— О, так ты жила в Израиле? И я тоже! А ты давно вернулась? Так, пойдем-ка чаю хлебнем, поболтаем… Как и в Израиле есть русское сообщество, русская «улица» (и особенно эта общность заметна в среде недавних репатриантов, годовалых и двухгодовалых, пожалуй), так и в России (ну ок, в Москве) существует такая вот прослойка – поуехавшие из Израиля. Не то что бы они записываются в группы и устраивают чаепития, нет конечно. Но у них словно вшит такой вот маячок – свой-чужой. Так было и в Израиле, когда все они приехали, а теперь вот – в обратном направлении.

Московская «тусовка с дарконами» разношерстна. Есть те, кому даркон был необходим лишь по принципу «все побежали и я побежал, пусть будет» и те, кто хотел иметь возможность без виз летать в Европу, и медтуристы. Словом, те, кто ни дня не чувствовал себя израильтянином, да им и не надо было. У них маячок не вшит. А вшит у тех, кто в Израиле жил. Кто ехал туда жить, действительно жить, но по каким-то причинам вернулся в страну исхода. Вот я про них. Про нас.

Это, думаю, сродни тому, как земляка встретить «в рядах советской армии». О, свой – обнимемся! Ясное дело, что подобной взаимовыручки и «чувства плеча» как в армии или как среди новеньких в Израиле, тут не возникает. Но вот некая объединяющая штука, большой секрет для маленькой компании, — есть, однозначно есть. Кстати говоря, компания разрастается. Рискую навлечь на себя гнев и проклятия «русских израильтян», но да, из Израиля многие возвращаются. Многие из тех, кто ринулся туда из России в последние… ну, давайте скажем лет пять-шесть.

Да не спешите судить, — эмиграцию совершить не так сложно, а вот выжить в иммиграции (разницу понятий все помнят, да? – когда в начале буква Э, а когда И) – это часто почти подвиг. Даже когда называется репатриацией. И причины отъезда из Израиля у каждого свои. Одни осознали, что на дистанционном доходе из России долго не проживешь — уж слишком велика разница цен, и при этом не могут обеспечить тот же уровень заработка на месте, а падать в статусе и уровне жизни они оказались не готовы, или нет причин, ради чего (дети, политические убеждения, абсолютная невозможность жить в России или Украине). Эта категория «русских израильтян» — это те, кто жил до отъезда и по возвращении снова живет лучше, чем в Израиле. Я о финансовой стороне. Другим пришлось вернуться, потому что потребовалась помощь родным, которые остались в России, или другая подобная вынужденная необходимость. А есть третьи. Им изначально не нужно было ехать в Израиль, вот куда угодно можно было, а в Израиль – нет. И теперь эти третьи день за днем выдают порции обидных высказываний. Обидных для тех, кто Израиль любит.

В Москве, за четыре месяца, прошедших после моего… не хочу говорить «возвращения из Израиля», скажу: «временного переезда обратно», я встречаю их слишком часто, — этих третьих. Только в категории «личное общение» уже за этот небольшой срок набралось около двух десятков человек. Прибавим Интернет, СМИ — публикации, комментарии, высказывания в Сети. Ох, много. Правда много. И далеко не все, даже почти никто, — никем не ангажированы. Они действительно выражают свое истинное мнение.
«Израиль – это колхоз. Смесь базара восточного с советским рынком. Местечковость, отсутствие столичного лоска и европейского сервиса. Грязь и мусор, убитые квартиры, сдающиеся в аренду по космическим ценам. И «ложить» вместо «класть» в русской речи».

И ведь по фактам вроде бы и не возразишь. Нечего. Меня саму, — москвичку-филолога, — передергивало и от «ложить» и от «кушать» из уст взрослого человека, и от «ихнего». Ну так меня от этого и в Москве передергивает, и в Воронеже, и в Харькове. И я не вижу ничего зазорного в том, чтобы вежливо объяснять: «Нет слова «ложить» в русском языке. Есть слово «класть». И «их», а не «ихний». И «кушать» применимо только к ребенку, а взрослый человек, если он не лакей из пьесы, так по-русски про себя сказать не может. Он скажет «я хочу есть, я поел». Это если вы хотите говорить по-русски. Вы же готовы учить иврит, английский, французский и прислушиваться к правилам, к тому, как правильно.

И мусор — это хреново. И отсутствие сервиса с пометкой «ответственность перед клиентом» — это минус, и это бесит, да. Но. НО.

Есть факты, а есть оценочные суждения и неласковые эпитеты. Когда кого-то любишь, а он не идеален, — чавкает громко или стрижка у него не модная, — ты говоришь с любовью: «Солнце, не чавкай, давай я буду тебе напоминать» и по немодной стрижке погладишь, вихры взъерошишь ласково. Ты ж его с этой стрижкой и полюбил, да ведь? И зато он в другом – лучший. Он добрый, не врет, и умеет обнимать тепло. И, может, даже нобелевский лауреат по математике. А если ты про него: «Фу, деревня, в люди с ним выйти стыдно, лохматый юродивый», — то на кой черт, спрашивается, ты к нему вообще подходил, если видел, что у него парикмахер из 90-х?

Я закусываю губу до боли, когда слышу, как поуехавшие кроют Израиль. Мне обидно до чертиков. Мне физически неприятно и даже больно. Я не хочу анализировать и рефлексировать на тему «ах, они пытаются оправдать правильность своего отъезда, объяснить, что это не они не справились, а страна плоха, подтвердить самим себе: хорошо, что не остались там, мне здесь лучше». Я не психолог, мне просто неприятно все это слышать и точка. Да, я понимаю, что рекламный слоган сайта про аренду жилья в разных странах отражает суть современного человека-космополита. «Приезжай поживи». Мир открыт и человек имеет право жить там, где ему комфортнее, и никто не вправе осуждать. Приехали, пожили, не понравилось, вернулись. Но можно при этом не оттопыривать презрительно нижнюю губу и не «обласкивать» последними словами? Ну пожалуйста!

Я скучаю по стране, в которой не была вот уже четыре месяца. Четыре месяца без Израиля – это неправильно. Да, в Москве мне вовремя доставят собачий корм, или десять раз позвонят с извинениями, если не могут доставить вовремя, и волосы тут покрасят по последней моде, и за меньшие деньги. Да, здесь русский язык чище и образцовее, а интерьеры ресторанов интереснее. Да, здесь архитектура, подсветка зданий и в центре города не валяется мусор. Но когда я сижу в московском кафе с человеком из «тусовки с дарконами», одетым в выглаженную брендовую рубашку, скрупулезно расспрашивающим официанта о степени прожарки стейка и годе урожая вина, который при этом вещает: «Местечковый Израиль, колхозный, фу, неотесанный, оставшийся в 90-х, как я мог там жить вообще», я смотрю на него и думаю: «Фу, действительно фу, колхозный какой персонаж, сноб и бяка, и зараза неблагодарная»…

Источник: Shakshuka.ru