«Геноцид» в Газе — последняя палестинская ложь
Быстрый рост населения Газы происходит несмотря на четыре войны, начатые ХАМАСом. Этого не могло бы быть, если бы Израиль стремился к геноциду
Девин Сперавтор книги «Будущее Израиля», получившей премию GLYPH в 2005 году
Хотя последняя палестинская клевета в отношении Израиля — о геноциде — является очевидной ложью, она широко распространяется и поэтому требует опровержения, поэтому давайте начнем с некоторых фактов. Население Газы — одно из самых быстрорастущих в мире, его ежегодный прирост составляет 1,99%, по данным ООН. Быстрый рост населения Газы сам по себе опровергает палестинские заявления о геноциде.
Вот что пишет Дуглас Мюррей в своей новой замечательной книге «О демократиях и культах смерти: Израиль и будущее цивилизации» (On Democracies and Death Cults: Israel and the Future of Civilization):
«В 2005 году, когда Израиль вывел всех евреев из Газы, население сектора составляло около 1,3 миллиона человек. К 2023 году оно превысит 2 миллиона... В Освенциме в 1940-х годах не было демографического бума».
Быстрый рост населения Газы происходит несмотря на четыре войны, начатые ХАМАСом. Этого не могло бы быть, если бы Израиль стремился к геноциду. Разве те, кто стремится совершить геноцид, перемещают вражеских гражданских лиц из зоны огня и снабжают их едой, водой, электричеством и топливом, как это сделал ЦАХАЛ в Газе? Начинают ли жертвы геноцида войны, терроризируют и обстреливают ракетами своих предполагаемых угнетателей, как это делает ХАМАС на протяжении многих лет? Занимаются ли жертвы геноцида массовыми убийствами, массовыми изнасилованиями или захватом заложников, как это сделал ХАМАС 7 октября?
Палестинцы обвиняют Израиль в геноциде, основываясь на количестве жертв. Однако в недавнем отчете британского аналитического центра «Общество Генри Джексона» говорится, что цифры, предоставленные СМИ Министерством здравоохранения Газы, подчиняющимся ХАМАСу, содержат «широко распространенные неточности и искажения». В отчете говорится, что данные о жертвах ХАМАСа включают комбатантов, тех, кто умер естественной смертью, и тех, кто погиб в результате ракетного обстрела со стороны ХАМАСа. Кроме того, люди с мужскими именами классифицированы как женщины, а взрослые — как дети, чтобы увеличить их долю среди жертв.
Согласно отчету, в Газе погибло 22 500 некомбатантов, в то время как Израиль подтверждает 20 000 убитых террористов ХАМАСа. Даже если мы примем за чистую монету цифру общих потерь ХАМАСа в 50 000 человек, это означает соотношение примерно 1:1 между гражданскими лицами и комбатантами. Это, возможно, меньший процент гибели мирных жителей, чем в любой другой современной городской войне. Это соотношение представляется особенно низким, если учесть, что Израиль ведет беспрецедентную войну в условиях плотной городской застройки против противника, построившего сеть подземных туннелей террора, превосходящую по размерам систему метрополитена Нью-Йорка. Другим армиям также не приходилось сталкиваться с врагом, который стреляет по собственным мирным жителям, как это делает ХАМАС, когда жители пытаются эвакуироваться из зон боевых действий по приказу ЦАХАЛа. Более того, ХАМАС намеренно размещает свою военную инфраструктуру под школами, больницами и другими гражданскими объектами, чтобы максимально увеличить число жертв среди мирного населения, тем самым усиливая международное осуждение и давление на Израиль. На самом деле, большинство входов в туннели и тайников с оружием, обнаруженных израильскими солдатами при зачистке жилых районов Газы, находились в детских комнатах, школах и яслях.
В любом случае геноцид на войне не определяется количеством жертв или даже количеством жертв среди гражданского населения. Геноцид — это намерение уничтожить целый народ. Хотя во время Второй мировой войны союзники убили восемь миллионов немцев, в том числе в результате бомбардировок немецких городов, это не считается геноцидом, потому что целью было победить нацистов и положить конец их кровавой политике, а не уничтожить немецкую нацию. Даже ядерные бомбы, сброшенные на Японию, не являются геноцидом, поскольку их целью было не уничтожение японской нации, а прекращение агрессивной войны.
Как и многие другие палестинские наветы в адрес Израиля, утверждение о геноциде — не просто ложь, а перевертывание истины. Именно палестинцы с самого начала ставили своей целью геноцид евреев Израиля, а не наоборот. Палестинские заявления о геноциде Израиля — это проекция их собственных часто заявляемых геноцидных намерений, закрепленных в уставах ХАМАСа и ООП и подтвержденных их многолетней кровавой кампанией террора против евреев. Они утверждают, что евреи намерены сделать с ними то, что они на самом деле намерены сделать с евреями. Геноцид и борьба с геноцидом не равнозначны. Существует резкая моральная разница между теми, кто стремится уничтожить еврейский народ, и еврейским народом, защищающимся от тех, кто стремится его уничтожить.
