«Еврейский легион» — это пять батальонов Королевских стрелков британской армии, второе — сразу после первого — со времен Маккавеев чисто еврейское войсковое соединение.

«Народы обретают свободу на поле боя.

Без «Еврейских батальонов» сионизм невозможен».

Владимир Жаботинский

«Еврейский легион» — это пять батальонов Королевских стрелков британской армии, второе — сразу после первого — со времен Маккавеев чисто еврейское войсковое соединение.
Первое, известное как Сионский корпус погонщиков мулов, или Zion Mule Corps, появилось в 1915 году. Владимир (Зеев) Жаботинский, оскорбленный названием, отказался к нему присоединиться и вернулся в Европу, чтобы начать долгую одинокую борьбу по созданию боевого легиона.
Пройдя горнило самоубийственных боев при Галлиполи, остатки корпуса не выполнили приказа направиться на подавление ирландских бунтов и в марте 1916 года были расформированы. 120 солдат примкнули к Иосифу Трумпельдору, надеясь создать боевую силу в британской армии.

Еврейские солдаты в Галлиполи. Фото www.europeana1914–1918.eu

Сионисты боялись последствий для евреев при любом исходе войны. Жаботинский потерпел неудачу в Египте, в Италии. К весне 1915 года он приехал в Париж. Министр иностранных дел Теофил Делькасс отверг идею, барон Эдмон де Ротшильд остался равнодушен.
В июне 1915 года в Копенгагене Жаботинский выступил на Исполнительном комитете Всемирной сионистской организации и был объявлен персоной нон-грата. Резолюция гласила:
«Ввиду слухов об образовании Еврейского легиона для завоевания Палестины Комитет заявляет, что
1. Любое подобное начинание находится в резком противоречии со всем характером сионистской деятельности.
2. Сионистская организация не будет иметь ничего общего с любым подобным начинанием;
Комитет требует, чтобы ни один сионист ни при каких обстоятельствах не участвовал или не поддерживал любое такое обязательство».

Интересно, что еще в 1903 году в Одессе, где Жаботинский организовал первый в России отряд самообороны против погромов, он подвергся остракизму и был заклеймен предателем с кафедры синагоги Явне, а самый последовательный противник Жаботинского в ВСО Менахем Усышкин остановил мать Жаботинского на улице и сказал ей: «Твой сын должен быть повешен!»

Четырежды побежденный, Жаботинский отправился в Лондон.

В автобиографии «Пробы и ошибки» будущий первый президент государства Израиль, ученый-химик Хаим Вейцман писал: «Жаботинский явился ко мне, и его идея мне понравилась. Я решил быть ему в этом деле помощником, несмотря на сопротивление, которое было почти всеобщим. Невозможно описать все трудности и разочарования, выпавшие на долю Жаботинского. Не знаю, кто еще, кроме него, мог бы это преодолеть. Его убежденность, вытекавшая из его преданности идее, была просто сверхъестественной. Со всех сторон на него сыпались насмешки. И как только ни старались, чтобы подрезать ему крылья! Мы с женой были почти единственными его сторонниками. Сионистский исполком, конечно, был против него; евреи-несионисты считали его какой-то злой напастью. Мы пригласили его поселиться в нашем лондонском доме, к ужасу многих сионистов».

Хаим Вейцман и его жена Вера возле дворца Святого Джеймса в Лондоне, где проходила конференция, на которой обсуждалась идея создания израильского государства вне контролируемой Великобританией Палестины. Фото GETTY IMAGES

Осенью 1915 года Вейцман организовал Жаботинскому встречу с военным министром Великобритании лордом Китченером. Но тот тоже не заинтересовался «модными батальонами».
В июне 1916 года Жаботинский при встрече пожаловался бывшему командиру Zion Mule Corps подполковнику Джону Паттерсону:
«– Лорд Китченер против.
– Реальность сильней Китченера.
– Вы мне поможете?
– Конечно».
Через несколько дней вмешалось провидение: лорд Китченер утонул. Паттерсон представил Жаботинского своему знакомому по бурской войне и кампании Галлиполи, секретарю премьер-министра Ллойда Джорджа капитану Леопольду Эмери. Встреча оказалась судьбоносной для Еврейского легиона, сионизма и еще не рожденного Государства Израиль.

Леопольд Чарльз Морис Стеннетт Эмери в 1917 году

Несколько фактов. Исследование профессора Уильяма Рубинштейна 1999 года показало, что мать Эмери была венгерской еврейкой; важнейшую веху сионистской истории – Декларацию Бальфура, долго ошибочно приписывавшуюся министру иностранных дел лорду Артуру Бальфуру на самом деле написал Эмери вместе с членом военного кабинета лордом Альфредом Милнером; Эмери отрекся от сына, ставшего нацистом, антисемитом и фаворитом Гитлера и казненного по приговору суда в Нюрнберге.

В середине июля 2016 года в доме Вейцмана появился Трумпельдор: «Мы прибыли вчера. Нас 120 человек. Приходите к нам в лондонские казармы».
Их включили как взвод в 20-й Лондонский батальон. Жаботинский сделал умный шаг: записался туда рядовым.

Владимир Жаботинский в окружении соратников по оружию

С помощью Эмери в начале 1917 года Трумпельдор и Жаботинский представили в Кабинет петицию о создании Легиона. Лорду Дерби поручили изучить вопрос. Жаботинский в книге «Слово о полку» вспоминал:
«Мы уселись; генерал [Вудворд] сидел в углу и молчал.
– Премьер-министр поручил мне, – сказал лорд Дерби, – расспросить вас о подробностях вашего плана.
Я рассказал: слава Богу, знал эту премудрость уже наизусть и со сна мог бы ее изложить без запинки.
– I see, – ответил министр. – Теперь другой вопрос. Считаете ли вы, что создание такого контингента послужит серьезным толчком к большому притоку добровольцев?
Ответил ему Трумпельдор с настоящей солдатской точностью:
– Если это просто будет полк из евреев – пожалуй. Если это будет полк для Палестины – тогда очень. А если вместе с этим появится правительственная декларация в пользу сионизма – тогда чрезвычайно.
Лорд Дерби мило улыбнулся и сказал:
– Я – только военный министр.
Трумпельдор мило улыбнулся и сказал:
– Я только отвечаю на ваш вопрос.
– I see. Теперь третий вопрос: я слышал, что в 20-м Лондонском батальоне есть группа солдат-сионистов, из бывших чинов Zion Mule Corps.
– Так точно, 16-й взвод, – сказал я, – там я и служу; а капитан Трумпельдор командовал ими в Галлиполи.

Министр и генерал переглянулись и тут только присмотрелись к солдатскому обличию Трумпельдора и к его неподвижной левой руке; потом Дерби слегка наклонил голову в знак молчаливого признания, а генерал еще больше выпрямился на своем стуле в углу».

Лорд Дерби одобрил проект.
Еврейский Легион родился.

Еврейский легион у Стены плача