Кровь наших шехидов не пролилась напрасно
Мы будем помнить об этом всегда
Моисей Беккеразербайджанский политолог, ведущий научный сотрудник Института права и прав человека НАНА
«В результате трагедии 20 января 1990 года пострадали многие жители города Баку. Баку всегда был интернациональным городом, здесь жили представители многих различных народов. А когда стреляют, то не спрашивают о национальности. 20 января 1990 года на улицах Баку погибли русские, лезгины, талыши и представители других национальностей, в том числе и евреи».
Об этом СТМЭГИ сообщил доктор политологии, ведущий научный сотрудник Института права и прав человека НАНА Моисей Беккер.
По его словам, 20 января уходит все дальше и дальше в историю.
«Исходя из тех событий, которые произошли потом, мы можем более объективно судить о том, что тогда на самом деле происходило. Мы знаем, что в тот период по всему Советскому Союзу происходил рост национально-освободительного движения, которое принимало различные формы. В Украине это была партия “Рух”, в Азербайджане — Народный фронт. Все эти события сплетались вместе и в итоге центр (Москва) старался затормозить это национально-освободительное движение, которое стало, в общем-то, следствием крупных экономических и политических событий. Они стали знамением времени. И ничего удивительного нет в том, что Азербайджан стал стремиться к суверенитету. Наш народ стремился к возрождению своей национальной самобытности, национальной жизни на своей собственной земле», — отметил М. Беккер.
Ведущий научный сотрудник Института права и прав человека НАНА сказал, что был знаком со многими из тех, кто принимал активное участие в тех событиях: «Мы знаем, что здесь происходили события, связанные с армянами. Все эти события закончились где-то 15-16 января. Какого-то повода для введения войск в Баку не было. Руководители Народного фронта заблокировали территорию Сальянской казармы и решили, что советская армия не решится войти в город, что побоится после тех событий, которые произошли в Тбилиси в апреле 1989 года. Расчеты оказались не совсем правильными. Дело в том, что заблокировать можно было все: поставить автомобили, подогнать грузовики и т.д. Но дело в том, что кольцо окружения для армии, танков, авиации, бронетранспортеров никакой особой угрозы не представляло. Советская армия тем не менее вошла в город. Если армии дадут приказ, то она пойдет. Никаких моральных факторов для армии не существует. Это военная машина и военная сила.
В результате тех событий пострадали многие жители города Баку. Понятное дело, что 20 января 1990 года на улицах Баку погибли русские, лезгины, талыши и представители других национальностей, в том числе и евреи. Вера Бессантина, которой было 15 лет. Она вышла на балкон и ее расстреляли. Яник Мейерович, которого я неплохо знал. Он ехал в машине, которую раздавил танк. Мой троюродный брат Александр Мархевка, который был врачом. Скольких людей он спас лично. В очередной из приездов получил несколько пуль в спину и в итоге тоже погиб.
Евреи, погибшие в результате трагедии 20 января, похоронены на Аллее Шехидов. И мы каждый год приходим туда и кладем цветы в память тех, кто погиб совершенно безвинно. Они ни в каких акциях не участвовали. Это случайные люди. Был такой Борис Добин — хроникер событий 20 января. Он сейчас живет в Израиле. Он активно снимал и фотографировал. Сохранилось огромное количество документов, которые рассказывают о тех событиях. Мы будем помнить об этом всегда. Можно было обойтись и без крови и всех жертв. Но победа и независимость никогда, к сожалению, бесплатно не даются. Всегда на этом тернистом пути встречаются какие-то препятствия, которые, к сожалению, заканчиваются кровопролитием. Кровь наших шехидов не пролилась напрасно. Она была пролита за независимость и светлое будущее Азербайджана и всего нашего народа. Мы сегодня живем в свободном и независимом процветающем государстве, которое обеспечивает нам защиту и светлое будущее», — заявил М. Беккер.
Явление популиста
В попытке получить больше голосов избирателей создавший свою партию мэр Тель-Авива Рон Хульдаи готов на рискованный шаг
В отчаянной попытке получить больше голосов избирателей мэр Тель-Авива Рон Хульдаи объявил, что намерен открыть культурные учреждения в Тель-Авиве, не дожидаясь решения правительства. Этот шаг может не только подорвать национальные усилия по борьбе с пандемией, но и создать угрозу для жизни жителей города, которых Хульдаи на своем посту, наоборот, должен защищать.
Мэр Тель-Авива Рон Хульдаи объявил 17 января, что в феврале откроет в городе все культурные заведения для граждан, получивших две дозы вакцины от коронавируса.
По его словам, при принятии этого решения он не будет ждать одобрения правительства, «поскольку администрация премьер-министра Биньямина Нетаньяху и премьера по ротации Бени Ганца не знает, как чем-либо управлять».
Как Хульдаи намерен это осуществить? Каков план? Муниципалитет пообещал обновленную информацию «в ближайшие дни».
Между тем, тот самый город, которым управляет Хульдаи, - один из лидеров по числу заболевших COVID-19 в Израиле.
Кто бы мог подумать, что политические шаги имеют последствия в реальном мире?
Забавно наблюдать, когда человек, который столько лет был мэром, сам становится частью истеблишмента, и объявляет войну национальному правительству, требуя ограничения политических условий. Не менее интересно то, что он превратил муниципалитет в световое шоу фальшивой морали и баллотируется на пост премьер-министра, но отказывается освободить кресло мэра.
К сожалению, Хульдаи - лишь самый свежий пример популистского парадокса, который довлеет над нами. Именно сейчас, когда политики должны продемонстрировать хотя бы какую-то элементарную ответственность перед обществом (в том числе и со стороны оппозиции), они снова и снова прибегают к демагогии и безрассудным и сеющим разногласия политическим ходам.
Почему Хульдаи выбирает эти ходы, понятно. В то время как каждый день появляется новая левая политическая партия, которая обещает охватить массы, партия, которую Хульдаи основал с таким величием, едва преодолевает электоральный барьер.
В такой ситуации популист всегда найдет быстрое решение: еще больше популизма, что само по себе плохо, но в условиях пандемии это еще и происходит за счет общественного здравоохранения.
История учит нас, что чем больше съеживаются левые, тем экстремальнее становится их лидерство. Популизм подобен азартной игре: в один момент он может быть успешным и к месту, однако в другой бывает очень рискованным. Хульдаи сейчас рискует поджечь и без того готовое вспыхнуть от любой искры поле.
В своей поспешной попытке обратиться к небольшой толпе ценителей культуры Тель-Авива и получить еще несколько голосов, он готов поставить под угрозу национальную борьбу с пандемией и здоровье жителей своего города.
Вот что происходит, когда политические вопросы затмевают собой все остальное. В какой-то момент вам нужно прекратить свою кампанию, подумать о правильной политике и попытаться убедить общественность в том, что вы, как никто другой, сможете ее реализовать.
Когда Хульдаи потерпит в этом неудачу, его шаг способен усугубить ситуацию для всех нас, как в финансовом плане, так и в отношении наших жизней. Даже миллион световых шоу не смогут остановить заболеваемость.
Перевод с Israel Hayom Артема Добровольского