Антисемитизм на Кавказе мало чем отличается от европейского. Просто сведения о погромах в России и Европе, хорошо освещались в СМИ. А у кавказских евреев, не было возможности из-за отдаленности от своих собратьев по вере попросить о помощи и поведать о своей беспомощности. Если покопаться в недрах истории, можно привести немало случаев дискриминации евреев на Кавказе, начиная от средневекового антисемитизма и до наших дней. Позволю себе процитировать книгу «Горские евреи. История, этнография, культура» (составитель - В.Дымшиц), фрагменты из которой будут приведены в моей статье и ниже:

«Под властью мелких мусульманских феодалов евреи подвергались всевозможными притеснениями, о чем свидетельствуют случаи насильственного обращения в ислам. Кроме обычных налогов и хараджа (специальная подать для иноверцев в мусульманских странах), евреи обязаны были выполнять унизительные повинности и грязную работу. Еще в начале XX в. еврею было небезопасно покидать территорию своего поселка: его могли безнаказанно оскорбить, избить, ограбить. Проявлением неполноправия евреев являлось их безземелье. Например, источники свидетельствуют, что основным занятием евреев, проживавших в селениях Варташен и Мюджи (Азербайджан), было табаководство. Но практически все евреи возделывали табак на арендованной земле, обрабатывая ее исполу. О безземелье свидетельствует и замеченная нами в экспедициях скученность домов в еврейских поселениях и кварталах, будь то Куба, Варташен или Маджалис: евреи не имели достаточного количества своей земли для обширного приусадебного участка. С другой стороны, положение горско-еврейских общин, особенно в горных аулах, было, вероятно, лучше, чем положение других еврейских общин в мусульманском мире, допустим, бухарских евреев: горские евреи носили обычный кавказский костюм, в том числе, как и все кавказские горцы, кинжал, и не должны были надевать определенную одежду или особые отличительные знаки. Главное (если не единственное) отличие еврейского костюма от костюма кавказского горца заключалось в существенно меньшем количестве серебряных украшений, что указывает на низкий социальный статус его хозяина (о том же свидетельствуют дореволюционные фотографии).

Убийство еврея мусульманином было явлением повседневным. Причины преступления могли быть не только религиозными, но и экономическими".

Из статьи просветителя, автора знаменитого русско-ивритского словаря Феликса Шапиро, который приводит примеры эпитафий из Кубы, свидетельствующих о подобных событиях (с 1913 до 1920 г. Ф.Шапиро заведовал еврейской школой "Талмуд-Тора" в Баку):

«На старом кладбище в Еврейской слободе мы нашли могильный памятник со следующей надписью на древнееврейском языке: "В ночь под первый день Пасхи года 5537 вырезана иноверцами вся семья Шафата, сына Офида, от мала до велика: сам Шафат, его жена Оснат, дочь Мариам, дочь Сарра, дочь Ревекка, сын Мордухай, сын Авраам, сын Нехах. Все они похоронены во второй день праздника Пасхи. Пасха для них превратилась в Девятое Аба. Их обитель стала местом их гибели. Так было угодно Богу, Творцу Вселенной».

Об убийстве этой горско-еврейской семьи старожилы рассказывают следующее: Шафат со своей семьей жил на "той стороне". Он был большим знатоком ковроткачества и вместе со своей многочисленной семьей наладил большое производство ковров и широко торговал ими. Бог благословил его труд, и слава о его коврах распространилась по всем городам и дошла даже до Петербурга. На базаре и ярмарке все спрашивали ковры Шафата. Тогда другие ковровщики из кубинских сынов Исмаила сговорились, нашли убийц и в пасхальную ночь облили его дом нефтью, сожгли всю его семью, склады шерсти и ковров разграбили, а овечью отару угнали в горы и вырезали. После этого все родные и друзья Шафата, а также много других запуганных горских евреев покинули Кубу и переселились в Еврейскую Слободу». * * *

Даже в конце XIX века, несмотря на формальное уравнивание правового статуса горских евреев с мусульманами, жизнь евреев оставалась очень тяжелой и небезопасной.

