Должен ли Израиль принимать иммигрантов, которые не являются евреями по Галахе?
Ассимиляция — это не смешанные браки, это процесс, в котором группа теряет свою идентичность и поглощается другой
Шалом Садикпрофессор еврейской философии в Университете им. Бен-Гуриона
Общественные дебаты вокруг «пункта о внуках» в Законе о возвращении вызвали шквал статей в Интернете и в религиозной прессе, в которых обсуждается проблема ассимиляции в Израиле. Как исследователь истории еврейской идентичности в диаспоре, особенно в Испании и в сефардских общинах, я считаю важным подчеркнуть, что межэтнические браки между евреями и теми, кто не является евреем по Галахе, — это явление, отличное от ассимиляции.
Ассимиляция — это не процесс, в котором одна группа вступает в брак с другой, скорее это процесс, в котором группа или ее часть теряет свою идентичность и поглощается другой (согласно определению ивритского слова התבוללות в словаре Бен-Йегуды).
Простого расчета достаточно, чтобы понять: межэтнические браки в диаспоре не уменьшают число евреев по Галахе — при условии, что одинаковое количество евреев и евреек вступают в браки с неевреями и у каждой женщины рождается двое детей: сын и дочь.
Например, родные брат и сестра в диаспоре вступают в смешанные браки. Дети мужчины не являются евреями по Галахе, и наоборот, дети женщины — евреи. Даже если эти дети, мужчина и женщина, снова вступают в браки с неевреями, дети женщины являются евреями по Галахе, а дети мужчины — нет. Этот процесс продолжается сотни лет. В итоге процент евреев по Галахе среди населения такой же, как и процент евреев в начале процесса.
Несмотря на это, через три-четыре поколения даже те, кто является евреем по Галахе, забывают, что у них были еврейские бабушки. Ни сами они, ни окружающая среда не считают их евреями — они ассимилировались. Эта ассимиляция наносит ущерб целым общинам в диаспоре.
Несомненно, в Испании и Португалии (и в некоторых бывших колониях в Америке) есть целые проценты населения, которые являются евреями по Галахе (многие миллионы людей), чья прапрапрабабушка была еврейкой. Почти все эти люди не знают об этой семейной связи и не имеют еврейской идентичности — они ассимилировались, несмотря на то, что являются евреями по Галахе.
Еврейская идентичность — это многогранный и сложный вопрос, выходящий за рамки галахического вопроса о том, считается ли человек евреем. Есть люди, которые являются евреями по Галахе, но не идентифицируют себя таковыми, и есть множество людей, которые не являются евреями по Галахе, но при этом каким-то образом идентифицируют себя с иудаизмом. Этих людей можно назвать «евреями в спектре».
Диаспора сегодня
Сегодня в диаспоре, особенно в общинах, которые испытывали сильное светское давление, вынуждавшее их отказаться от своей еврейской идентичности, как, например, в Восточной Европе, эти «евреи в спектре» составляют более многочисленную группу, чем «настоящие» евреи, особенно среди молодых поколений.
Когда эти люди решают приехать в Израиль, они делают выбор в пользу еврейского аспекта своей многогранной идентичности. Многие, особенно молодые и образованные, имели возможность мигрировать в Германию, США и другие западные страны.
Большинство из них предпочли приехать сюда, чтобы восстановить связь с израильским народом и еврейской идентичностью в нем, несмотря на то, что значительная часть из них не является евреями по Галахе.
Эта группа не обладает отдельной идентичностью; скорее, они вступают в межнациональные браки с большинством еврейского населения. Мужчины, которые женятся на еврейских женщинах и рожают от них детей, фактически ассимилируются обратно в еврейство. В течение нескольких поколений, скорее всего, память о предках-неевреях исчезнет.
Когда женщины, не являющиеся еврейками по Галахе, выходят замуж за еврейских мужчин, несоответствие между идентичностью человека и галахической реальностью может передаваться следующему поколению.
