Иудаизм и искусственный интеллект
Чтобы политики, инженеры и руководители могли разобраться в этих различных точках зрения, Розен предлагает три ориентира из раввинистической литературы

Могут ли древние, могущественные мифические существа, известные нам из еврейской литературы, служить полезными проводниками в современном мире постоянно развивающихся технологий? Новая книга убедительно доказывает, что это действительно так.
Книга Майкла М. Розена Like Silicon from Clay: What Ancient Jewish Wisdom Can Teach Us About AI («Как кремний из глины. Что старая еврейская мудрость может поведать нам об искусственном интеллекте») показывает, что традиционные повествования о големе, дибуке и магиде могут подсказать, как нам выжить, когда компании вроде OpenAI будут создавать новые итерации мгновенно ставшего вездесущим ChatGPT и огромного сонма последующих компьютерных существ.
Розен, старший научный сотрудник Американского института предпринимательства, специализирующийся на вопросах интеллектуальной собственности в области технологий, хорошо осведомлен о современных этических проблемах, связанных с искусственным интеллектом. Он также является соблюдающим иудеем, знакомым с каноническими источниками.
Как объясняет Розен, известно четыре основные реакции на запуск в конце 2022 года ChatGPT, «большой языковой модели», которая произвела революцию во многих аспектах повседневной жизни... помогая писать свадебные тосты, некрологи, сводки новостей и даже курсовые работы».
Позитивные автономисты, такие как глава OpenAI Сэм Альтман, «считают последние достижения ИИ по-настоящему революционными — они отличаются от предыдущих вычислительных технологий не только количественно, но и качественно». Они также «верят, что машины уже достигли (или скоро достигнут) автономии... разумности, осознанности или сознания». И самое главное, «они искренне приветствуют эти прорывы».
С другой стороны, негативные автономисты, включая Илона Маска и Элиэзера Юдковски, согласны с тем, что ИИ принципиально изменит человеческое бытие и в перспективе может стать полностью автономным, но интерпретируют эту возможность «в подавляющем большинстве случаев как опасную, вредную и даже несущую экзистенциальные риски». Юдковски даже призывает к немедленной деактивации ИИ.
Другие не согласны с такой дихотомией. Позитивные автоматизаторы считают ИИ «не более чем расширением человеческих возможностей — умножителем силы, который отражает и реализует собственные способности, предположения и предубеждения программистов». Такие конструкции, как ChatGPT, по их мнению, лишены возможностей человеческого творчества и независимого мышления.
Негативные автоматизаторы согласны с тем, что эта технология — «всего лишь механический протез», но тем не менее беспокоятся, что машины навредят человечеству — не из-за мощного потенциала ИИ, как считают негативные автономисты, а скорее из-за его многочисленных недостатков. Чего уж там говорить об отсутствии человеческой души и творческих способностей — зачастую он даже не может предоставить верную информацию!
Для того чтобы политики, инженеры и руководители компаний могли разобраться в этих различных точках зрения, Розен предлагает три ориентира из раввинистической литературы.
1. Голем
Големы — человекоподобные существа, упоминаемые в Талмуде и в легендах, связанных с мудрецом XVII века по имени Махарал из Праги, — призваны защищать своего создателя и еврейскую общину. Однако они могут оказаться и разрушителями. Поэтому истории о них напоминают нам о том, что за существами, созданными людьми, но способными действовать самостоятельно, следует внимательно следить.
По словам Розена, «голем — это олицетворенная позитивная автономистская перспектива, или, по крайней мере, настолько олицетворенная, насколько может быть олицетворен гуманоид — творение человеческих рук, но независимое, доброжелательное и преобразующее». Однако, напоминает он своим читателям, «действия голема всегда зависели от его создателя-человека, который мог и хотел прекратить его существование, когда это было абсолютно необходимо, например, когда изначально хороший голем становился плохим».
Так, израильский ученый Гершом Шолем, исследователь еврейской мистики, в 1965 г. в речи, посвященной первому компьютеру в Еврейском университете в Иерусалиме, который он назвал «големом», сказал ему и аудитории: «Развивайтесь мирно и не разрушайте мир. Шалом».