Вот как описывает положение евреев Варташена (ныне Огуз) в 1885 г. в статье «Экономический быт государственных крестьян Нухинского уезда, Елисаветпольской губернии» статистик А.И.Арасханьянц: «Социальное положение евреев самое жалкое. Бросить камень в еврея и бить его без всякого повода позволяет себе каждый татарин, каждый мальчишка. Гонимые татарами, джугушларцы не рискуют отправиться в одиночку в Нуху и даже в соседние селения, кроме Варташена: у еврея отнимут лошадь и ограбят его. В виду этого они отказываются давать конных проводников по требованию властей, из боязни быть ограбленными и потерять лошадей».

Образ жизни, общественные и политические проблемы, различие в вере, недостаток земли и воды порождали враждебность. В XIX в. соседи-мусульмане нередко перекрывали каналы, по которым вода поступала на поля евреев. Борьба за воду шла между всеми селениями, но когда затевался спор между разными этническими группами, он проходил с особой яростью. Так, в 1893 г. из-за воды произошла кровопролитная стычка между евреями Варташена и их соседями-мусульманами. Многие еврейские аулы жаловались властям на то, что мусульмане грабят еврейские захоронения, срывают надгробные плиты на их кладбищах, используя их камни для строительства своих домов. Часто осквернение еврейских кладбищ было просто выражением ненависти к евреям. Соседи считали евреев народом чуждым, пришлым, который занял часть их земли. Зачастую они сторонились евреев, были настроены к ним враждебно. Российский антрополог К.Курдов отмечал, что «горские евреи живут довольно изолированно от остальных племен и народностей, которые считают евреев низшим племенем, относятся к ним с презрением».

Нередко евреев обвиняли в распространении эпидемий. Во время Первой мировой войны на базарах Кубы поползли слухи, что эпидемию холеры распространили евреи. Если что-то сильно дорожало - тут же объявляли, что виноваты евреи. "Это евреи покупают помногу и тем самым поднимают цены" - открыто говорили в ларьках и на базарах. Слухи такого рода падали на благодатную почву.

На Кавказе, как и в Европе, на евреев нередко возводили кровавые наветы, утверждая, что они убивают мусульман, чтобы использовать их кровь в ритуальных целях, причем первые случаи «кровавого навета» произошли еще до присоединения края к России. Первый из известных кровавых наветов на горских евреев произошел в ауле Кусары во время правления Кубинским ханством Фатали-хана (1736-1789). Причиной послужило убийство слуги-мусульманина в одном из близлежащих аулов. Мусульмане обвинили евреев, которые будто бы взяли кровь убитого для своих культовых целей. Фатали-хан призвал к себе еврейских старейшин и под угрозой казни потребовал от них назвать того, кто убил слугу. Спас евреев воистину счастливый случай. В ауле, где произошло убийство, еврей по имени Нисим услышал крик женщины, избиваемой мужем-мусульманином: «Ты хочешь убить меня, как убил того слугу!» Он тут же поспешил к хану и рассказал ему об этом. Женщину немедленно доставили к хану. Пригрозив ей палками, хан велел рассказать ему все, что она знает об убийстве. Женщина призналась, что слугу убил ее муж, и тем спасла евреев от кровавого навета.

Другой случай ритуального навета имел место в Кубе тоже во время Фатали-хана. Пропал мусульманский ребенок, и мусульмане опять обвинили евреев. Хан, стремившийся к справедливому суду, посоветовал евреям выставить охрану вокруг своего квартала. Через месяц ребенка нашли в заброшенном колодце в центре мусульманского квартала, куда евреи никогда не заходили.

Кровавые наветы происходили и после присоединения Кавказа к России. В 1810-х гг. в ауле Зулум мусульмане, позарившись на имущество евреев, возвели на них обвинение в ритуальном убийстве. Очевидец рассказывал, что мусульмане взяли то ли живого, то ли мертвого ребенка, проткнули его тело в нескольких местах и закопали на еврейском кладбище. Потом объявили, что пропал ребенок, стали искать в домах у евреев, не найдя, отправились во главе с беком на кладбище. Разумеется, очень быстро обнаружили свежую могилу, откуда извлекли труп ребенка. Разъяренная толпа бросилась в еврейские дома, не щадили никого, убивали женщин, детей, стариков, раввинов. Оставшиеся в живых в панике бежали, найдя спасение в соседних аулах.