Чтобы сохранить еврейскую идентичность израильского населения, галахические авторитеты должны найти решение этой проблемы. Раввинские деятели взяли на себя труд найти решение, несмотря на критику со стороны других галахических авторитетов. Поскольку я не являюсь экспертом в области Галахи, я не буду комментировать этот вопрос.
Важно отметить, что нынешняя ситуация с гиюром не позволяет поддерживать широкомасштабную эмиграцию «евреев в спектре». Ей удается почти полностью предотвратить естественный прирост этого населения в стране.
По данным Центрального статистического бюро, население, определяемое как «другие», имеет самый низкий показатель естественного прироста и постоянно сокращается. (В прошлом году он упал ниже 10 рождений на 1000 человек населения — чуть более половины рождаемости еврейского населения).
Причина этого в том, что большинство новообращенных — молодые женщины, и поэтому большинство детей тех, кто приехал как неевреи по Галахе, рождаются здесь как евреи, как и все дети мужчин, которые женятся на еврейках.
Благодаря гиюру детей и усилиям по гиюру людей, которые после гиюра станут традиционными, вполне вероятно, что эта ситуация может улучшиться и позволит вернуться в иудаизм потомкам ассимилированных евреев, решивших совершить алию.
Примечательное сравнение между ситуацией в Испании в конце Средневековья и в начале нового времени и ситуацией в Израиле сегодня заключается в том, что в Испании одним из основных факторов, поддерживавших самобытность conversos (евреев, принявших христианство, и их потомков), была враждебность христианского населения, которая выражалась в законах limpieza de sangre «капля крови»), ведении генеалогических книг, запрете на браки с conversos и создании инквизиции, которая поддерживала эти законы и книги до начала 19 века.
Большинство евреев, которые репатриируются сейчас, стремятся стать частью еврейского народа, подчеркнуть свою еврейскую идентичность и «исправить» межнациональные браки своих предков. Доброжелательное отношение и гиюр могут вернуть их в еврейский народ и даже приблизить к соблюдению Торы и мицвот.
Напротив, враждебное отношение со стороны раввинского истеблишмента и политиков от религиозных партий может привести к созданию отдельной идентичности, подобной той, что была у конверсо в Испании, что может оставить проблему нерешенной для многих поколений.
Сейчас настал решающий период, когда мы должны принять решение: следует ли принимать иммигрантов, которые не являются евреями по Галахе? Или наша враждебность приведет к тому, что они и их потомки разовьют отдельную идентичность, которая будет не только еврейской?
Многие представители религиозного и традиционного населения Израиля рассматривают брак с иноверцем как отказ от своей еврейской идентичности. Следовательно, они не считают, что нужно прилагать усилия для возвращения детей от таких союзов в еврейское лоно.
Те, кто вырос в Израиле или в устоявшихся религиозных общинах за рубежом, могут не знать о трудностях сохранения еврейской идентичности в общинах, которые не являются прочными в религиозном отношении.
В прошлом, из-за разгула антисемитизма и отсутствия организованных раввинских учреждений, часто не было реальной возможности обратить супруга-нееврея в иудаизм (в отличие от Запада) или создать еврейские общины и институты. Многие мужчины, глубоко привязанные к своему еврейству и вынужденные жить без организованной еврейской структуры, женились на нееврейке и делали все возможное, чтобы передать свою еврейскую идентичность детям. Некоторые из детей идентифицировали себя с иудаизмом своих родителей и передали его своим потомкам, которые сегодня стремятся совершить алию.
Те, кто сегодня совершает алию в соответствии с положением о внуках, — это не чужаки, вторгшиеся на нашу землю, а наши братья и сестры, пытающиеся вернуться домой. Мы не должны отворачиваться от них, скорее мы должны стремиться принять их и помочь им воссоединиться со своим народом и своим наследием.
