Израиль и коронавирус – синонимы в антиеврейской кампании арабского мира
И она не затрагивает политику Израиля или статус оккупированных страной территорий, скорее, это призыв к уничтожению государства
Арабские страны хорошо известны случаями проявления антисемитизма в социальных сетях. Об этом все знают. На деле же Запад ужаснулся бы, узнав о некоторых из этих антиеврейских «трендов». Пандемия заставляет население Земли проявлять свои лучшие человеческие качества. Как оказалось, худшие – тоже.
Палестинские лидеры и некоторые из их арабских коллег использовали коронавирус для пропаганды антисемитизма и абсолютно нелогичной антиизраильской ненависти. И этот пример был подхвачен и раздут в социальных сетях. Такая ненависть, возможно, не выражалась в сети столь явно, как на прошлой неделе, когда к Йом а-Шоа запустили скандальную кампанию #COVID48.
Пока евреи вспоминали и оплакивали шесть миллионов жертв Холокоста, социальные сети наводнили сообщения на арабском (в первую очередь, от палестинских и иорданских пользователей) с хештегом #COVID48. Это отсылка к коронавирусу и ко времени основания Израиля (1948г.). Посты в Инстаграме, Фейсбук и в Твиттере содержали неверную и намеренно вводящую в заблуждение информацию. Пользователи пытались уличить Израиль в фактах отказа в помощи палестинским детям и стране в целом при тестировании на вирус. Было полно и других мифов.
Сообщения содержали отфотошопленные фотографии и фейковые видео, демонизирующие Израиль и ЦАХАЛ, сравнивающие государство с нацистской Германией, призывающие к уничтожению Эрец-Исраэль. Пользователи открыто сравнивали его с коронавирусом. И на английском, и на арабском языках. Один из постов на английском гласил: «Ничто более, чем Израиль, не являет собой вирус, убивающий людей, разрушающий их дома и безжалостно нападающий на их семьи с 72-го года». А вот другой пример: «Сионизм гораздо опаснее covid-19».
Важно добавить: все это никак не связано с критикой государственной политики Израиля.
Это не первый случай, когда пользователи соцсетей, особенно в арабском мире, сранивают евреев с бушующим вирусом. Интернет-сообщество увидело множество карикатур на эту тему, а еще утверждений о том, что это Израиль повинен в распространении коронавируса. Эти антисемитские высказывания беспокоят сами по себе, но что еще страшнее, - что вышеупомянутый хештег находился в тренде в течение первых нескольких часов с момента наступления Дня Катастрофы, его упомянули 56 тысяч раз. И это что-то да говорит об истоках кампании.
Все началось с иорданских студентов – членов группы под названием «Дети палестинских лагерей в университетах Иордании». У этих ребят был «свой» Йом а-Шоа, который они использовали для демонизации еврейского государства и распространения дезинформации. Тридцати минут хватило, чтобы хештег оказался в трендах в иорданском Твиттере. Этой кампании предшествовала другая – начавшаяся за несколько дней до Йом а-Шоа. Ее участники акцентировали внимание на палестинских заключенных, сравнивая число смертей от вируса с количеством погибших палестинцев, карантинные меры - с египто-израильской блокадой сектора Газа. Но столь неуместная в такой момент для израильтян кампания вовсе не замкнута на самой себе. Она спущена сверху.
Несмотря на беспрецедентные меры поддержки, которую Израиль оказывает Палестине – передавая медикаменты, медоборудование, тесты на covid-19 и средства защиты – некоторые лидеры Палестины плетут интриги с целью розжига ненависти. Понятное дело, что террористическая группировка «Хамас» обвиняет Израиль в распространении вируса, но одним из главных двигателей этой кампании стал Мухаммед Штайе, премьер-министр Палестины. Мало того, что он публично обвинил солдат Цахала в преднамеренном «распространении коронавируса» среди палестинцев, так еще заявил, что израильтяне не хотят бороться с болезнью, потому что «они любят деньги».
И это происходит в то время, когда Израиль тесно сотрудничает с палестинской политической верхушкой по вопросам эффективной борьбы с пандемией и даже проводит для израильских и палестинских медиков из Сектора Газа и с Западного берега совместные учения! Лживые сообщения Штайе опасны и сами по себе, и потому что они усиливают рост радикальных настроений в палестинском обществе. А соцсети, в свою очередь, раздувают их еще больше.
