Китнийот: не пора ли отменить?
Есть только одна причина, по которой ашкеназы до сих пор придерживаются этого обычая (не закона): традиция!
Приближается Песах и самое время начать обсуждение проблемы китнийот. Неоднократно задается вопрос: «Едите ли вы китнийот?».
Давайте начнем с определения того, что такое китнийот. Согласно Ортодоксальному союзу (OU), это ашкеназский минхаг (обычай), разработанный в средние века, состоящий в том, чтобы не есть определенные продукты, известные под общим названием «китнийот».
OU приводит три причины этого минхага: а) китнийот собирают и обрабатывают так же, как хамец (квасное или продукты, смешанные с квасным; б) его измельчают в муку и выпекают так же, как хамец (поэтому люди могут ошибочно полагать, что если они могут есть китнийот, то могут есть и хамец; в) в него могут быть подмешаны зерна хамеца (поэтому люди, которые едят китнийот, могут случайно съесть хамец. Хотя вначале были те, кто возражал против этого минхага, он стал общепринятым во всех ашкеназских общинах.
Интересно отметить, что OU четко называет запрет на китнийот минхагом, а не галахой (еврейским законом), однако на их веб-странице по этой теме есть раздел «Законы китнийот».
Какие продукты относятся к китнийот? Вообще говоря, это бобовые, а также кукуруза и рис, которые средневековые раввины в ашкеназских еврейских общинах запрещали из-за их сходства с пшеничной мукой. Арахис не является китнийот, но его часто включают в состав китнийот.
Кроме того, существует проблема производных — вещах, сделанных из китнийот. Ранее раввины заявляли, что масло, сделанное из китнийот, запрещено на Песах, но некоторые более поздние раввины предполагают, что такое масло может быть разрешено, поскольку некоторые из первоначальных причин минхага не действуют. Другими словами, спросите своего раввина.
В 2007 году три раввина из организации «Махон Шило», занимающейся изучением еврейских законов и обычаев, практикуемых в Израиле, вынесли постановление, разрешающее ашкеназским евреям есть китнийот. Организация «Махон Шило» утверждала, что граждане Израиля не являются ни ашкеназами, ни сефардами, но стали «евреями Земли Израиля», и, следовательно, должны соблюдать обычаи и практику Израиля, а не прежние обычаи. С точки зрения создания ам эхад (единой нации), это отличная перспектива для рассмотрения и действий. Это настолько важная точка зрения, что даже великий рабби Гилель сказал: «Не отделяй себя от общины» (Пиркей Авот 2:5). Китнийот против некитнийот — это ключевой вопрос, создающий разделение.
Хотя в ашкеназских ортодоксальных общинах не придерживаются этих уважаемых позиций, согласно исследованию, опубликованному Институтом политики еврейского народа (JPPI) в 2019 году, только 53% ашкеназских евреев в Израиле, соблюдающих кашрут, придерживаются полного запрета на китнийот.
Кроме того, поскольку большинство сефардов, а также евреи из Северной Африки и других стран так и не приняли обычай воздерживаться от китнийот на Песах, а большинство евреев в Израиле не являются ашкеназами, стало трудно приобрести кошерные для Песаха продукты, не изготовленные с использованием китнийот. Поэтому во время семидневного радостного праздника свободы ашкеназы не могут разделять трапезу с сефардами и с теми, кто не придерживается запрета на китнийот.
Адекватная позиция заключается в том, что евреи должны соблюдать обычаи и традиции страны, в которой они живут. Поскольку все согласны, что китнийот не является галахой (законом), другой подход может заключаться в том, чтобы назвать этот минхаг глупым или ошибочным обычаем. Тогда мы задаем два вопроса: можно ли отказаться от глупого или ошибочного обычая? Почему следует отказаться от глупого обычая?
На первый вопрос: можно ли отказаться от глупого или ошибочного обычая? Ответ: Да! Многие раввинские авторитеты постановили, что разрешено, а возможно, даже обязательно, избавиться от такого рода глупых обычаев (Маймонид, он же Рамбам, Рош, Рибаш и многие другие).
