Даже когда о президентских выборах и речи нет, депутаты, журналисты и представители широкой общественности то и дело задают вопрос: «Действительно ли Израилю нужен президент?»

Как человек, который писал о всех президентах Израиля, начиная с Эфраима Кацира, и встречался с ними лично, отвечаю однозначно: да. И особенно потому, что эта должность аполитична.

Из этого вытекает следующий вопрос: почему же тогда подавляющее большинство президентов были политиками до своего избрания на этот пост?

Ответ прост. Президент аполитичен с точки зрения поддержки какой-либо конкретной партии или партий, но не аполитичен, когда речь заходит о защите интересов Израиля в мире. Прекрасным примером в нынешней обстановке являются многочисленные беседы президента Реувена Ривлина с президентами других стран в связи с обвинениями еврейского государства в военных преступлениях, которые дошли до Международного уголовного суда. Важно, чтобы лидеры других стран соглашались с правом Израиля на защиту от агрессии. Ривлин делал публичные заявления по этому вопросу, разговаривал с другими президентами по телефону или через Zoom и даже совершал экстренные поездки за границу.

Поскольку он был спикером кнессета, а до этого заседал в различных парламентских комитетах и исполнял должность министра, он знаком со многими проблемами, затрагивающими различные слои израильского общества, а также знает, кому звонить, когда проблемы необходимо решить.

О многом из деятельности президента не сообщается в средствах массовой информации, но почему-то он считается отцом нации, в отличие от премьер-министра, который прежде всего представляет электорат своей партии.

Большинству людей нужна своего рода родительская фигура, и именно поэтому королева Елизавета остается такой популярной в Великобритании. И именно поэтому все крупные израильские организации и учреждения прилагают все усилия, чтобы их знаменательные события отмечались в резиденции президента или, по крайней мере, чтобы президент поздравил их.

Для еврейских общин за рубежом президент Израиля ближе всего по статусу к «еврейскому королю». Примером может служить большая делегация из Австралии во главе с раввином, которую принимал президент Шимон Перес. Раввин прочитал благословение, произносимое обычное в присутствии царей, объяснив, что, поскольку в Израиле больше нет монарха, президент является его эквивалентом.

Когда президенты Израиля выезжают за границу, программа визита почти всегда включает встречу с представителями еврейской общины или грандиозное мероприятие, на которое приглашается весь еврейский мир. Свободных мест никогда не бывает. Люди хотят увидеть президента Израиля, сфотографироваться с ним и пожать ему руку.

Президент Израиля важен не только для евреев. Когда Хаим Герцог, отец новоизбранного президента, посетил Польшу в мае 1992 года, он встретился с членами Ассоциации польских праведников народов мира. Люди, спасавшие евреев, очень хотели встретиться с человеком, который в качестве офицера британской армии был среди освободителей Берген-Бельзена. Польские спасатели хотели встретиться со спасателем-евреем.

Когда премьер-министр Израиля делает заявление об экзистенциальных угрозах или антисемитизме, оно воспринимается в своем партийном контексте, тогда как когда президент государства, говоря на те же темы, воспринимается представителем всего народа.

Когда за рубежом нужно публично сказать что-то важное для страны, чаще всего это делает президент, а не премьер-министр.

Например, мало кто верит, что премьер-министр Биньямин Нетаньяху искренен, когда говорит о мире с палестинцами, в то время как президенту Ривлину верят, потому что с самого первого дня он неоднократно говорил, как в Израиле, так и за рубежом, что израильтяне и палестинцы не приговорены к тому, чтобы жить вместе, но предназначены к этому. Он также часто обращает внимание на тот факт, что его отец переводил Коран и другую исламскую литературу на иврит задолго до создания Государства Израиль, что указывает на то, что семья Ривлина имела хорошие отношения с арабской общиной, что сохраняется и по сей день. На самом деле президент Ривлин время от времени звонит председателю Палестинской автономии Махмуду Аббасу и наоборот, в то время как Нетаньяху было бы трудно поддерживать такие отношения.

На христианском фронте, с помощью правительственной пресс-службы, Ривлин ежегодно встречается с очень большой делегацией в основном представителей евангельских христианских СМИ со всех континентов, которые индивидуально и коллективно позволяют ему донести послание Израиля буквально до сотен миллионов людей по всему миру. Энтузиазму, с которым эти вещатели приветствуют президента, нужно верить, особенно в то время, когда антисемитизм так распространен во многих странах, включая те, которые имеют хорошие отношения с Израилем.

Президент является дипломатом, арбитром, сторонником добрых дел и на многих уровнях связан с армией, разведкой, промышленностью, образованием, правами ЛГБТ и женщин, спортом, людьми с особыми потребностями, гражданской национальной службой, арабскими делами, отношениями с диаспорой и многим другим, включая проблемы, которым премьер-министр не может уделять время и внимание, но которые часто должны проникать в общественное сознание.

На прошлой неделе, когда Министерство иностранных дел провожало Ривлина, его приветствовали как президента-дипломата. Это, в некотором смысле, сказало все.

Ицхак Герцог еще более иссушен в этом плане, и поэтому является подходящим человеком в нужное время.

Jerusalem Post, перевод Ильи Амигуда