Как Израиль борется за свой имидж: асбара, антисемитизм и необходимость четкой стратегии
Что касается аасбары, то я не знаю аналогичных понятий в других языках

Когда израильтяне сталкиваются с зарубежной критикой своей страны, многие раздражительно отвечают: «Где асбара?» или отмахиваются, называя любую критику «антисемитизмом!».
Действительно, антисемитизм недавно поднял голову; ненависть к евреям всегда адаптировалась к преобладающему дискурсу. Когда он носила религиозный характер, мы оказывались виновными в смерти Иисуса. Если речь идет об эпидемиях, то мы распространяем чуму. Когда обращаются к экономике, то евреи оказываются капиталистами-эксплуататорами и, как ни парадоксально, коммунистами. Сейчас, когда права человека выходят на первый план, еврейское государство является их главным нарушителем.
Что касается аасбары, то я не знаю аналогичных понятий в других языках. Буквально это слово означает «объяснение», но под этим явлением понимается информация, пропаганда и агитация. Она рассматривается как волшебное зелье: если бы только асбара делала свою работу, все было бы хорошо. Однако объяснить все невозможно, а то, что объяснимо, требует ресурсов, которые в дефиците.
Главным центром распространения асбары должно быть Министерство иностранных дел. Исраэль Кац сменил Эли Коэна на посту министра. Даже их самые ярые сторонники согласятся, что не дипломатические способности Коэна или Каца привели их в кресло Аббы Эвена, а скорее власть, которой они обладают в ЦК «Ликуда». Аналогичным образом, недавнее назначение Гидеона Саара на этот пост было продиктовано чисто политическими соображениями. Кроме того, министерство постоянно страдает от злоупотреблений, которые усилились при премьер-министре Биньямине Нетаньяху. Как будто, когда он стоит у руля страны, тщательно отобранные и тщательно подготовленные дипломаты не нужны.
Таким образом, министерство регулярно сокращается в соответствии с политическими потребностями. В отчете государственного омбудсмена за 2020 год содержится предупреждение о том, что функции, которые должны находиться под его контролем, распределены между 40 различными правительственными учреждениями, некоторые из их видов деятельности дублируют друг друга, и нет руководящей руки или стратегического видения.
Возьмем Министерство по делам диаспоры и борьбе с антисемитизмом. Не существует единого способа борьбы с ненавистью к евреям; требуется взаимодействие разного рода с еврейскими общинами, правительствами, законодателями, средствами массовой информации, религиозными лидерами, научными кругами, студентами и другими. Три десятка сотрудников небольшого министерства не могут обладать навыками и знаниями, накопленными в Министерстве иностранных дел и его представительствах за рубежом, которые позволяют им адаптировать методы работы к конкретным местным потребностям.
БЮДЖЕТЫ также были сокращены. За пять лет, предшествовавших публикации вышеупомянутого отчета, бюджет Израиля вырос на 25%, в то время как расходы Министерства иностранных дел сократились на 14%. Для тех, кто думает: «Пусть эти дипломаты, поглощающие коктейли, наконец-то займутся какой-нибудь работой», позвольте мне поделиться своим опытом работы послом в ЮАР, большой стране, влияние которой простирается за пределы континента. Во время Второй интифады в начале нового тысячелетия, включая печально известную Всемирную конференцию ООН по борьбе с расизмом в Дурбане, мой дипломатический персонал состоял из: моего заместителя. Один человек, и посольство также было аккредитовано в пяти соседних странах. Но давайте предположим, что в Израиле достаточно хорошо укомплектованных и щедро финансируемых дипломатических миссий, а Министерство иностранных дел возглавляют министры высшего класса. Помогло бы это? Частично. Можно было бы больше сосредоточиться на принципиальных вопросах, таких как оправдание сионизма. Можно было бы повысить осведомленность международного сообщества о таких вещах, как ужасы 7 октября 2023 года, или о намерениях Ирана. Можно было бы больше инвестировать в дипломатию типа «мягкой силы», такую как экспорт культуры и сотрудничество в областях, представляющих взаимный интерес. Но все это не может компенсировать расплывчатую политику, такую как «полная победа», о которой говорит премьер-министр.
Отказ обсуждать «послезавтра» в сочетании с широкой поддержкой внутри коалиции по урегулированию в Газе не объясняет (за исключением тех, кто считает, что мы не можем сделать ничего плохого), с какими конкретными целями Израиль продолжает воевать, причинять вред и быть пострадавшим. Никакая «асбара» не сможет преодолеть разрыв между определением Израиля как демократического государства и массовой легализацией «молодых поселений», подразумевающей аннексию Западного берега и его бесправных жителей. «А вот они...» — должно быть, является частью объяснения. А мы? Чего мы хотим? Какова наша цель, помимо лозунгов? Действительно, антисемитизм является источником многих проблем, с которыми сталкивается Израиль. Они усугубляются нехваткой средств. Но не все вытекает из этого. Не все можно объяснить, не все можно предотвратить.
Jerusalem Post, перевод Ларисы Узвалк
Решение с двумя законодательными органами против «модели Пуэрто-Рико»
Как и многие другие предложенные варианты решения проблемы, модель Пуэрто-Рико оставляет несколько непростых вопросов без ответа

В своей недавно опубликованной книге «Единое еврейское государство. Последняя, лучшая надежда на разрешение израильско-палестинского конфликта» (One Jewish State: The Last, Best Hope to Resolve the Israeli-Palestinian Conflict) бывший американский посол в Израиле Дэвид Фридман представляет модель сосуществования евреев и палестинцев, основанную на отношениях между правительством США и народом Пуэрто-Рико( остров был уступлен Соединенным Штатам Испанией в 1898 году в соответствии с положениями Парижского договора, завершившего испано-американскую войну).