Соцсети – своего рода увеличительное стекло для происходящего в мире, через призму которого все (с такой-то активностью!) выглядит искаженным. Когда палестинские лидеры позволяют себе говорить неправду, это в конечном счете подхватывает Интернет. К сожалению, несмотря на очевидный антисемитский характер высказываний в ходе упомянутой кампании, на явные призывы к уничтожению государства и ревизионизм Холокоста, авторов не заблокировали, а их записи не удалили.
Палестинские лидеры подвели свой народ. И социальные платформы тоже подвели пользователей – когда им следовало нейтрализовать тот негатив, который вылился на всеобщее обозрение. Как результат – нас преследует эхо ненависти, антисемитизма, заговоров и фальшивых новостей, которые меньше всего нужны миру в момент борьбы с общей бедой – covid-19. Будет время и место для конструктивной критики Израиля, но #COVID48 – очевидно, их примером не является. Перевод Наталии Кравченко
«Авода»: пациент скорее мертв
В последние годы электорат не упускал возможность отказаться от своей партии
Равит Гехтобозреватель «Гаарец»Центральный комитет партии «Авода», стоявшей у истоков создания Израиля, одобрил присоединение к коалиции. Вот что это означает для настоящего и будущего.
Амир Перец и Ицик Шмули из «Аводы», Бени Ганц из «Кахоль-Лаван» и Габи Ашкенази теперь являются главными мишенями для гнилых помидоров. Но чтобы понять их решение о вступлении в коалицию, одобренное 26 апреля комитетом партии, нужно рассмотреть три аспекта.
С политической точки зрения, Перец и Шмули не ошиблись, а действовали рационально, согласившись присоединиться к правительству Нетаньяху . «Авода» сейчас имеет всего три места в Кнессете — что делает ее маловлиятельной политической силой. Вина за это отчасти лежит на Переце, который упорно цеплялся за партию «Гешер», однако он всего лишь еще один персонаж в процессе исторического краха израильских лейбористов.
В последние годы электорат не упускал возможность отказаться от своей партии каждый раз, когда возникали более привлекательные политические игроки. Сначала была «Кадима», затем «Еш Атид» и, наконец, «Кахоль-Лаван». В этом контексте связи лейбористов с «Кахоль-Лаван», чьи лидеры присоединились к Нетаньяху, объяснимы. У Переца и Шмули просто не было выбора.
У Переца и Шмули есть оправдания: так как Шмули займет пост министра социального обеспечения, предварительные договоренности с «Кахоль-Лаван» скорее всего включают в себя многие социально-экономические требования, например, повышение минимальной зарплаты и пенсии, бесплатное образование, и другие предложения, с которыми они смогут войти в новое правительство.
Однако, вероятно, ни один из этих вопросов не найдет отражения в политике нового правительства — в коалиционных соглашениях между Ганцем и Нетаньяху они не упоминаются. Именно поэтому Амир Перец и Ицик Шмули стали косвенными партнерами по коалиционному соглашению, базирующемуся, в основном, на личных гарантиях между Нетаньяху и Ганцем.
Кроме того, в вопросе о распространении суверенитета на территории Западного берега Шмули и члены «Кахоль-Лаван» стремятся свести к минимуму важность деклараций об аннексии и представить ее как своего рода декларативный налог на жестком праве. Вполне возможно, что Нетаньяху, который серьезно относится к этому вопросу на публике, просто пытается ввести в заблуждение поселенческое лобби. Но возможно, что он говорит правду.
В результате сейчас политическая судьба Переца и Шмули зависит от решения Нетаньяху. Вполне вероятно, Нетаньяху, для которого аннексия не является основным и идеологическим пунктом повестки, заинтересован в том, чтобы оставить после себя важное наследие. Более того, можно предположить, что, если Нетаньяху считает, что аннексия улучшит его политическую судьбу и укрепит его правовое положение, он, не колеблясь, пойдет на это. В этом случае Перец и Шмули смогут воплотить в жизнь то, что многие из их избирателей считают катастрофой. Рассматривая это с политической точки зрения, можно сделать вывод, что Перец и Шмули просто нашли себе отличную работу, попирая при этом желания избирателей, посадивших их в Кнессет.
Haaretz, перевод Эфрат Шалем