На второй вопрос: Почему следует отказаться от глупого или ошибочного обычая? Ответ: Есть много веских причин: а) он умаляет радость праздника, ограничивая количество разрешенных продуктов; б) он вызывает непомерный рост цен, что приводит к большим финансовым потерям; в) он подчеркивает незначительное (рис, фасоль и бобовые) и игнорирует значительное (хамец, который, по еврейскому закону, бесспорно запрещен из пяти видов зерна; г) он вызывает ненужные разногласия между различными еврейскими этническими группами.
Есть только одна причина, по которой ашкеназы до сих пор придерживаются этого обычая (не закона): традиция! Однако перевешивает ли традиция или обычай раввинские постановления и логику, изложенные выше? Логика и раввинские постановления. Чего еще вы можете просить?
Как насчет школы Гилеля и школы Шаммая? Это два известных ученых, живших в I веке до н.э., которые стояли по разные стороны раввинистических толкований, сформировавших то, как мы практикуем иудаизм по сей день.
В большинстве случаев мнение Гилеля является более мягким и терпимым. Почти во всех случаях мнение Гилеля было принято Галахой как нормативное, и именно его часто придерживаются современные евреи.
Согласно Виртуальной еврейской библиотеке, это объясняется тем, что и слова Шаммая и Гилеля являются непреходящими на концептуальном уровне, но у каждого из них есть свое время и место на прагматическом уровне. Каббалист XVI века рабби Исаак Лурия (Ари) считал, что в нашей сегодняшней реальности, где Божественные заповеди должны быть навязаны несовершенному миру, постановления Гилеля представляют собой высшую степень соответствия Божественной воле, поэтому мы следуем более мягким постановлениям Гилеля, в то время как постановления Шаммая представляют собой идеал, который слишком высок для нашего нынешнего состояния (поэтому эти постановления воспринимаются как более строгие и ограничивающие) и может быть реализован только на концептуальном уровне. В эпоху Мессии ситуация изменится на противоположную.
Поэтому мы должны снова спросить, почему ашкеназские раввины все еще держатся за глупый или ошибочный обычай, который разрешено изменять уважаемым гигантам их поколения и который соответствует снисходительности великого Гилеля?
Какой нынешний гадоль а-дор (великий лидер поколения) ашкеназский раввин или даже главный ашкеназский раввин Израиля обсудит и вынесет решение в пользу отмены этого ошибочного обычая? Быть евреем достаточно трудно, почему бы не сделать так, чтобы этот негалахический вопрос исчез?
Перемены здесь имеют прецедент. Вспомните, что всего одно поколение назад арахисовое масло было признано кошерным для Песаха для ашкеназов.
Такое изменение может даже принести некоторые непредвиденные выгоды. Например, наряду с преимущественно однодневными праздниками в Израиле, возможность есть китнийот может стать еще одним стимулом для алии из Северной Америки и Европы. Это может привести к большей инклюзивности между различными культурными сообществами в Израиле. Это может способствовать тому, что израильтяне станут единой нацией. Все это хорошо.
Главный ашкеназский раввин Израиля должен постановить: «Если вы живете в Израиле, вы можете есть китнийот или нет». Другими словами, сохраняйте свои обычаи (если хотите), но пусть они не мешают вам делиться, учиться и перенимать опыт и обычаи других евреев, чтобы сделать вас ближе Израилю и единой нации.
Если бы не проблемы китниот, то вместо того, чтобы быть ашкеназами или сефардами, или евреями из Марокко, Эфиопии или Индии, мы были бы еще на один шаг ближе к тому, чтобы просто быть евреями Израиля. Когда мы живем в Израиле, с раввинской и юридической точки зрения, мы не должны быть евреями-ашкеназами или кем-то еще, мы должны быть одним народом — Израилем. И этот небольшой вопрос о китнийот может стать хорошим началом.
Jerusalem Post, перевод Ларисы Узвалк
Плодитесь и размножайтесь — популярная заповедь
Дети для Тель-Авива — как голуби для лондонской Трафальгарской площади
Улица Дизенгоф, усаженный деревьями коридор коммерции и развлечений, является главной артерией Тель-Авива. Прогуливаясь здесь, вы легко можете представить, что находитесь не в часе езды от сектора Газа, а, скажем, в Барселоне, Берлине или на Манхэттене. Однако присмотритесь повнимательнее, и вы заметите одно отличие, которое выделяет этот израильский город на фоне его космополитических собратьев: среди магазинов Apple, дорогих модных бутиков и уличных кафе, где подают пятнадцатидолларовые коктейли, вы можете увидеть и услышать в любое время дня и ночи толпы и толпы крикливых, счастливых, безумно энергичных детей. Они для этого города — как голуби для лондонской Трафальгарской площади: законные владельцы вступают во владение своей территорией, независимо от замыслов взволнованных взрослых, наблюдающих со стороны.
Господство детей накладывает печать на все в Израиле. Еврейское государство лидирует среди всех остальных членов Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) по количеству рождений на одну семью. В то время как южнокорейцы в среднем имеют только одного ребенка, новозеландцы — 1,6, а американцы — 1,8, израильтяне могут похвастаться 3,1 ребенка на одну женщину — намного выше общего коэффициента рождаемости в 2,1, необходимого для воспроизводства населения. В то время как уровень рождаемости в Америке продолжает снижаться: например, в 2021 году он упал шестой год подряд, достигнув исторического минимума, уровень рождаемости в Израиле продолжает расти, опровергая глобальные тенденции и озадачивая экспертов в области демографии по всему миру. Всем, кто интересуется вопросом о детях — почему их рождается все меньше, и что можно сделать, чтобы обратить вспять это трагическое и повсеместное явление — стоит обратить внимание на Израиль.
Что делает эта крошечная страна с населением менее десяти миллионов человек, чтобы побудить своих граждан к выполнению первой заповеди, подробно описанной в Библии, которая призывает нас плодиться и размножаться? Как закоренелые реалисты, мы можем быть прощены за то, что сначала попытаемся обратиться к финансовой стороне вопроса.
Изучите политику, проводимую членами ОЭСР для повышения рождаемости, и вы увидите целый ряд государственных льгот. 13 западных стран предоставляют молодым родителям налоговые льготы на различные расходы по уходу за детьми. Некоторые страны, такие как Швеция и Франция, даже ввели универсальное детское пособие, которое обеспечивает гарантированные ежемесячные выплаты на каждого ребенка. В Израиле почти ничего из вышеперечисленного нет; по количеству льгот на образование и уход за детьми он опережает только Мексику и США.
Итак, если не государственное финансирование стимулирует рождение детей, то, может быть, это сам свободный рынок делает жизнь настолько приятной и беззаботной, что люди, не задумываясь, заводят третьего ребенка? Увы, это не так. В этом году Тель-Авив удостоился сомнительного звания самого дорогого города ОЭСР: стоимость жизни в нем и во всем Израиле в среднем на 20 процентов выше, чем в других развитых странах. Согласно исследованию, опубликованному в этом месяце, на продукты питания уходит 4,65% доходов населения, в то время как, например, в Нидерландах этот показатель составляет всего 1,97%. Именно поэтому самое значительное израильское общественное движение последних десятилетий возникло в знак протеста не против израильско-палестинского конфликта, а против цены на шоколадный пудинг Milky, популярный среди детей.
Если материальные соображения не могут объяснить высокий уровень рождаемости в Израиле, то как насчет культуры? Израильские арабы, составляющие около 20% населения страны, в последние несколько десятилетий вкладывают значительные средства в карьеру и образование. Например, в 2018 году Совет по высшему образованию при правительстве Израиля сообщил, что число студентов-арабов в колледжах и университетах выросло на 78,5% всего за семь лет — и это число продолжает увеличиваться. В то же время рождаемость среди нееврейского населения Израиля резко упала: согласно последним исследованиям Центра изучения социальной политики Тауба в Израиле, с 1960 по 2016 год количество детей на одну мать у израильских христиан снизилось с 4,7 до 2,1, а у мусульман — с 9,2 в 1965 году до 3,3 пятьдесят лет спустя. Эти цифры заставили моего друга, ведущего израильского арабского интеллектуала, в частной беседе сказать, что если правые евреи хотят, чтобы в еврейском государстве жило меньше израильских арабов, то все, что им нужно сделать, это обеспечить арабам первоклассное образование и доступ к прибыльным профессиям. Это остановит их от рождения детей.