2. Дибук
Сверхъестественный дух, который, как считается, обладает человеческим обликом, диббук демонстрирует непокорность, а зачастую и откровенно злые наклонности. Известны истории о том, как он вселяется в людей, а общинные мудрецы вынуждены изгонять его. Такая демоническая сущность, как считает Розен, «должна быть особенно привлекательна для негативных автоматизаторов, чье представление о роботах по умолчанию подчеркивает их отрицательные аспекты».
Предостерегающие истории о дибуках отражают чувства тех, кто считает ИИ параллельным явлением, «темным, опасным и тяжелым отражением человечества, злой силой, которую человечество должно изгнать, и бременем, которое нужно сбросить», если мы хотим оставаться психологически здоровыми.
3. Магид
Гораздо менее известным, но, возможно, более ценным для текущего момента является магид. Выдающийся еврейский ученый XVI века раби Йосеф Каро, автор классического еврейского труда «Шулхан Арух», свода еврейских законов, верил, что подсознательный голос (позитивное зеркало диббука) посещает его и вдохновляет на научные изыскания и духовный рост. Он назвал это магидом (рассказчиком), и, подобно взгляду Сэма Альтмана на искусственный интеллект, это «вдохновило его и проявило все самое лучшее».
Раби Каро, который, похоже, первым упомянул об этой духовной сущности, описывает ее так, что, по словам Розена, «она напоминает дибука, поскольку, как и его темный сородич, он представляет человеческие порывы и творческие способности, не обязательно выходя за их пределы. Однако, в отличие от дибука, магид отражает наших внутренних ангелов, позитивные побуждения и стремление к самосовершенствованию ради улучшения мира».
В конечном итоге, заключает Розен, «наши внутренние дибуки — наши самые темные инстинкты — будут доминировать в нашем мышлении о технологиях и решениях, которые мы разрабатываем, если мы не дадим нашим внутренним магидам — нашим лучшим ангелам — одержать над ними верх».
Он предлагает «тепло принять все лучшее, что могут предложить наши современные големы, поощряя дальнейшее развитие технологий, которые продлят и улучшат человеческое существование». В то же время он выступает за стратегию строгих добровольных отраслевых стандартов, основанных на этических мнениях корпораций, правительств и общественности, «которые обеспечат ответственное и правильное развитие ИИ».
Частью этого процесса регулирования должно стать выявление и искоренение наших худших психологических предубеждений и импульсов (дибуков) из наших машин «и наделение их нашими лучшими ангелами — нашими маггидами». И, конечно, подобно создателям големов древности, предусмотреть меры предосторожности на случай, если то, что мы создаем, угрожает выйти из-под контроля человека.
Последняя молитва Розена, как и у Шолема, заключается в том, чтобы все последующие разработки ИИ стали началом более гуманистической эпохи для всех нас.
Aish.com, перевод Ильи Амигуда
Антихамасовские протесты в Газе вселяют надежду
В Израиле давно известно, что ХАМАС в течение многих месяцев фальсифицировала опросы общественного мнения

Протесты, вспыхнувшие в Газе, должны радовать не только израильтян, но и всех, кто стремится к безопасности и миру в регионе. Они также ставят острый вопрос: что скажут те, кто утверждал, что в Газе нет невинных, что все там за ХАМАС и что весь сектор несет ответственность за 7 октября, сейчас, когда по всему миру разошлись видеозаписи демонстраций палестинцев, протестующих против власти ХАМАСа?
Несомненно, некоторые поспешат объяснить: это именно результат военного давления Израиля. Они будут утверждать, что демонстранты были когда-то сторонниками ХАМАСа, а теперь отвернулись от него — это, мол, знак того, что палестинцы осознали превосходящую силу Израиля. Ни больше, ни меньше. Конечно, отчасти это может быть правдой. Но это далеко не полная картина.
