Как Рафи Перец с гоями и шиксами боролся
Можно, разумеется, загнать себя в гетто во имя мифической идеи «сохранения народа», но лично я не вижу в этом цель своей жизни
В каждой стране должны быть свой Жириновский и своя Мизулина. Без них как-то всё вяло и уныло, а работа в Думе и Кнессете не бурлит и не фонтанирует законопроектами во благо любимого народа.
И вот у Израиля родился на политической арене свой забавный персонаж — главный дядя в Министерстве просвещения мистер Рафи Перец. Как говорят в Аддис-Абебе: «Азохенвей еврейским детям!»
На днях наш бывший главный военный раввин Рафи Перец (ныне здравствующий лидер партии «Еврейский дом») сравнил ассимиляцию евреев с Холокостом и опечалился ситуацией американских аидов. Так и сказал: «Ассимиляция подобна второму Холокосту».
Сегодня модно всё сравнивать с геноцидом еврейского народа. Даже пару поджопников метателю камней в арафатке левые СМИ норовят назвать «холокостом палестинского народа».
Вот и Перец не удержался. Сравнил планомерное жестокое массовое уничтожение евреев с бытовым желанием человека самому определять ход своей жизни. Иными словами, нацистов — с теми, кто женится на «шиксах и гоях».
И это таки министр просвещения? Шо он нам будет тут просвещать? Лечение геев огурцовой терапией Малахова? И ещё же утверждает, что с темой лечения гомосексуалов знаком не понаслышке, и это работает. Интересно, откуда такие «познания»?..
Но вернёмся к первому перлу, оставив в стороночке половые пристрастия дорогого министра.
Несомненно, ассимиляция может привести к полной утрате одним народом своего языка и культуры при контакте с другим. Это таки гевалт для многих благочестивых иудеев.
Но уподоблять ассимиляцию части народа геноциду — это надо уж очень желать пиара, чего министр с успехом добился дважды. Да, в долгосрочной перспективе это приводит к уменьшению общего числа евреев, но методы ни разу не одинаковые.
Так что́ именно имел в виду главный светоч Земли Обетованной? Увлечение и заимствование евреями культуры страны их проживания, то есть аккультурацию? Так этого не избежать в галуте. Те же еврейские языки — не что иное, как смесь древнееврейского и арамейского с местными наречиями. И в итоге мы имеем идиш, джуури, бухори, кайла и другие языки.
Переход на государственный язык уже сам по себе один из четырёх основных критериев ассимиляции. И что? Горские евреи или их германоязычные братья-ашкеназы перестали быть евреями? Да, джууро и ашкеназы потеряли отличительные черты древних иудеев и заменили их культурой соседних народов, но принадлежность их к иудаизму сохраняет эти этногруппы как иудейский народ, хотя ассимиляции было не избежать, поэтому евреи мира настолько разные.
Кого считает ассимилированными евреями Перец? Светский еврей-атеист считается ли ассимилированным? Ведь от иудейской культуры у него ничего нет. Ну, съест пару пончиков на Хануку. Ну, на Пурим переоденется в проститутку. То есть евреем он останется, но иудеем быть перестанет?
Да и кто является для министра Переца евреем? Этнический еврей-атеист или богобоязненный иудей кушитского происхождения?
Может, министра напугали межнациональные и межконфессиональные браки?
Ну, таких союзов не избежать, они всегда имели место. Мир стал гораздо более открыт. Глобализация шагает по планете. Можно, разумеется, загнать себя в гетто во имя мифической идеи «сохранения народа», но лично я не вижу в этом цель своей жизни и трагедии не зрею в том, что мои дети не будут евреями. Гораздо важнее для меня их благополучие и здоровье, а какого они происхождения — мне столь же интересно, сколь интересен цвет их глаз.
Да и еврейский народ будет существовать, покуда есть ортодоксальные иудеи, которые уж точно плодятся и размножаются в своей среде. Хорошо это генетически или плохо — тема иная и сложная. То, что генетических болячек больше у детей, рождённых у супругов из одного племени — это даже не оспаривается.
Но суть не в этом, а в том, что Перецу и его армии «хранителей веры и народа» придётся смириться с тем, что не им решать, с кем вступать в брак членам еврейского племени.
Хотя, возможно, они думают иначе: поступить с отступниками, как в древней Иудее: вырезать смешанные семьи или депортировать всех «дворняжек» из Израиля. Или, по гораздо более свежему примеру, воплотить идеи третьего рейха о «чистоте крови».
Так сказать, «гойенфрай» 21 века в Израиле. Судя по комментариям в сети, у этой идеи нет нехватки в сторонниках.
Эфиопский протест: неудобные истины
Современная развитая демократия может справиться с самыми сложными проблемами, но только в том случае, если она опирается на реальность
Гибель Соломона Таки, 18-летнего израильтянина эфиопского происхождения, всколыхнула всю страну. Массовые протесты представителей эфиопской общины были поддержаны прогрессивными общественными деятелями и активистами, утверждающими, что Израиль угнетает своих эфиопских граждан так же, население Палестинской автономии. Их поддержали многие ученые и политики, высказавшиеся на тему о «системном расизме израильского общества».