Израиль выжил, несмотря на то, что у него было мало шансов, потому что он выиграл все войны, которые развязывали палестинцы и их арабские союзники. Однако были случаи, когда палестинцы временно одерживали верх, и в каждом случае они расправлялись с каждым евреем, которого находили. Это происходило в ходе бесчисленных террористических актов и массовых убийств, включая Хевронскую резню 1929 года, резню в Кфар-Эционе 1948 года, резню в Маалоте 1974 года и, наконец, 7 октября 2023 года, когда они уничтожили 1200 израильтян.
В Средние века антисемиты в качестве предлога для пролития еврейской крови регулярно утверждали, что евреи использовали кровь убитых христианских детей для приготовления мацы. Палестинские обвинения в геноциде Израиля — это современная версия средневекового «кровавого навета». Он столь же безоснователен и преследует ту же цель: демонизировать евреев, чтобы подготовить геноцид против них.
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк
Убийство Ярона Лищински и Сары Милгрим — это новый кровавый навет
Убийца во время ареста кричал: «Свободу Палестине!». После ареста он, очевидно, сказал полиции, что «сделал это ради Газы»
Шон Вайсстудент раввинского колледжа им. Циглера в Лос-Анджелесе
Убийство двух сотрудников израильского посольства, Ярона Лищински и Сары Милгрим, совершенное радикальным левым активистом в начале этой недели на мероприятии Американского еврейского комитета в Вашингтоне, должно послужить тревожным сигналом для всех американских евреев, независимо от их политической принадлежности или позиции в отношении сионизма и Израиля.
Не то чтобы нам нужен еще один тревожный звонок. Последние две тысячи лет постбиблейской истории должны служить напоминанием о том, что как только появляется повод начать убивать евреев (а такой повод всегда найдется), убийство порождает убийство и порождает убийство.
В Римской империи можно было убивать евреев, потому что евреи были «христоубийцами». В Средние века было законно убивать евреев, потому что евреи якобы убивали и ели детей. Совсем недавно, в эпоху нового времени, убивать евреев разрешалось, потому что евреи считались биологически неполноценными.
Убийца во время ареста кричал: «Свободу Палестине!». После ареста он, очевидно, сказал полиции, что «сделал это ради Газы».
Это новый кровавый навет.
Теперь, оказывается, допустимо убивать евреев, потому что Израиль — нелегитимное государство, потому что еврейский народ не имеет права на государство, и единственная разумная реакция на то, что у евреев есть государство, — это «освободить Палестину», что означает, без обиняков, что государство Израиль должно быть уничтожено, а миллионы евреев, живущих там сейчас, должны быть изгнаны с этой земли.
Тот факт, что лозунги «Свободу Палестине!», «За глобальную интифаду!» и «От реки до моря!», являются самыми популярными на «прогрессивных» митингах и радикальных протестах в американских кампусах и городах, должен заставить задуматься любого здравомыслящего левого американца, особенно американского еврея, который может симпатизировать этому движению. Не заблуждайтесь: это очевидные призывы к насилию и убийству. Ярон Лищински и Сара Милгрим были убиты именно из-за этой идеологии ненависти.
Левые политики должны немедленно и безоговорочно осудить использование такого языка. Можно не соглашаться с политикой израильского правительства, войной в Газе, правительством Нетаньяху и так далее. Но американский популярный дискурс, связанный со всем вышеперечисленным, вышел за пределы разумного и теперь мутирует в патологию — явную и настоящую опасность для каждого американского еврея.
Эрик Алтерман в своем недавнем эссе в New Republic «Грядущая еврейская гражданская война из-за Дональда Трампа» делает хорошую работу, обрисовывая современный американский еврейский ландшафт, с перечислением всех основных персонажей и институтов. Но в конечном итоге он оказывает американскому еврейству большую услугу, рассматривая нас исключительно через американские политические линзы. Я осмеливаюсь смиренно предположить, что эти американские политические линзы, которые видят только левых, правых и центр; демократов, республиканцев и независимых; либералов, консерваторов и умеренных, безвозвратно испорчены. Они являются ложной метрикой, с помощью которой наше самопонимание как евреев безнадежно искажено.
Дело в том, что сейчас американские евреи нуждаются друг в друге как никогда — и это не политический вопрос, это просто вопрос выживания. Мы нуждаемся друг в друге, чтобы выжить. Просионистские и антисионистские американские евреи — это, прежде всего, евреи-единоверцы. Прогрессивные, либеральные, умеренные, консервативные и MAGA-евреи — это все равно, в конечном счете, евреи-единоверцы. Мы должны отложить наши разногласия до лучших времен. Прежде всего, мы должны продолжать задавать себе и друг другу большие вопросы, которые мы, как народ, задавали всегда. Что значит быть евреем в этом мире? Почему мир устроен именно так, а не иначе? И каковы мои, как еврея, обязательства перед собой и другими?
Использование убийств Ярона Лищински и Сары Милгрим как способа сделать заявление о нашем нынешнем американском политическом дискурсе, об американском еврействе в целом и об угрозах, с которыми мы сталкиваемся сейчас, похоже, со всех сторон, вызывает крайнее беспокойство. Но для того, чтобы воспоминания о Яроне и Саре были благословением — а мы обязаны позаботиться о том, чтобы воспоминания о них были благословением, — нам не обязательно соглашаться с их взглядами. Нам нужно только признать их нашими собратьями-евреями.
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк