Горско-еврейская свадьба
Побывав недавно на свадьбе у родственников, я задумалась о том, как мы сохраняем и соблюдаем свои обычаи. В частности обычаи свадебной церемонии. Свадьбы стали делать в субботу, что по еврейской традиции не положено.
Побывав недавно на свадьбе у родственников, я задумалась о том, как мы сохраняем и соблюдаем свои обычаи. В частности обычаи свадебной церемонии. Свадьбы стали делать в субботу, что по еврейской традиции не положено. Упростилась и сама подготовка к свадьбе, забываются многие свадебные обряды и обычаи. Вот как описывают свадебные обряды горских евреев историки.
Магомед-Загир Курбанов, кандидат исторических наук
Этнические традиции в свадебных обрядах горских евреев
Свадебное представление горских евреев являло собой устоявшуюся веками постановку, где каждый зритель был одновременно участником спектакля и заранее знал уготованную ему роль. Во главе всего стоял «серпои», то есть шах. Функционировали и другие традиционные свадебные персонажи - «кейвони», «мааначи», «гуда». Сохраняется своеобразная форма приглашения гостей на свадьбу. Расширилось содержание этого обычая. Значительное число традиционных элементов содержит и сама свадьба. Например, несли невесте «гудушпенду», выливали из таза чистую воду с пожеланием счастья и благополучия невесте - «арус», сопровождали жениха и невесту к синагоге («нимаз») под «хупо»; осыпали невесту рисом, конфетами, мукой, давали попробовать «асель» (мед) с пальца невесты жениху; оставляли отпечатки ее пальцев на притолоке; бросали под ноги невесты кусок железа, чтобы она перешагнула (в этом виделся залог счастья и здоровья молодоженов).
Юрий Мурзаханов, кандидат исторических наук
Брак и свадебный цикл у горских евреев во второй половине XIX - начале XX века
О раннем замужестве горских евреев говорят бытописатели конца XIX - начала XX веков, указывая при этом, что иногда разница в возрасте между мужем и женой была довольно значительной и составляла 15-20-25 лет. После того как выбор невесты был сделан, родители жениха обращались за помощью к профессиональной свахе («ильчи»), задачей которой было вести переговоры с родителями девушки; стороны также обсуждали вопрос о размерах обязательного брачного платежа - калыма («хублари»).
Во время церемонии «тоной» раввин составлял документ, в который записывались «условия обручения», то есть каков размер калыма, какая часть «хублари» выплачена и сколько еще осталось выплатить, какие «гидишменди» жених должен преподнести невесте в качестве свадебного подарка и т. д.
Через месяц после обручения справлялась свадьба; иногда временной промежуток между «тоноем» и «арси» увеличивался до нескольких месяцев и даже лет ввиду каких-либо объективных причин (смерть кого-либо из родственников будущих супругов, несчастный случай, происшедший с кем-либо из близких и т. д.).
Продолжительность свадьбы (от 4-5 до 8-10 дней) зависела от материальных возможностей сторон, устраивавших свадебное торжество. После окончания «арси» молодая супружеская пара, наконец, получала свободу в семейной жизни, так как до этого жених жил у себя в комнате, а с невестой находились ее сестры и мать жениха.
Но у историков свой взгляд, а мне вспоминается, как это было в 80-е годы в Дербенте. Когда девушка давала согласие выйти замуж, делали хостеи (сватовство). Хостеи делали у невесты в доме и организовывали все родители невесты, сторона жениха в этот вечер приходила в дом к невесте с самыми близкими родственниками, приносили подарки, сладости. После сватовства назначали день свадьбы, худушпенду, когда и где будет Хупа. После церемонии хостеи невесте разрешалось выходить на прогулку с женихом, ходить в кино, театр, на концерты, на свадьбы и другие торжества.
А за время, оставшееся до аруси (свадьбы), родители невесты готовили приданое (джииз), а родители жениха подарки для невесты. А если на этот период попадал какой-нибудь еврейский праздник, то сторона жениха обязательно приходила в дом к невесте чтобы поздравить.
За неделю или две до свадьбы делалось худушпенду, когда несли невесте Табахо (подарки) на красиво украшенных подносах. Все конечно зависело от благосостояния семьи.
Близкие родственники - братья, сестры, дяди, тети - делали по желанию табах от себя. Родители невесты в этот вечер накрывали стол у себя дома для своих родственников. А жених забирал невесту к себе в гости на этот вечер, и сторона жениха проводила худушпенду у себя.
У евреев Восточного Кавказа проводились две свадьбы: первая - в доме невесты, куда также приглашли родню и друзей жениха. На следующий день проводилась свадьба в доме жениха.
На свадьбу приглашались многочисленные родственники, ведь раньше семьи были большие, друзья, соседи, а также самые близкие со стороны жениха на свадьбу невесты и наоборот.
В день свадьбы у жениха с утра в дом невесты приходили записывать приданое (джииз). Приходил раввин, несколько свидетелей с обеих сторон, и раввин составлял ктубу (кэтубо). После составления ктубы и обильного угощения гости уходили и увозили приданое в дом жениха.
А тем временем начинались приготовления в доме невесты, собирались близкие и подруги попрощаться с невестой. Тут было много смеха и конечно все это не обходилось без слез, плакала невеста, что уходит из родительского дома, даже если на соседнюю улицу, плакала мама, подруги, сестры.
Приезжал жених на красиво украшенной машине, тогда еще не было лимузинов, чаще всего это была 21-я белая «Волга». Перед тем как забрать невесту за нее давали символический выкуп, за невестой шла свидетельница с зеркалом, сопровождающие с горящей лампой и подруги с зажженными свечками. Затем молодые чаще всего ехали в синагогу делать Хупу, или иногда Хупу делали в доме жениха, куда специально приглашали раввина. А потом ехали кататься по городу, обязательно проезжая мимо туннеля, знаменитой Дербентской Крепости, и привозили невесту в дом жениха.