Однако факты не вполне соответствуют этим тезисам. Если оставить в стороне трагическую гибель Соломона Таки, то историю эфиопской репатриации в Израиль можно в целом оценить как успешную. Массовая репатриация из Эфиопии осуществлялась в рамках двух сложных военных операций — «Моше» (1984) и «Шломо» (1991). Новые граждане эфиопского происхождения, как и представители других массовых волн алии, столкнулись по прибытии с серьезными проблемами. В итоге эта община оказалась в самом низу социально-экономической лестницы: выходцы из Эфиопии и их потомки зарабатывают гораздо меньше, чем представители других общин, массово бросают школу, испытывают проблемы во время службы в армии. Многие из них жалуются и на прямую дискриминацию, связанную с их расовой принадлежностью.
Все это, разумеется, вызывает сожаление, но ничего необычного в этом явлении нет: предыдущие волны массовой репатриации (марокканцы в 50-х, русские в 90-х) сталкивались с предрассудками и культурными барьерами.
Многие видели обыгрывающую это явление юмористическую сценку израильского ТВ начала 70-х, в которой каждая новая волна репатриантов, поднимаясь на берег, слышит оскорбления от предыдущей. Однако после прибытия эфиопской алии власти предприняли значительные шаги, чтобы сократить культурный и экономический барьер между репатриантами из Африки и другими группами населения. В 2016 году был учрежден специальный комитет, занимающийся этой проблемой. Комитет выпустил многостраничный отчет, в котором рекомендовались меры по увеличению среди эфиопов студентов вузов. Предлагалось также создать специальные подразделения полиции, призванные работать с представителями этой общины. И значительная часть этих предложений была реализована на практике. Полиция предприняла значительные усилия, чтобы погасить градус напряженности в этой общине.
Заметны подвижки и в процессе приобщения эфиопов к высшему образованию. Если в 2000 году всего 704 эфиопа получили степень бакалавра, то к 2018-му это число выросло в четыре раза, а количество получивших или получающих степень магистра — в семь раз. Это означает, что хотя представленность выходцев из Эфиопии в вузах ниже среднего по стране, разрыв заметно сократился. Эфиопы студенческого возраста составляют 1,7% от этой возрастной когорты в целом по стране, и доля студентов среди них — примерно 1,3%.
В результате улучшилось их положение на рынке труда: с 1997 по 2016 реальная заработная плата мужчин эфиопского происхождения выросла на 44%, что значительно приблизило эту группу к среднему по стране показателю. Подобные положительные сдвиги заметны и в других сферах. Недавно, например, первый курсант-эфиоп успешно закончил авиашколу ВВС ЦАХАЛа и стал военным пилотом.
Однако многим израильтянам все эти позитивные перемены не нравятся. Случай с Соломоном Такой интересен еще и потому, что раскрывает углубляющийся фундаментальный разрыв в израильском обществе, который еще не полностью отражен в политическом дискурсе, но постепенно становится более заметным и важным, чем традиционные, «хрестоматийные» разногласия, такие как раскол на левых и правых и светских и религиозных, которые долгое время считались самыми важными и типичными. С одной стороны этой пропасти находятся те, для кого неравенство и дискриминация являются проблемами, которые необходимо решать с помощью эффективной политики, которая устанавливает достижимые цели, измеряемые конкретными критериями. С другой стороны — те, для кого неравенство и дискриминация — грехи, неприятные моральные провалы, которые не могут быть исправлены с помощью стандартных политических практик, а могут быть устранены только посредством покаяния. Первая группа ищет решения здесь, на земле, у второго глаза устремлены на небеса.
Этот раскол имеет далеко идущие последствия. Хуже всего то, что он делает невозможным диалог. Попробуйте сказать тем, кто считает, что современный Израиль скоро превратится в американский юг 60-летней давности (где расовая проблема проблема стояла крайне остро), что государство успешно вкладывает огромные ресурсы в искоренение неравенства. Или попробуйте заявить, что обвинения еврейского государства во врожденном расизме беспочвенны, поскольку именно оно организовало две чрезвычайно сложные военные операции, чтобы вывезти эфиопских евреев в Израиль. Противная сторона просто не будет вас слушать. Для истинно верующих наблюдаемая реальность не имеет значения. Истинно верующим нет дела до статистики. Отсюда их решение прибегнуть к насилию, напасть на полицейские машины и запереть десятки тысяч израильтян в бесконечных пробках. Цель для таких людей всегда оправдывает средства.
Современная развитая демократия может справиться с самыми сложными проблемами, но только в том случае, если она опирается на реальность. Как только она отказывается от фактов в пользу лозунгов, как только она заменяет объективные показатели, такие как доля лиц с высшим образованием и средняя зарплата, на абстрактные обвинения в расизме, как только она требует, чтобы изменения произошли «здесь и сейчас», а не постепенно, ни к каким конструктивным итогам она не придет.
Перевод с английского Ильи Амигуда
Оригинальный текст: Tablet