Вот только этот, казалось бы, универсальный алгоритм — чем образованнее и богаче общество, тем меньше детей оно производит — не действует, когда речь идет о еврейском большинстве в Израиле. Многодетные семьи встречаются не только у евреев-хареди, ведущих образ жизни, продиктованный ценностями Торы, но и у светских израильтян. Израиль занимает третье место в ОЭСР по уровню образования и опережает Соединенные Штаты и Южную Корею по проценту граждан в возрасте от двадцати пяти до шестидесяти четырех лет, имеющих какое-либо высшее образование.
Почему же тогда так много израильтян рожают так много детей? Как и все сложные вопросы, этот тоже, вероятно, слишком запутанный, чтобы объяснить его одним наблюдением. Но не нужно быть опытным демографом, чтобы предложить довольно хорошую теорию высокой рождаемости: традиции.
Ошеломленные интенсивным экономическим ростом — только за последнее десятилетие ВВП страны подскочил с 257,18 млрд долларов до 401,95 млрд долларов — израильские евреи провели последние 20 лет или около того, обсуждая, какое общество они хотят иметь, и неоднократно решали, что нет никакого противоречия между двигателями роста современности и укореняющей силой традиции. Они призывали своих детей хорошо учиться, но следили за тем, чтобы в школах уделялось много времени не только науке, но и еврейским праздникам и истории. Они создавали новых захватывающих поп-звезд и радовались, когда эти артисты искали вдохновение в Писании. Более примечательным, пожалуй, является тот факт, что они все больше понимают, что громкие культурные войны в американском стиле часто не приводят ни к чему, кроме истощения. Вопросы веры и практики слишком изменчивы и слишком красивы, чтобы оставлять их на усмотрение фанатиков или, что еще хуже, законодателей. В Израиле еврейская практика, как и традиционные формы молитвы, является гиперлокальным делом, обсуждаемым в небольших группах друзей и соседей, посвятивших себя ее сохранению. Так, в Израиле даже самый заклятый атеист прочитает Кадиш, еврейскую поминальную молитву, когда умирает родитель, а подавляющее большинство израильских евреев, считающих себя светскими, по-прежнему участвуют в традиционных обрядах, таких как пятничные семейные ужины. Вера в Израиле не просто практикуется или соблюдается, она воплощается в жизнь.
Вера, как уже давно говорят нам наши раввины и священники, — это могучий источник возобновляемой энергии. Это актив, превосходящий по значимости портфель ценных бумаг или модную ученую степень. Несомненно, большой дом, большой бюджет, две няни и докторская степень могут немного облегчить воспитание детей. Но демографические данные по всему богатому миру ясно показывают, что эти материальные блага не дают вам повода заводить детей в первую очередь. Современность проповедует материальный прогресс. Эта метрика благосостояния учит нас рассматривать детей как бремя для наших ресурсов. Отношение к детям как к обязательствам ужасающе явно выражено в языке, который используют сейчас климатические активисты, утверждающие, что не иметь детей — лучший способ борьбы с глобальным потеплением.
В Израиле аргументация идет в прямо противоположном направлении. Иудаизм предписывает масору, передачу традиции от одного поколения к другому. «Этика отцов», один из основополагающих текстов Талмуда, содержащий основные учения древних раввинов, начинается с подробного описания передачи Торы от самого Моше до каждого поколения. Чтобы передать благородное призвание соблюдения Торы, нужно не только иметь больше детей, но и воспитать в них интерес и гордость за свою роль в великой драме, которая тянется от Синая. В этом приключении верности из поколения в поколение Божьи заповеди не являются торжественной обязанностью, бременем или предметом юридических и политических баталий. Это образ жизни, динамичный, радостный и плодотворный, возможность сохранить прошлое и в то же время претендовать на будущее. И в этом образе жизни дети являются неотъемлемой частью дарующей радость силы Торы.
Нас подталкивают ложные утверждения современности о враждебности веры к разуму, и мы соблазняемся ее замечательной способностью производить материальное изобилие. Это может сделать Масору трудной задачей. Но израильтяне преуспевают в этом; просто спросите любого пятилетнего ребенка, которого вы случайно встретите на улице Дизенгоф в Тель-Авиве.
First Things, перевод Ильи Амигуда