Катастрофа в прямой трансляции? Instagram в центре спора
Из геноцида вы устроили пиар-проект для Instagram. Так что прошу вас, обойдемся без этого
По всему Израилю можно увидеть огромные рекламные щиты, на которых изображена рука над колючей проволокой, сжимающая мобильный телефон. Вверху крупными буквами написано: «История Евы», а ниже — «Что, если бы у девочки, погибшей в дни Катастрофы, был Instagram?» Сегодня об этой кампании говорит каждый второй. Кто такая эта Ева? Что с ней случилось? И кто стоит за этой загадочной и явно дорогой кампанией, разместившей щиты на израильских трассах?
В последние дни стали всплывать подробности. Речь идет о Еве Хейман, 13-летней венгерской еврейке, погибшей в Освенциме. Три с половиной месяца, вплоть до того момента, когда в мае 1944 года ее депортировали в лагерь смерти, она вела дневник. После войны мать нашла его и опубликовала – было это более полувека назад.
Благодаря необычной и довольно противоречивой кампании в соцсетях, забытый дневник Евы неожиданно оказался в центре внимания общественности и, несомненно, обретет новую жизнь. Финансовую поддержку проекту оказывает израильский магнат, специализирующийся на хайтеке. Цель проекта – рассказать израильской молодежи о Катастрофе с помощью платформы, которая для подростков – дом родной.
Аккаунт в Instagram @eva.stories создан специально для этого проекта и будет действовать только сегодня вечером, в День памяти жертв Катастрофы. Уже сейчас число его подписчиков перевалило за 330 тысяч.
«В эпоху дигитальных технологий, когда люди способны сконцентрировать свое внимание лишь на короткий период времени, а уровень возбудимости высок, необходимо – с учетом того, что свидетелей Катастрофы становится все меньше, найти новые модели для сохранения их воспоминаний, — сказал на презентации проекта Мати Кохави, мультимиллионер, который его финансирует. — Instagram — это платформа, созданная для того, чтобы люди с ее помощью могли рассказывать истории и, как на любой медиа-платформе, истории могут быть как глубокими, так и поверхностными».
В официальном пресс-релизе сообщается, что «идея проекта — использовать соцсети для создания нового мемориального жанра. Таким образом, мы надеемся познакомить пользователей соцсетей с жизнью Евы, раскрыть перед ними ее душу».
В дневнике Ева писала, что мечтает переехать в Лондон и стать фотожурналисткой. «Мы хотели помочь девочке превратить несбывшуюся мечту в реальность, — пояснил Кохави. — Мы трансформировали ее дневник в серию видеоклипов, вложили ей в руки не фотокамеру, а смартфон, опубликовали ее заметки не в газете, а в Instagram’е, и перенесли ее историю сначала в Израиль, потом — в Лондон, и дальше по всему миру».
«Это геноцид, а не пиар-проект»
В пресс-релизе сообщается, что после того, как аккаунт в Instagram появится в сети, ежечасно будут загружаться десятки видео, фото и постов, документирующие события последних месяцев жизни Евы. Те, кто подписался на ее аккаунт, познакомятся с друзьями и членами семьи девочки, погибшей в Катастрофу, станут свидетелями того, как в ее город входят нацисты, как семья поневоле переселяется в гетто, и других тягот, выпавших на ее долю, вплоть до того момента, когда она оказалась в поезде, идущем на Освенцим.
Вкратце с этими «историями», как их называют создатели проекта, можно было ознакомиться с помощью трейлера, показанного несколько дней назад, и набравшего около 250 тысяч просмотров. Юная актриса, которая исполняет роль Евы — говорит (по-английски, с европейским акцентом), что «на этой странице вы узнаете о мыслях, приходивших мне в голову, о моих увлечениях». Подписчики Евы узнают, что она живет с бабушкой и дедушкой и мечтает стать «знаменитым фоторепортером».
Из пресс-релиза следует, что над проектом трудились около 400 человек – техники, актеры и статисты. Видеоклипы снимались в Западной Украине – во Львове. К проекту были привлечены десятки израильтян – знаменитостей и ключевых фигур в соцсетях.
В продвижении проекта принял участие и премьер-министр Биньямин Нетаниягу. В видеоклипе, который он поместил на своем аккаунте в Твиттере, он сказал, что проект «на примере истории одной девочки повествует о величайшей трагедии нашего народа». Нетаниягу призвал «каждого израильтянина создать в Instagram истории о жертвах Катастрофы, чтобы мир понял, – а мы не забывали — что было потеряно и что возвращено нам, благодаря созданию государства Израиль».
Но далеко не все израильтяне в восторге от этого проекта. «История Евы» вызвала критику за превращение Катастрофы в нечто банальное и донельзя упрощенное. «Я — молодой человек и никто не должен мне разжевывать, что такое Катастрофа, — таков один из комментариев на странице проекта в Instagram. — Все, что меня интересовало, я узнал сам. Из геноцида вы устроили пиар-проект для Instagram. Так что прошу вас, обойдемся без этого». «Хотел бы я знать, где она подзаряжает свой мобильник?» — не без язвительности заметил другой комментатор.