У ворот дома свадебную процессию встречают родители жениха. Свекровь встречает невестку с медом, чтобы жизнь в новом доме была сладкой и счастливой. Затем невесту заводили в дом, усаживали на подушку, на колени сажали маленького мальчика, чтобы первенец был мальчиком.
Обязательным на свадьбе являлся танец невесты. На танец первым ее приглашал самый близкий человек жениха (отец или брат). Затем с невестой танцуют все родственники и гости. При этом каждый танцующий дает невесте деньги и цветок. А через неделю после свадьбы жениха делали гизечён, в гости к молодым с подарками приходили родители невесты с родственниками.
Время течет, все меняется, и конечно жизнь не стоит на месте, но очень хочется, чтобы наши традиции сохранялись, передавались из поколения в поколения.
Автор: Материал подготовила Валентина Соломонова
Читайте также
Все материалы рубрикиСара Дадашева - дочь Пейсаха Сабаева
Сара Дадашева родилась в семье Пейсаха и Шифро Сабаевых приблизительно в 1890 г. Отец Сары Пейсах Сабаев был владельцем виноградных плантаций, достаточно обеспеченным человеком. Одевался с большим вкусом и роскошью.
Сара Дадашева родилась в семье Пейсаха и Шифро Сабаевых приблизительно в 1890 г. Отец Сары Пейсах Сабаев был владельцем виноградных плантаций, достаточно обеспеченным человеком. Одевался с большим вкусом и роскошью. В его доме в те годы было электричество, телефон. В жены элегантный Пейсах взял Шифро, сестру Дадашева Юсуфа, тоже уважаемого и состоятельного жителя города. В этом браке и родилась дочь Сара. Она оказалась единственным ребенком в этой семье. В начале XX в. родители Сары приняли решение уехать в Палестину. Ее отец приобрел апельсиновые плантации, участок земли в Иерусалиме. Тогда же Пейсах Сабаев внес щедрый вклад в строительство синагоги для кавказских евреев в Иерусалиме. Эта синагога существует и поныне. В ней располагается ешива.
Когда Сара подросла, ее выдали замуж за двоюродного брата со стороны матери (старшего сына Юсуфа Дадашева) - Нисона. Молодые жили в согласии друг с другом, но их омрачало то, что у них не было детей. Неизвестно точно, что именно послужило причиной, но в 1912 году Сара со своим мужем и родителями вернулась в Дербент. Поселились они на улице Буйнакской, дом 26 (в настоящее время там проживает семья Мишиевых). В 1914 году семья Сабаевых и Дадашевых выехала в Чехию в Карловы Вары на курорт. Целью было только одно - вылечить Сару. В это время началась первая мировая война, вернуться в Иерусалим они не смогли и вернулись в Дербент.
Долгожданный ребенок появился в семье Сары и Нисона только в 1925 году. Это была девочка, назвали ее Хивит, а близкие называли ее просто Вита. Долгих 18 лет семьи Сабаевых и Дадашевых просили Всевышнего подарить им наследников. Соседи, люди, знавшие семью, рассказывают, что это были очень набожные люди, свято соблюдали еврейские традиции: Нисон каждое утро накладывал тфилин, соблюдали шабат. Они также рассказывали, что в Палестине у них есть дом, что они хотят туда уехать, что когда они поедут, то обязательно заберут и соседей с собой.
Шли годы, у Сары родилась еще одна дочь Мила и сын Илюша. Пейсах и Шифро Сабаевы радовались и растили внуков. В Дербенте на средства Сабаева был построен двухэтажный дом по ул. Ленина, 26. Наступил 1937 год. Пейсаха арестовали по ложному доносу. Сабаев дружил с бывшим председателем Военкомом Дербента Керимом Мамедбековым. В доносе фигурировало фото, на котором Сабаев и Мамедбеков сидели рядом. Мамедбекова к тому времени уже расстреляли как «врага народа». Больше ни Сара, ни ее мать Пейсаха никогда не видели. Только в конце 70-х удалось узнать, что он был расстрелян.
Дети Сары подросли. Дочь Хивит с успехом окончила институт связи в Ленинграде. В Ленинграде проживала сестра Шифро - Одессо, которая была замужем за Иммануилом Ханукаевым. Хивит была направлена по распределению на работу в Душанбе после окончания института. Там в 50-е годы произошло сильное землетрясение. Хивит не пострадала, но после этого переехала жить в Махачкалу, где работала в управлении связи. Чтобы быть рядом с дочерью в Махачкалу переезжает и Сара. Жизнь Виты окончилась трагически, ее сбила насмерть машина в молодом возрасте, остался малолетний сын-инвалид. В конце 70-х скончалась и Сара. Она похоронена в Махачкале. Сын Илья проживает в Израиле. О другой дочери Миле мне не удалось ничего узнать.
Сара, которая была из знатного рода, богатая, любимая, единственная дочь состоятельных родителей, была вместе с тем очень проста, терпелива, смиренно сносила все невзгоды и бедствия, выпавшие на ее долю. К ней с полным правом можно отнести эти слова:
Умереть можно и в скупости,
Но жить надо в щедрости.
Ф. Оруджев
Сохранилась фотография Сары. С нее смотрит красивая, благородная женщина, ее взгляд умиротворен и вместе тем загадочен, а если посмотреть немного со стороны, то мне он напоминает загадочный взгляд знаменитой «Моны Лизы» Леонардо да Винчи.
Автор: Материал подготовила Ирина Михайлова