У мусульман существовало поверье, что еврейские дети рождаются слепыми, и евреи должны помазать им глаза кровью иноверца, чтобы те прозрели. На этом поверье основан инцидент, происшедший в Баку в 1814 г. Несколько "иранцев", прозванных так то ли потому, что они действительно прибыли из Ирана, то ли потому, что были фанатичными шиитами, обвинили небольшую еврейскую общину Баку в том, что евреи убили мусульманского ребенка, чтобы его кровью мазать глаза своих слепых детей. На местном базаре поползли слухи. Когда там появились главы еврейской общины раввин Авраам бен Йосеф и его брат Эфраим, на них напали и жестоко избили. Запахло погромом, над всей общиной нависла угроза уничтожения. Резня была предотвращена в последнюю минуту благодаря вмешательству русского военного коменданта Баку.

Вторая половина XIX века характеризуется нарастанием количества кровавых наветов на Кавказе. Жизнь евреев Кавказа постепенно, по мере нагнетания антисемитских настроений в Российской империи, стала отягощаться грузом клеветы и преследований так же, как это происходило с евреями по всей России. На Кавказе, кроме "кровавых наветов", стали происходить погромы. Традиционную враждебность к евреям принесли с собой на Кавказ и русские поселенцы, которые тоже часто искали в евреях козлов отпущения при различных бедах.

После установления на Кавказе советской власти жестокие погромы прекратились, но напряженность в межнациональных отношениях так и не исчезла. Например, в Дербенте ссоры постоянно вспыхивали в очередях за водой. Нередко образовывалось несколько раздельных очередей - для мусульман, русских и евреев.

Осенью 1926 г. в нескольких аулах Дагестана распространился слух, будто горские евреи убили мусульманского мальчика в ритуальных целях. Возбужденная толпа организовала несколько погромов в Махачкале, Дербенте и других населенных пунктах. Власти нашли объяснение этим диким явлениям в том, что "население в массе своей - мелкобуржуазное, и существуют противоречия интересов между ними и горскими евреями, занимающимися торговлей и ремеслом". Это "марксистское" объяснение явно игнорировало наличие многовековой ненависти к евреям.

В Гяндже государственные ремесленные артели отказывались во второй половине 1920-х гг. продавать евреям товары, которые у них стоили дешевле, чем на рынке, утверждая, что все евреи - богаты, что у них есть золото. По этой же причине биржа труда отказывалась регистрировать безработных евреев. Евреям нередко отказывали в приеме на работу, утверждая, что они не коренное население и т.п. Одна из московских газет писала в 1929 г.:

«Местные советские власти упорно не желали на протяжении многих лет принимать горских евреев на работу в госпредприятия и учреждения, ссылаясь при этом на необходимость соблюдать принцип национальной пропорциональности в предоставлении работы».

Энергичная кампания по борьбе с теневой экономикой, проводившаяся в СССР в начале 1960-х гг., нередко принимала антиеврейский характер. В Дербенте за хищения было осуждено несколько горских евреев. Даже если эти обвинения были справедливы, обращает на себя внимание то подробное освещение, которое получали эти дела в прессе, несмотря на то, что в те годы старались уделять подобным "негативным явлениям" как можно меньше внимания. Нет сомнений, что это было частью направляемой сверху кампании.