Jerusalem Post, перевод Ларисы Узвалк
Почему я поддерживаю израильскую судебную реформу (2)
В готовящейся реформе правительство предлагает вернуть всю полноту законодательной власти именно тем людям, которые были избраны гражданами для этой цели: Кнессету
Жан Пьер Браунуроженец Франции, в прошлом глава высокотехнологичной кампании в Кремниевой долине, в 2016 г. совершил алию и живет в Иерусалиме
Судебная революция против судебной реформы
С момента своего создания в 1948 году и до начала 1990-х годов Верховный суд Израиля был крайне осторожен и старался не посягать на роль законодательной власти. Затем появился Аарон Барак, член Верховного суда в 1978-1995 годах, председатель в 1995-2006. Ему принадлежит заслуга инициирования и осуществления судебной революции, в результате которой сфера деятельности Верховного суда расширилась в геометрической прогрессии и стала включать практически неограниченные полномочия по судебному пересмотру. Он считал себя и суд по меньшей мере равными Кнессету в принятии израильских законов. Давайте помнить, что Верховный суд является неизбираемым органом, и что судей назначают судьи, тем самым увековечивая эти новые захватнические доктрины. Судья Аарон Барак проработал в Верховном суде 28 лет, и справедливо будет сказать, что целью судебной реформы 2023 года, предложенной нынешней правительственной коалицией, является исправление многих негативных последствий самопровозглашенной судебной революции Барака.
О сфере деятельности Верховного суда Израиля
Сам по себе порядок назначения судей Верховного суда не вызвал бы такого большого шума, если бы полномочия суда и сфера его действия были четко определены. Но это не так. После «судебной революции» Аарона Барака Верховный суд значительно расширил периметр своей компетенции, основываясь на собственных агрессивных определениях понятий «справедливость» и «разумность». Это привело к тому, что многие называют «активизмом», или, более прямо, политическим вмешательством. Можно привести множество примеров, хорошо документированных и известных всем, когда Верховный суд, игнорируя принцип разделения властей, фактически изменял или отменял решения или законодательные акты, принятые Кнессетом или правительством. Приведем конкретный пример: предотвращение назначения кандидатов, выбранных правительством, навязывание освобождения лидеров террористических организаций, что не позволяло службам безопасности получить важнейшую информацию, отмена законодательства о жилье и многое другое. Это показывает, как Верховный суд, вслед за его председателем Бараком, стал важной (хотя и неизбираемой) параллельной властью, независимой от законодательной и исполнительной ветвей власти.
Противники реформы утверждают, что предлагаемые изменения превратят Израиль из демократического государства в диктатуру. Этот аргумент не имеет под собой никакой основы. Если когда-либо и существовала диктатура или, по крайней мере, злоупотребление властью, то это можно найти в судебной системе со времен правления Барака: неизбираемая, бесконтрольная, самовластная, служащая, похоже, своей собственной политической программе, а не воле народа.
Нынешняя правящая коалиция была избрана уверенным большинством голосов в ноябре 2022 года на свободных выборах. Платформа, на которой они баллотировались, включала эту правовую реформу. Народ Израиля высказался. Более двух миллионов избирателей отдали свои голоса за коалицию. Биби или кому-либо еще в его лагере нет никакой необходимости отходить от демократии: они пользуются полной поддержкой народа. Это не относится к Яиру Лапиду и его друзьям, которые, очевидно, не готовы признать результаты выборов, которые они проиграли, и вместо того, чтобы противостоять двум миллионам избирателей, выпускают на улицы страны толпы, полные ненависти.
В готовящейся реформе правительство предлагает вернуть всю полноту законодательной власти именно тем людям, которые были избраны гражданами для этой цели: Кнессету. Насколько я понимаю, условия реформы ставят на разную основу Основные законы и Общие законы: Основные законы закреплены в Декларации независимости и в свое время станут главами будущей Конституции Израиля. Таким образом, неизбираемые должностные лица должны обладать лишь полномасштабной и очень ограниченной возможностью отменить такой закон. Пороговые значения для пересмотра общих законов могут быть иными, здесь может быть место для переговоров.