В Израиле давно известно, что ХАМАС в течение многих месяцев фальсифицировала опросы общественного мнения в Газе в связи с падением своей популярности. Во время войны и до нее хамасовский режим подвергался серьезной критике. ХАМАС жестоко подавляла инакомыслие с помощью пыток и казней. Ранее я приводил сообщения находившихся в Газе сотрудников международных гуманитарных организаций, которые говорили: когда лидеры ХАМАСа выйдут из туннелей и война закончится, народ ополчится на них. Ненависть к ним, по словам этих наблюдателей, безмерна.
Протесты, вспыхивающие сейчас, происходят не в вакууме. Жители Газы недавно ощутили относительное спокойствие в результате длительного прекращения огня. Многие из них вернулись на свою землю после нескольких месяцев, проведенных во временных убежищах. Они своими глазами видели разрушения. Многие устали от войны, а некоторые вообще никогда не поддерживали ХАМАС.
Это не значит, что некоторые из них не причастны — действием или молчанием — к зверствам 7 октября. Это также не означает, что они стали сторонниками Израиля, особенно на фоне повсеместных разрушений в Газе. Но когда людям больше нечего терять, они готовы выйти на усыпанные руинами улицы, чтобы осудить деспотичный, склонный к геноциду режим.
И без протестов ясно, что в Газе есть невинные люди. Любой ребенок невиновен по определению. Но с политической точки зрения протесты подчеркивают важнейший момент: на другой стороне есть люди. Мы слышали голоса лидеров общин в Бейт-Лахии, которые молили о будущем для своих детей, жаждали нормальной жизни и свободы.
Тем не менее, после 7 октября мы должны избавиться от иллюзий. В Газе живут кровожадные фундаменталисты, которые хотят, чтобы все горело синим пламенем. Именно они держат нас в заложниках — в кандалах, глубоко в темных туннелях репрессий и невежества. Эти фанатики остаются у власти не только благодаря грубой силе и организационной хватке ХАМАС, но и благодаря покорности населения. При всем мужестве, проявленном в таких местах, как Бейт-Лахия, это еще не народное восстание против ХАМАСа — хотя оно может произойти скорее, чем ожидается.
Жители Газы, несмотря на слухи, останутся соседями Израиля. Некоторые говорят о полной победе, проводя сравнения с Германией и Японией после Второй мировой войны. В обоих случаях Соединенные Штаты предложили убедительную модель другой жизни на следующий день. Они вкладывали свои собственные деньги в побежденные страны, несмотря на огромные американские потери и ужасы, творимые этими режимами.
План Маршалла по восстановлению Германии не был популярен в США. Руководство США все равно его реализовало, понимая, что некоторые вещи должны быть сделаны ради региональной стабильности, долгосрочной безопасности и победы в холодной войне. В истории не следует искать уроки, оправдывающие бесконечную войну или кампанию мести в римском стиле.
Правлению ХАМАС в Газе должен быть положен конец. Ее лидеры должны уйти. Вооруженные силы, созданные ХАМАС и другими боевыми группировками, должны быть демонтированы — действительно демонтированы, а не прикрыты фасадом в стиле «Хезболлы». Война может закончиться завтра, если ХАМАС согласится изгнать свое руководство и основных боевиков, как это сделала ООП в Бейруте в 1982 году, и вернуть всех заложников в рамках единой сделки. Это и есть цель. Именно здесь международное сообщество должно оказать давление.
Даже если этот день еще далек, Израиль должен наметить видение другой реальности, альтернативной структуры управления, какого-то будущего. Не ради тех, кто осмелился выйти на марш против ХАМАС, а ради нашего собственного будущего.
Победа требует умения чувствовать ее приближение, улавливать трещины по мере их появления и пробивать их дальше. Война выигрывается не одними бомбами, но и политическими маневрами. С помощью смелой мудрости, а не только бурного рвения.
Если мяч на нашей стороне (и да, пока это лишь несколько протестов), мы должны нанести удар.
И самое главное, мы должны помнить: военные действия иногда могут быть необходимы, но они не являются самоцелью. Те, кто не предлагает никакого видения последующего дня, предлагают только бесконечную войну. А бесконечная война — это, по-своему, форма поражения.
Ynet, перевод Якова Скворцова