В августе 1960 г. в Буйнакске была опубликована газетная статья «Без бога - широкая дорога» некоего Д.Махмудова. В ней утверждалось, что евреи покупают 5-10 граммов мусульманской крови, разбавляют ее в большом ведре воды и продают другим евреям. Содержание этой статьи в тот же день было передано по местному радио, и эта клевета мгновенно облетела весь Восточный Кавказ. Снова запахло погромами. Евреи Буйнакска тут же обратились в горком партии, в исполком и к муфтию с просьбой принять решительные меры по предотвращению погромов. По указанию партийных органов газета опубликовала опровержение: «По вине автора Махмудова и литредактора X.Атаева в статье была допущена политическая ошибка. Дикое утверждение, что евреи нуждаются в крови - это выдумка, которую распространяли в прошлом муллы с целью вызвать ненависть к евреям, это уже давно доказано самыми крупными в мире учеными и юристами». В отличие от статьи, которая получила большой отклик, эту "поправку" мало кто заметил, она не сняла антиеврейских настроений. Напряженность продолжала сохраняться, и горские евреи страшились близких погромов. 17 июня делегация евреев из Махачкалы, Буйнакска, Дербента и Хасавюрта явилась в ЦК КП Дагестана и записалась на прием к первому секретарю. Их не приняли, но на следующий день в газете появилось сообщение, что автора злополучной статьи понизили в должности, направив корреспондентом в сельскую местность. Делегация продолжала требовать приема у первого секретаря, 29 августа их принял один из его помощников, который пообещал, что будут приняты меры к тем, кто допустил публикацию клеветнической статьи. Не дождавшись этих мер и опасаясь погромов, евреи отправили делегацию в Москву. В ее составе были Ашиль Шамилов, Илья Алхасов и Нисон Шабаев. Пока эта делегация была в Москве, появилось сообщение, что автор статьи и заместитель редактора газеты уволены с работы. Но делегация продолжала требовать приема у секретаря ЦК КПСС Михаила Суслова, чтобы высказать ему ряд жалоб на дискриминацию горских евреев. Массированная антиизраильская пропаганда после Шестидневной войны привела к новому обострению межнациональных отношений на Кавказе, где мусульмане проявляли солидарность с арабским миром. В мечети Дербента прошло собрание, посвященное осуждению Израиля, на нем с речами выступили председатели колхозов, директора заводов и фабрик, которые призвали советские власти "нанести удар по агрессору". Народ на улицах понял эти слова как разрешение нападать на евреев, и в городе запахло погромом. Евреи обратились к властям с просьбой о защите, кроме того, они организовали отряды самообороны на случай нападений. Власти города и военный комендант (им был русский еврей) поняли, что нужно срочно утихомирить страсти. Они вызвали из Махачкалы известного и уважаемого муллу, который принялся увещевать людей. Беспорядки были, к счастью, предотвращены, но та легкость, с которой толпа проявила готовность идти громить евреев, показывает, как глубоко был укоренен антисемитизм в среде мусульман Дербента.

После развала Советской империи, в беспределе 90-х г.г. грабили и брали в заложники в основном еврейские семьи. Что и побудили в скором времени к массовому оттоку евреев из Кавказского региона. Но следует сказать, что на Кавказе очень развито куначество (побратимство), и многие мусульманские семьи защищали семьи своих кунаков-друзей. Не зря, когда началась массовая иммиграция, многие из них просили евреев не уезжать. И до сих пор с сожаленьем отмечают, что вместе с евреями с этих мест ушел "Берекет" (Браха, Божье благословение).

Этнографы неоднократно отмечали хорошие взаимоотношения между горскими евреями и горцами-мусульманами, в том числе заключение между ними побратимства. Например, знаменитый еврейский путешественник и этнограф Иегуда-Йосеф Черный писал: «У мусульман есть кунаки в еврейских аулах, у евреев - кунаки в мусульманских. Когда еврей приезжал к другу в аул, тот принимал его очень торжественно, селил в самой лучшей комнате для гостей. Хозяин старался считаться с религиозными чувствами гостя и не готовил для него пищу, запрещенную еврейской религией. Евреи иногда обменивались с кунаками оружием - это означало кровный союз».

Что характерно, наши предки прекрасно говорили на всех языках окружавших нас народов. Я помню, как бабушка, отец и дядя свободно изъяснялись на лезгинском, азербайджанском, табасаранском и др. языках. Это, несомненно, помогало налаживанию контактов и укреплению дружбы с соседями.
Автор: Хана РАФАЭЛЬ