Юваль Мендельсон, музыкант и школьный преподаватель обществоведения, также критически отозвался о проекте, заявив, что в нем отражается неуважение к израильской молодежи, проиллюстрировав свою позицию пословицей «Если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе».
Действительно, пишет он, у современной молодежи — высокий порог стимуляции, преодолеть который не всегда легко. «Но выдуманный аккаунт в Instagram, якобы принадлежащий девочке-подростку, погибшей в дни Катастрофы, никак не может быть оправдан», — писал Мендельсон. — Во-первых, это пример агрессивно и грубо продвигаемой безвкусицы. А во-вторых, что еще хуже, эта пошлятина будет иметь последствия. От «Истории Евы» до селфи у ворот Освенцима – один шаг. В результате все будут качать головами и рассуждать о нашей потерянной и оторванной от корней молодежи, у которой нет ни системы ценностей, ни стыда».
Однако доктор Ноам Тирош – специалист в области СМИ и коллективной памяти из университета им. Бен-Гуриона возражает Мендельсону и утверждает, что проект обладает немалым потенциалом и, по-своему, очень ценен. По его мнению, «вопрос в посыле, а не в платформе, его транслирующей. Иными словами, если страничка Евы в Instagram по сути своей примитивна и поверхностна, то она обречена на провал. Но если она будет использовать возможности Instagram, чтобы донести до пользователей сложное и глубокое повествование о Катастрофе, о ее уроках и значении для нас здесь и сейчас, то проект ожидает головокружительный успех».
Источник: Детали
Электорат себя «показал»
Чем меньше у участвующих в переговорах партий мандатов, тем больше амбиций
Результатам прошедших в Израиле досрочных парламентских выборов посвящено уже много материалов, в этом событии поспешили отметиться более или менее удачно, многие авторы, которым небезразлична судьба страны.
«Кнессет 21 созыва: в нём будет меньше русскоязычных 6, в предыдущем было 10, т. е., самый малочисленный Кнессет по представительству русскоязычных репатриантов за последние 20 лет), больше харедим, самый религиозный Кнессет в истории Израиля (31, в предыдущем было 13, ультраортодоксов — 17, «вязаных кип» — 14), он станет рекордным по количеству представителей ЛГБТ (5), количество женщин уменьшится (29, в предыдущем было 36), а генералов — возрастет (5)», примерно так звучат многие заголовки в бумажных и электронных СМИ. На некоторых деталях прошедших выборов хотелось бы остановиться и мне. Правда, предвыборную тему я уже поднимал в своих предыдущих статьях. Сейчас, со «скрежетом и скрипом» партия «Ликуд» пытается создать коалицию, при этом, чем меньше у участвующих в переговорах партий мандатов, тем больше амбиций. Ультрарелигиозные партии ШАС и «Еврейство Торы» получившие по 8 мандатов, пришли к соглашению с Объединением правых партий о создании единого «фронта» в борьбе за сохранение статус-кво в отношениях между государством и религией, т. е., образован единый парламентский блок с 20 мандатами, чтобы вести коалиционные переговоры о создании правительства с партией «Ликуд» с позиции силы. Партия «Яадут ха-Тора» требует должность для каждого из своих депутатов.
Несколько слов о явке избирателей.
В том, что это будет самый религиозный Кнессет в истории Израиля, «виновата» явка ультраортодоксальных избирателей, которая составила более 80-85%, а в некоторых участках, как это не абсурдно, даже превысила 100%. Очевидно, что успех «харедим», в первую очередь, объясняется их высокой электоральной дисциплиной, явка избирателей в ультраортодоксальных городах была значительно выше средней по стране. Ультраортодоксы составляют около 12% населения Израиля, доля имеющих право голоса, не превышает 10%, тем не менее, парламентское представительство этих общин оказалось непропорционально высоким. Конечно, Израиль государство еврейское, но такое количество ультрарелигиозных депутатов, это уже перебор, хотя бы потому, что государство ещё и демократическое. Ну, и какая уж тут демократия при их таком «мандатном весе» в Кнессете, что скорее тянет на клерикальный диктат. Ну, а что же светские избиратели. Всего, в выборах в Кнессет 21 созыва имели право голосовать около 6 млн. 340 тысяч израильтян. Из них на избирательные участки для голосования пришли 68,4 %, что вообще считается неплохим результатом. Но, если исключить высокую явку «харедим», то явка «светских» значительно ниже средней явки по стране. А что же остальные 35-40% «светских»? Они поехали отдыхать, им важнее «басар аль эш» («мясо на огне», жареное мясо), чем судьба страны. Зато потом они будут жаловаться на невозможность призвать ультрарелигиозную молодёжь в ЦАХАЛ, свободно заключить гражданский брак, на отсутствие автобусов по субботам, закрытые магазины, и пр. и пр. Забудьте обо всём, об этом. Целесообразно было бы вычитать зарплату, у отдыхающих «непрогосовавших» за прогульный день.