Ограничение сферы действия Верховного суда также означает установление четко определенных лимитов на возможность судебного разбирательства и, в частности, устранение или отдельное ограничение понятия производных прав. Если оставить эту концепцию без контроля, она может привести к ничем не ограниченным полномочиям суда.
В Израиле нет официальной конституции. Некоторые понятия либо отсутствуют, либо плохо определены в существующем своде Основных законов. Это касается свободы слова, свободы религии, надлежащей правовой процедуры и т.д. Верховный суд Израиля опирается на Основной закон «О достоинстве и свободе человека», чтобы вывести все виды прав, которые не прописаны. Кажется совершенно уместным, что нынешнее правительство считает нужным поручить Кнессету (единственному демократически избранному законодательному органу) принять законы, которые будут регулировать эти сферы, если и когда это станет необходимым.
Для сравнения вспомним увлекательные дебаты в Верховном суде США по поводу концепций гендерного равенства, равной защиты, права на частную жизнь, свободы выбора и т.д. (см. в частности, знаменитые дела «Грисволд против Коннектикута», «Браун против Совета по образованию» и «Роэ против Уэйда»), которые привели к знаковым решениям, но в которых Верховный суд США всегда указывал узкую сферу применения своего решения, стремясь не ущемить прерогативы законодательной власти. Хотелось бы, чтобы Верховный суд Израиля был столь же осторожен и сознателен в своих решениях.
Государственный переворот?
По моему скромному мнению, предлагаемая судебная реформа своевременна, справедлива и необходима. Она усилит демократию, а не навредит ей. Возможно, она не идеальна во всех своих многочисленных пунктах, и я уверен, что есть место для улучшений и переговоров. Премьер-министр выразил готовность к этому.
Но в ней нет места для насилия, угроз, незаконных действий, которые мы видим на наших улицах в эти дни. И нет места для подстрекательства, особенно со стороны тех самых политиков, которые претендуют на то, чтобы руководить нашей страной.
Как сказал знаменитый французский писатель Альбер Камю: «Mal nommer les choses c'est ajouter aux malheurs du monde» («называть вещи неправильно — значит, усугублять несовершенство мира»). Для нас, здесь и сейчас, это означает, что, чтобы не усугубить несчастье нашей любимой страны, мы не должны ошибаться, не должны недооценивать или неправильно интерпретировать ситуацию, которая разворачивается здесь, в Израиле: то, что пытаются сделать некоторые лидеры оппозиции, — это просто государственный переворот с целью свержения нашего демократически избранного правительства. Во многих странах это было бы преступлением, за которое грозит суровое преследование.
Что же нам делать дальше?
Еще не слишком поздно. Никогда не поздно все исправить. Давайте успокоимся. Давайте прислушаемся к голосу разума, как эти профессора университетов, которые недавно высказались в пользу реформы, или эти десятки тысяч людей, которые вышли на улицы, чтобы выразить свою поддержку коалиции.
Что еще более важно, давайте посмотрим на факты, на предлагаемые изменения, правила и положения, из которых состоит предлагаемая реформа. Как я уже говорил в своем предыдущем посте, необходим аналитический обзор, далекий от эмоций, от личных нападок и лишенный «лашон а-ра» (злословия). Только на основе такого анализа мы сможем собраться за столом переговоров и выработать компромисс, который удовлетворит большинство потребностей большинства сторон, сохранив при этом суть предложенной реформы и фактически защитив образцовую демократическую природу нашего государства.
Мы, евреи, — самый стойкий народ в мире. Мы пережили тысячи лет изгнания, чтобы вновь оказаться на нашей обетованной земле. Давайте воссоединимся, чтобы наши дети гордились нами и нашими достижениями.
Times of Israel, перевод Якова Скворцова