Иран содрогается от протестов
Национальная экономика оказалась в бедственном положении
Владимир Месамедсотрудник Института стран Азии и Африки Еврейского университета в Иерусалиме, эксперт-иранист
В последние годы протесты приняли достаточно широкий размах по всему Ирану. С чем это связано? Связано это с несколькими причинами, но главная — недовольство населения экономической ситуацией, усталость от авторитарного исламистского режима. Последние данные опросов иранской оппозиции свидетельствуют: более 60 процентов населения страны недовольно режимом и готово серьёзно протестовать и даже выходить на демонстрации. Однако не все решаются выйти на улицы и протестовать из страха быть заключенным под стражу (это в самом лучшем случае).
Иранская экономика оказалась в бедственном положении. Некоторые местные СМИ пишут, что ежемесячно 600-700 тыс. человек оказывается за чертой бедности. Это громадная цифра, показывающая, что в иранской экономике дела идут «не айс». В стране давно уже очень многие семьи отказывают себе в мясе и во многих других продуктах питания.Довольно часто в интернете появляются видео, на которых иранцы собираются толпой у мусорных баков в поисках пищи. Или, например, ставят пустой стол посреди улицы и садятся за него, демонстрируя, что они голодают.
В Иране рассчитывали исправить ситуацию после обновления соглашения по ядерной программе (СВПД), рассчитывая, что в страну хлынут деньги, но пока этот вопрос находится в подвешенном состоянии.
С другой стороны, иранские власти возлагают надежду на то, что их активы в западных банках будут разблокированы. Но ни одна страна не решается пойти на это. Единственная страна, которая послушала Тегеран, — Великобритания. В зарубежных СМИ была распространена информация, что в Великобритании были разблокированы иранские активы на 470 млн. евро. Несмотря на то что иранцы предпринимают серьезные усилия в этом направлении, пытаются каким-то образом оживить экономику, пока заметных успехов достичь не удалось.
Однако в Иране надеются на нефть, цены на которую выросли. Только в прошлом месяце цена была установлена на уровне 130 долларов за баррель. В Иране говорят, что они готовы экспортировать более 120 млн баррелей нефти. Однако это не решит всех социально-экономических проблем страны. Иранское правительство хочет достичь 6-процентного экономического роста в течение следующих 10 лет. Однако, чтобы достичь такого уровня экономического развития, необходимо ежегодно инвестировать 150 млрд долларов. Только в таком случае, возможно, у экономики может открыться второе дыхание. Недавно на заседании Комитета по здравоохранению Исламского консультативного совета (парламента) развернулась дискуссия и было заявлено, что начавшийся 20 марта 2022-го 1401 год сулит лишь нарастание острых экономических и социальных проблем.
В условиях отсутствия удовлетворительного выхода из сложившейся ситуации в Иране опять началась волна протестов. Иранским властям нечего предложить своему народу на фоне надвигающегося глобального продовольственного кризиса. Недавно прошли забастовки учителей и демонстрации государственных служащих, что для Ирана весьма редкое событие. Замечу, что на демонстрациях митингующие выкрикивали довольно жесткие лозунги: «Смерть Хомейни!», «Смерть Ибрагиму Раиси!», «Покончить с дороговизной!», «Прекратить помощь иностранным террористическим группировкам!». Что стало «спусковым крючком» народных волнений в Иране? Эксперты называю две главные проблемы: резкое падение нацвалюты и дороговизну. За один месяц курс риала упал на 14%. Растут цены не только на продукты, но и на непродовольственные товары. Конечно, волна протестов в Иране в той или иной степени приведет к ослаблению режима. Однако прогноз того, по каким сценариям будут развиваться события в стране, едва ли кто осмелится дать сегодня.
«Заклятые друзья» Беннет и Лапид: сохранится ли коалиция?
По наблюдениям многих аналитиков, коалиция Беннета-Лапида доживает последние недели
Если изучить причины досрочных выборов в Израиле за последние четверть века, можно прийти к выводу, что коалиция почти никогда не разваливалась из-за действий оппозиции: все конфликты, приводящие к досрочному голосованию, возникают из-за трений в самой коалиции. Так, скорее всего, будет и в этот раз.
Поскольку после ухода из коалиции Идит Сильман («Ямина») в кнессете снова запахло выборами, ключевым пунктом коалиционных соглашений стал тот, который определяет, кто возглавит переходное правительство в случае его падения до ротации.
Согласно ранее достигнутой договоренности между Беннетом («Ямина») и Лапидом («Еш Атид») и закрепленной в виде решения правительства, главой переходного кабинета станет тот, кто удержит свою часть коалиции от распада и тем самым не спровоцирует новые выборы.
То есть, если два депутата от блока Беннета в коалиции («Ямина» и «Тиква Хадаша») проголосуют за роспуск Кнессета, то есть если справа окажется еще один или несколько перебежчиков, то Лапид получит пост премьера переходного правительства на период предвыборной кампании.