По оценке ряда политологов, голосование русскоязычных избирателей может определять до 20 из 120 мандатов в Кнессете, не исключено, что они способны выбрать и до четверти Кнессета. А в итоге, партия «Наш дом Израиль» (НДИ), которая, хотя и не определяет себя представителем только русскоязычной общины, но, тем не менее, включает более других партий количество русскоязычных кандидатов (в НДИ — 3, в Ликуде — 2, в Кахоль-Лаван — 1), получила всего 5 мест в Кнессете. Вообще, НДИ, родившаяся в 1999 году, начинала с 4 мандатов, достигла 15-ти в Кнессете 18-го созыва, а теперь от выборов к выборам постоянно снижается, до 11-ти в Кнессете 19-го созыва, 6-ти — 20-го созыва и 5-ти, нынешнего, 21-го созыва. Т. е., она приближается к своему начальному результату. Большая часть русскоязычного электората отдала свои голоса другим партиям, несмотря на то, что более 60% этого электората определяют свои политические взгляды как умеренно правые, т. е., близкая к идеологической платформе НДИ. Так, примерный предвыборный опрос на сайте NEWSru.co.il, показал, что ~ 30% русскоязычного электората, готовы были отдать свои голоса партии «Ликуд», ~ 35-40% другим партиям и, только ~ 20% НДИ. Эта печальная для партии НДИ тенденция, свидетельствующая о непопулярности среди русскоязычных избирателей её практических действий, должна прозвучать тревожным пробуждающим набатом, означающим её возможное исчезновение с политической карты Израиля.
Как я писал в своих предыдущих статьях, какой-то инертный электорат в Израиле, демонстрирующий наплевательское, безразличное отношение к выборам. Две партии: «Ликуд» (представляющая себя «правой») и возглавляемая генералами (и журналистом) новая малоизвестная — «Кахоль-лаван» (предположительно, находящаяся «слева»), в итоге выборов прошли в Кнессет «ноздря в ноздрю», получив по 35 мандатов. Скорее всего, это случилось потому, что избиратели совершенно не вникали в идеологию, в программные документы этих партий, им не интересно, им безразлично. Они всерьёз не поинтересовались программами этих партий, личностями их возглавляющими, биографиями, их успехами и неудачами и пр. и пр. Конечно, ни первая и ни вторая партия (как и никакая другая) не ставит одновременно во главу угла тотальную безопасность и денонсацию «ословских» соглашений, социальную защиту и резкое улучшение социальных условий жизни, гражданские права и гражданские браки, ограничение религиозного засилья и одинаковые права и обязанности для всех, и пр. и пр. Но, тем не менее, имеются же у избирателей приоритетные, главные требования и пожелания к программам той или иной партии. Хотя сейчас уже поздно говорить, но, тем не менее, на будущее. Разве забыты невинные жертвы мирных жителей в результате заключенных «левыми» «ословских» соглашений? Русскоязычные репатрианты 90-х, уже дважды «покупались» на предвыборные сладкоголосые лозунги «левых», обещавших, как и сейчас, райскую жизнь. А взамен получили заключенный обманным путем, при помощи арабских партий и двух еврейских ренегатов, позорный договор «Осло», получили в награду супер-террориста Я. Арафата, интифаду, многочисленные теракты против мирных граждан, позорное бегство из Южного Ливана, поставившее под удар север Израиля, который всё больше и больше искрит и сегодня, и многие другие аналогичные «прелести». Чтобы противостоять левостороннему «лагерю», оккупировавшему многие СМИ и государственные структуры, суды, культуру и искусство, несмотря на бывшее и возможно будущее вроде бы правое правительство, необходим больший или хотя бы равнозначный по количеству, качеству и финансовым возможностям правосторонний блок (сейчас это 65 у «правых», против 55 у «левых») с надежным и сильным лидером.
Я, отнюдь не был горячим поклонником прошлого правительства и премьер-министра, видел многие их, как мне казалось, просчеты, многие их действия вызывали недоумения и вопросы, особенно самолюбование успехами макроэкономики и невниманием к микроэкономике, к повседневным нуждам граждан страны, в первую очередь, слабых слоев населения. Но «правые», хотя бы сейчас, не отдают бездумно свои территории Палестинской автономии, пытаются как-то противостоять международному давлению, хоть как-то сопротивляться. В то же время, мне активно не нравится позиция ивритских СМИ, в основном левой ориентации, нападающих на семью премьера, с подловатой мыслью навредить, в основном ему. Критикуйте его лично, его политический курс, возглавляемое им правительство, но какое ко всему этому имеет отношение его семья. Это подло и низко, это действительно «дурной вкус», не достойно звания профессионального журналиста, выполняющего кем-то оплаченный политический заказ и тем самым приближающего себя к первой горизонтальной древнейшей профессии. Помимо права на свободу слова, нужно еще иметь право «иметь совесть», особенно во время выборной кампании, и вне неё, также. В общем и целом, как мне кажется, избиратели могли бы более продуманно и ответственно подойти к своим выборным предпочтениям.
В заключение, процитирую заголовок этой статьи: «Электорат себя «показал».