Первой прочитанной мной книгой Сами Михаэля была «Пальмы в бурю». Я прочитала ее при подготовке магистерской диссертации в Городском университете Нью-Йорка на тему «Отношение арабов и евреев к «Фархуду», еврейскому погрому в Багдаде в июне 1941 года. Я нашла множество упоминаний об этом событии на арабском языке у иракских историков. Однако мне не удалось найти ни одного упоминания об этом ужасном погроме со стороны иракских евреев.

В книге Сами Михаэля «Пальмы в бурю» выражена его тоска по родине, по тому, как он в молодости плавал на лодке по реке Тигр, когда будущее Ирака, в том числе и его евреев, выглядело таким многообещающим. Он высказал еврейскую боль и разочарование в стране, которая предала своих еврейских граждан, осмелившихся принять активное участие в развитии и строительстве независимого Ирака. Таким образом, иракские евреи, в том числе и те, кто покинул его в 1951 году, долгие годы скрывали и подавляли это травматическое событие. Однако позже, в основном в последние десятилетия, было написано множество статей о «Фархуде» — вехе в истории общины, жившей на этой земле со времен Вавилона, которая привела к массовой иммиграции в Израиль (и другие страны) десятилетие спустя.

«Принц и революционер» — так литературный критик Игаль Шварц озаглавил книгу, которую он редактировал, в которой собраны литературоведческие и научные труды Сами Михаэля и статьи исследователей, посвященные ему. Работы Михаэля получили признание и высокую оценку в Израиле и были переведены на многие языки. Характеристика «принц и революционер» как ничто другое отражает личность Михаэля и его многолетнюю писательскую деятельность. Он был литературным принцем, оставившим свой след в ивритской литературе, и социально сознательным революционером на протяжении всей своей жизни и творчества.

Он родился в богатой модернизированной семье Багдаде в 1926 году под именем Камаль Салах. Он получил образование в еврейской школе «Шамаш», где особое внимание уделялось изучению английского и французского языков, а также современной арабской литературы. Впоследствии эти основы нашли отражение в его прекрасной прозе на иврите. В возрасте 15 лет, после пронацистского восстания Рашида Али аль-Килани и последовавшего за ним погрома багдадских евреев в июне 1941 года (известного как «Фархуд»), он, как и многие молодые иракские евреи из буржуазных семей, вступил в Иракскую коммунистическую партию. Они рассматривали коммунизм как светское и просвещенное решение проблемы мозаики религий и этнических групп в Ираке. Они также считали его средством борьбы с антисемитизмом, который разрастался в Ираке, особенно в свете обсуждения резолюции ООН о разделе территории с целью создания еврейского государства. Он активно участвовал в коммунистическом подполье, которое преследовалось режимом. Он публиковал статьи в коммунистической прессе и, как многие евреи-коммунисты, не поддерживал сионистское национальное движение (или любое другое национальное движение, которое противоречило его иракской идентичности).

После того как на него был выписан ордер на арест, он бежал в Иран и сменил имя. Чтобы избежать возможной экстрадиции в Ирак, он иммигрировал в Израиль. Он поселился в смешанном еврейско-арабском городе Хайфа и, по инициативе своего друга, хайфского арабского писателя и интеллектуала Эмиля Хабиби, начал писать в коммунистических изданиях на арабском языке: «Аль-Иттихад» и «Аль-Джадид». Он вышел из партии в 1955 году из-за разочарования в сталинизме. Он завершил свое академическое образование и начал писать прозу на иврите, работая гидрологом в Министерстве сельского хозяйства. В своих произведениях он обращается к еврейско-израильскому опыту и универсальным ценностям, привитым ему с юности в Багдаде.

Ивритоязычные произведения Михаэля отличаются реалистичным стилем и связаны с социальным окружением его героев; его первые книги касаются иммигрантского общества, в котором он оказался, жизни в израильских транзитных лагерях, а также жизни в смешанном городе Хайфа. Он также писал книги для детей и подростков, а также книги для молодежи об израильском опыте, такие как «Убежище», история о группе еврейских и арабских молодых людей, находящихся под госнадзором правительства во время Войны Судного дня 1973 года. Его перу принадлежит также несколько нехудожественных книг книг: «Племена Израиля» (1984) и «Израильский опыт». (2001) Он также переводил на иврит арабскую литературу.

Социальная сознательность «революционера» прослеживается во многих его книгах, как и его постоянное стремление к миру между евреями и арабами. Иммигранты, жители израильских транзитных лагерей, сталкивающиеся с бедностью и лишениями, конфликт с теми израильтянами, которые считали себя элитой, основавшей страну, выражение сострадания и привязанности к слабым и обездоленным. Самая, вероятно, популярная его книга, «Виктория», описывающая жизнь одной еврейской женщины и ее семьи с детства в Багдаде до старости в Израиле, подчеркивает классовый разрыв и эксплуатацию слабых, особенно женщин, в еврейской общине Багдада.

В романе «Аида» (2008) Михаэль удивил своих читателей местом и временем действия: Ирак во времена Саддама Хусейна. Он описывает еврея, который решил остаться в Ираке, отправив свою семью в Израиль, и который преуспевает в финансовом плане и добивается успеха в условиях иракского режима коррупции и декаданса благодаря своим дружеским связям и зависимости от коррумпированного правительства. И все же этот человек проявляет человеческое сострадание к страдающей курдской женщине, постучавшейся к нему в дверь.

В книге «Алмазы из пустыни» (2015) Михаэль возвращается в Багдад 1930-х годов в захватывающей истории любви между двумя молодыми евреями, «привилегированным» молодым человеком из устоявшегося класса и бедной девушкой, служанкой в его доме. История любви разворачивается на фоне шумного и волшебного города. Здесь же Михаэль проявляет свою уникальность как принц-революционер, любовь ко всем людям и смелость в противостоянии несправедливости.

Сами Михаэль не родился в Израиле и не вырос в нем. Он не получал там образования ни в детстве, ни в юности. Более того, до середины 50-х годов он не считал себя сионистом в прямом смысле этого слова. Тем не менее, в своей жизни и в литературном творчестве он воплощает гуманистическую сионистскую идею, на которой было основано и процветало до недавнего времени еврейское государство. В этом смысле (и в других отношениях) он был своего рода старшим братом для многих из нас. Его трезвого, но творческого голоса будет не хватать в ближайшие дни и годы.

Times of Israel, перевод Якова Скворцова