Посол Фридман объясняет, как Соединенные Штаты боролись с этим положением, предоставив пуэрториканцам американское гражданство в 1922 году, но не предоставив им прав, предусмотренных Конституцией США. (Следует помнить, что коренные американцы, которые поддерживали племенные связи и проживали на своей традиционной территории, получили гражданство США только в 1924 году). В 1950 году правительство США решило эту дилемму, разрешив пуэрториканцам написать собственную конституцию.
Получившаяся модель, как резюмировал посол Фридман, «...должным образом эволюционируя с течением времени, чтобы обеспечить справедливость по отношению к жителям Пуэрто-Рико, тем не менее сохранила две особенности: 1) Соединенные Штаты обладают абсолютным суверенитетом над Пуэрто-Рико и 2) народ Пуэрто-Рико имеет широкие права самоуправления, но не имеет коллективного национального права голосовать на американских выборах». Далее он говорит: «Это формула, в рамках которой и Соединенные Штаты, и Пуэрто-Рико развиваются в мире и процветании».
Если применить модель Пуэрто-Рико к Западному берегу (Иудея и Самария) после гипотетической аннексии его государством Израиль, то отношения между израильтянами и палестинцами будут выглядеть так:
· Израиль будет обладать абсолютным суверенитетом над всей территорией.
· Палестинцы будут обладать всеми гражданскими и человеческими правами в соответствии с Основным законом Израиля о человеческом достоинстве без коллективного права на самоопределение, предусмотренного Основным законом Израиля о национальном государстве (т. е. палестинцы не будут голосовать на национальных выборах).
· Палестинцы будут иметь право принимать свои собственные законы, если они не будут противоречить израильским.
· Палестинцы не будут платить израильские подоходные налоги, но будут облагаться налогами для удовлетворения своих местных потребностей.
· Палестинцы не будут обязаны служить в израильской армии.
Цель этой модели заключается в том, что «при наличии соответствующих и необходимых гарантий безопасности и финансовой помощи Израиль сможет самостоятельно работать с палестинским гражданским руководством, чтобы привести палестинскую экономику, систему образования и программы здравоохранения к стандартам первого мира».
Обсуждение этой модели свидетельствует об искреннем стремлении найти способ обеспечить Израилю безопасность и владение Западным берегом (Иудеей и Самарией), при этом принося пользу проживающим там палестинцам. Посол Фридман пишет: «Статус постоянных жителей Иудеи и Самарии под властью Израиля — это гораздо лучший вариант для палестинцев, чем жизнь в жестких условиях, созданных ООП и ХАМАСом».
Но, как и многие другие предложенные варианты решения проблемы, модель Пуэрто-Рико оставляет несколько непростых вопросов без ответа. Пуэрториканцы, переехавшие в один из штатов США, что они могут делать совершенно свободно, как граждане США, получают право голосовать на выборах. Только те, кто решил остаться на острове Пуэрто-Рико, не имеют права голосовать на национальных выборах. Если такая модель будет внедрена в Иудее и Самарии, означает ли это, что палестинцам будет запрещено жить на основной израильской территории? Если им будет разрешено жить где-либо в Израиле, будут ли у них те же права, что и у израильских арабов, являющихся гражданами страны? Будет ли у них путь к получению гражданства, как у неграждан, постоянно проживающих в Соединенных Штатах?
Конституция Соединенных Штатах отличает «индейцев, не облагаемых налогом», от тех, кто учитывается при распределении представительства в Конгрессе. Резиденты-неграждане включены в это число, хотя они не могут голосовать. К ним также относятся индейцы, принявшие гражданство США по таким соглашениям, как Договор о ручье Танцующего Кролика между правительством США и племенем чокто, и, соответственно, платившие налоги.
Создание категории постоянных жителей, которые, по сути, являются подопечными государства Израиль, менее похоже на модель Пуэрто-Рико и более напоминает систему резерваций, разработанную для коренных американцев в 19 в. Независимо от того, насколько благожелательной была или должна была быть эта система, признано, что она не вписывается ни в одно определение поддержки человеческого достоинства, как это практикуется странами-членами Организации Объединенных Наций и выражено во Всеобщей декларации прав человека. Озабоченность общественности системой резерваций коренных народов привела к тому, что правительство США в конце концов предоставило коренным американцам полное гражданство.
Если предлагаемая модель Пуэрто-Рико в ее наиболее ограничительном варианте будет требовать от палестинцев оставаться на своих нынешних местах, подобно системе резерваций для коренного населения в США, то в конечном итоге она поддастся тем же силам, которые привели к предоставлению полного гражданства коренным американцам, что приведет к той же проблеме, что и единое двунациональное государство для Израиля, то есть нееврейское большинство с полным правом голоса, которое может, по идее, урезать права евреев в Израиле.
Решение с двумя законодательными органами приходит к конечной точке гораздо быстрее, с большей вероятностью согласия всех сторон и с большей безопасностью для евреев, даже если они находятся в меньшинстве.
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк




