В Сенате США начались слушания по поводу импичмента Дональда Трампа. Отстранят ли его сейчас от должности? Это маловероятно. Голосование в Палате представителей выявило единодушие республиканцев, не желающих отстранения президента. Наиболее вероятно, что в Сенате произойдет то же самое.

В настоящий момент у Трампа самый высокий показатель одобрения с начала его президентского срока — 44 процента (в момент голосования в Палате представителей он был ниже), и при этом до 90 процентов республиканцев, т.е. вся их база на местах, на его стороне. Отстранить Трампа сейчас? Для республиканских сенаторов — а у них в Сенате большинство — такое действие означало бы, с высокой вероятностью, приближение конца собственной политической карьеры. Теоретически кто-то из них может решиться на такое, если его купят или запугают (или из каких-то репутационных соображений — все же Трамп замешан в попытке нарыть в Украине компромат на своего оппонента, вероятного кандидата от демократов, Джо Байдена, и некоторые действия президента США тянут на злоупотребление властью). Но практически это маловероятно.

Трамп уверенно набрал очки после убийства иранского генерала Касема Солеймани. Он показал себя сильным лидером и не понес потерь. В то же время, и это даже важнее, экономика Америки демонстрирует позитивную динамику: в этом году ожидается рост ВВП на два процента. Трамп создает рабочие места, пусть и не в таких масштабах, как обещал во время предыдущих выборов, и его сторонники подчеркивают это. Он защищает американский рынок и товаропроизводителей от китайской экспансии и недавно «прогнул» КНР на 200 млрд долларов, на которые китайцы закупят товары американской промышленности и сельского хозяйства, чтобы сократить дефицит в торговле с Пекином. И пока экономика работает на Трампа. Если в наступившем году разразится финансовый кризис, а такое может случиться, это способно изменить ситуацию. Но пока экономика скорее работает на популярность Трампа.

Джо Байден — на сегодняшний день главный оппонент Трампа — замешан в украинском коррупционном скандале. Парадокс заключается в том, что демократы, раздувшие «Украинагейт», привлекли внимание не только к Трампу, но и к сомнительным связям Байдена в Украине.

Байден — человек из элиты, а это не популярно сейчас в США. Как отмечает председатель Международного экономического форума, Клаус Шваб, за четыре десятилетия, прошедшие с 1980 года, экономическое неравенство во всех его формах значительно возросло. В Соединенных Штатах, в частности, рост доходов с поправкой на инфляцию в пределах нижних 90 процентов населения был практически нулевым, в то время как доходы верхних 0,01 процента выросли более чем в пять раз. Неравенство в благосостоянии выросло еще больше. И тенденции сходны, хотя иногда и менее выражены, практически везде в мире. В 1960-х годах генеральный директор мог зарабатывать в 20 раз больше, чем его работники. Сегодня американские руководители компаний зарабатывают в среднем в 287 раз больше средней зарплаты. Рост социального неравенства, неолиберализм (сокращение социальных программ для бедных), негарантированность труда и прекаризация (общее ухудшение условий труда из-за автоматизации и переноса части промышленных производств в страны третьего мира) привели к тому, что вера американцев в систему рухнула. Этот факт отмечают социологи. Одновременно выросли власть и влияние олигархической элиты, богачей, контролирующих государственный аппарат. Сегодня многие рядовые американцы готовы голосовать за любого, кто против системы, против истеблишмента, или хотя бы говорит об этом, хоть за черта из табакерки. И в этом смысле именно Байден — очень неудачный кандидат, поскольку он плоть от плоти действующей системы.

Трамп гордится созданием рабочих мест, а Байден на вопрос, закроет ли он фабрики ради борьбы с климатическими изменениями, просто ответил: «да». Эта позиция в духе Греты Тунберг обрекает его на ослабление поддержки той части американского общества, среди которой Байден популярен (как ни странно — среди рабочего класса). Так что Байден — не очень хороший выбор демократов, если номинацию получит он, возможно повторение истории с Хиллари Клинтон.

Теоретически у другого кандидата от Демократической партии, социал-демократа Берни Сандерса, с его масштабными планами государственного вмешательства в экономику с целью введения бесплатной медицины, новых рабочих мест и прощения долгов студентам, может быть больше шансов на выборах президента. Но это совсем не факт, потому что в США он может считаться «слишком социалистом», а многие американцы этого боятся. Кроме того, выдвижение демократами Сандерса сомнительно, потому что он не нравится их верхушке. Он твердый государственник, сторонник жесткого регулирования бизнеса и увеличения налогов на корпорации и богачей. Его чрезмерная страсть к государственному регулированию и планы поднять налоги пугают богатую верхушку Демократической партии, связанную с корпорациями. И кроме того, по данным опросов, Сандерс уступает пока Байдену. Бывший вице-президент Джо Байден остаётся ведущим претендентом среди кандидатов от Демократической партии. По крайней мере, об этом свидетельствуют данные опросов общественного мнения.

У демократов остается надежда на то, что чуть больше половины американцев не любят Трампа в принципе, что бы он ни делал. Но с учетом того, что в США действует сложная избирательная система, где на практике все решают 5-10 колеблющихся штатов, вероятность победы/поражения Трампа — 50 на 50.

Выборы в США и ситуация в мире очень слабо предсказуемы, причем обе неопределенности влияют друг на друга. И все же в последние месяцы ситуация несколько изменилась в пользу Трампа.

Что все это означает для Израиля?

Возможно, президент Дональд Трамп является наиболее произраильским хозяином Белого дома за всю историю отношений между двумя государствами. Именно пребывание у власти Трампа позволило правительству Беньямина Нетаньяху получить официальное признание со стороны США аннексии Голанских высот и Иерусалима в качестве столицы государства. Теперь Нетаньяху надеется и на согласие Трампа с аннексией долины реки Иордан и, возможно, всего Западного берега (Иудеи и Самарии).

На первый взгляд, курс Трампа, направленный не только на поддержку Израиля, но и на блокирование Ирана, главного соперника Израиля, также выгоден Иерусалиму. Но, как говорится, не все так однозначно. Отказ Трампа защитить Саудовскую Аравию после иранского ракетного удара в сентябре 2019 г, разрушившего саудовский НПЗ, говорит о нежелании президента США втягиваться в войну на Ближнем Востоке. Большая война в регионе может оказаться непопулярной в США и помешать переизбранию Трампа в том случае, если американцы будут в нее втянуты. Даже убийство генерала Солеймани вряд ли изменит мнение Трампа. Фактически, нынешний президент США провоцирует напряженность на Ближнем Востоке, усиливая давление на Иран, но, одновременно, не готов к вооруженной защите своих союзников в регионе. Так что в его политике имеется и другая сторона, особенно не выгодная населению ближневосточных стран, которые могут оказаться втянуты в конфликт.

Но, в любом случае, сегодня невозможно предсказать, как изменится политика США на Ближнем Востоке при другом президенте.