А это значит, что премьер-министром он будет около пяти месяцев (три месяца — предвыборный период, еще как минимум два — формирование нового правительства). От того, кто станет премьер-министром в этот период, будет зависеть многое, поэтому лидеры ортодоксальных партий боятся подобного развития событий.
Но если правительство свергнет кто-то из блока Лапида (все остальные партии коалиции), то премьер-министром останется Беннет. Это важно для политика, за которым минимум мандатов и электоральный потенциал которого не совсем ясен.
Поэтому события последних двух недель можно было охарактеризовать как «подталкивание» определенных членов коалиции к выходу из нее. Так, череда заявлений, связанных со статусом Храмовой горы, усилила подозрения в том, что Беннет намеренно провоцирует обострение, но на самом деле не хочет, чтобы кризис с партией «Раам» закончился.
В конце концов, Лапид и Аббас смогли привести ситуацию в норму и дать еще один шанс кабинету, а атмосфера разочарования, царившая в коалиции в начале прошлой недели, сменилась осторожным оптимизмом.
В среду, 11 мая, Лапид восхищался своей победой в интервью Амиту Сегалу на 12-м канале и вызвал у Беннета небольшое потрясение, заявив о сотрудничестве с Объединенным списком, не исключив возможности, что тот даст правительству страховочную сетку при принятии бюджета.
«Ямине» это не понравилось, и там начали возмущаться и заявлять, что ничего подобного не будет, хотя именно Объединенный список помог коалиции провалить первые вотумы недоверия после парламентских каникул.
Но Нафтали Беннет и Айелет Шакед опасаются, что Яир Лапид попытается сделать сотрудничество с Ахмадом Тиби постоянным, чтобы довести дело до ротации, и что это усилит давление справа на членов фракции «Ямина» и подтолкнет их к присоединению к ушедшей Сильман. Они увидели в интервью своего рода «месть» за поведение «Ямины» в отношении «Раам», призванной передать сигнал, что Лапиду есть чем ответить.
Однако в интервью Лапид опроверг предположения Сегала о тайной битве за пост премьер-министра переходного правительства. Он назвал их пустыми разговорами, призванными поссорить партнеров, и выразил уверенность в том, что его отношения с Беннетом останутся дружественными, а также в том, что ротация состоится.
Беннет также категорически опроверг слухи о своих пессимистичных оценках шансов на выживание правительства и выступил с мотивационными беседами с министрами о том, что «это зависит только от нас».
В среду, 11 мая, Беннет и Лапид встретились с министром финансов Авигдором Либерманом. Все трое опубликовали в Twitter тройную фотографию, демонстрирующую то, как они работают над бюджетом на следующий год.
Открывая воскресное заседание правительства 15 мая, премьер-министр Нафтали Беннет заявил, что кабинет должен сплотиться и продолжать работу — «недопустимо скатываться к новым бесконечным выборам». Желанием укрепить коалицию Беннет объяснил изгнание из Кнессета депутата Хальфона, которому придется сдать мандат после отставки с министерского поста и возвращения в Кнессет Матана Каханы.
Беннет заявил, что правительство получило страну в ужасном состоянии и менее чем за год сумело добиться многого: «стрельбы в арабском секторе стало на 50% меньше, экономический рост достиг показателя в 8,2%, а безработица снизилась до 2,9%». Премьер-министр заявил, что жители приграничных районов Юга получили «самый спокойный период за многие годы», объем продаж земельных участков под застройку «побил рекорды», и «это далеко не полный список» заслуг нынешнего правительства. «Последний год доказал, что можно работать вместе, можно руководить страной серьезно и добиваться хороших результатов», — объявил премьер-министр.
Однако внимание СМИ привлекли не эти бодрые декларации, а новые признаки растущего разброда в рядах коалиции. После того, как съемочные группы вышли с заседания правительства, министр обороны Бени Ганц обвинил премьер-министра Беннета в том, что тот все время «говорит только о себе», хотя «вклад в работу правительства вносят многие», — а к Ганцу относится «как к министру социального обеспечения» и не упоминает его перед телекамерами. Беннет ответил, что «постоянно воздает Ганцу должное в соцсетях», на что министр обороны ответил с язвительным сарказмом. Министр социального обеспечения Меир Коэн обиделся и напомнил, что его работа тоже важна и непроста.
По наблюдениям многих аналитиков, коалиция Беннета-Лапида доживает последние недели, и все ее члены, включая премьер-министра, уже думают не о продолжении совместной работы, а о новых выборах. Неожиданная вспышка Ганца подтверждает такие оценки: похоже, министр обороны не верит в продолжение совместной работы под руководством Беннета.
Если в ближайшие недели правительство стабилизируется, «боевое братство» премьеров сможет преодолеть противоречия. Но пока оно продолжает колебаться, тайная битва между Беннетом и Лапидом за то, кто свергнет правительство, может приблизить его конец.