но к кому бы они не обращались, те ставили условия: пусть переедет в Варташен и желательно без детей.
Но не желая оставить детей и родную общину, так и прожил до конца своей жизни в одиночестве.
Пожалуй, он был единственным в Евлахе – Туро хун (читающий Тору). Для раби это было самым главным в жизни. Что ещё нужно для счастья праведному еврею? Соблюдать традиции, несмотря на запреты, отмечать все еврейские праздники, помогать нуждающимся людям. И главное - уважение народа. А это он действительно заслужил! Даже спустя сорок лет после ухода из жизни праведного рава Довида (1978 г.) бывшие евлаховцы и варташенцы с большим уважением относятся к его детям и потомкам.
В настоящее время, в Евлахе уже евреи не проживают. Но в историческую летопись города, безусловно, вошла информация о том, какие люди жили в нем со времени его основания. Думаю имя светлой памяти раби Довида должно стоять в числе первых и лучших представителей города!
Выражаю благодарность за предоставленную информацию и фотографию Эльханана Разиэля и Юрия Давыдова.