Крылатая фраза века: «Израиль — этническое государство»
Почему-то только когда речь заходит об Израиле, термин «этническое государство» превращается из фактического описания в оскорбительное ругательство
Илана Левинскиписатель-фрилансер, живет в Лондоне
Выражение «Израиль — этническое государство» стало мантрой для тех, кто стремится представить его как нечто исключительно зловещее. Повторяемая, как молитва, критиками, которые, кажется, считают, что нашли какое-то глубокое откровение, она используется как обвинение, хотя на самом деле это простой и очевидный факт.
Этническое государство — это просто государство, сформированное на основе общей идентичности языка, культуры, религии или этнической принадлежности. Другими словами, это форма национального государства, где нация (культурная или этническая общность) и государство (политическое образование) объединены. Это не какое-то отклонение. Это правило, а не исключение. Большинство наций построены именно так.
Греция: православная и греческая по своей идентичности.
Польша: укоренена в польских католических традициях.
Ирландия: определяется католическим наследием.
Таиланд: буддизм и тайский этнос.
Япония: японский язык и синто-буддийская культура.
Египет: арабская и мусульманская республика.
Иордания: арабское королевство, управляемое монархом из династии Хашимитов.
Саудовская Аравия: «сердце исламского мира».
Даже Соединенные Штаты, которые часто рассматривают как гражданскую нацию, на глубинном уровне сформированы христианскими культурными основами — праздниками, библейскими ассоциациями в политике и национальным этосом, уходящим корнями в протестантские и католические традиции.
Конечно, существуют государства-гражданские нации, которые формально определяют себя на основе гражданства и общих ценностей, а не сформированные на базе какой-то одной этнической группы. Таковы, например, США, Канада, Индия. Но даже эти так называемые «гражданские нации» пропитаны культурными и религиозными маркерами, которые отражают доминирующую идентичность их населения. Человеческие сообщества всегда формировались под влиянием культурных и языковых связей, и ни одно государство не свободно от этой реальности.
Список можно продолжать. Практически в каждом уголке земного шара нации формируются вокруг основной идентичности — религиозной, этнической или культурной. Израиль ничем не отличается. Это не из ряда вон выходящее явление, это норма.
Однако почему-то только когда речь заходит об Израиле, термин «этническое государство» превращается из фактического описания в оскорбительное ругательство. Когда речь идет о Греции, Польше или Японии, никто не ставит под сомнение их легитимность и не требует стереть их идентичность. Но к Израилю — уникально еврейскому, маленькому и окруженному государствами с явным арабским и исламским характером — та же логика неприменима. Здесь то, что в других странах считается нормальным, превращается в нечто вопиющее. Существование еврейской национальной территории в принципе ничем не отличается от существования любого другого этнического государства, однако с ним продолжают обращаться так, будто это возмутительно.
«Израиль — этническое государство» — эта фраза повторяется как осуждение, а не как факт.
Давайте вспомним, что еврейский народ существовал на протяжении тысячелетий до создания современного Израиля. Он вплетен в древние тексты и погребен в камнях Иерусалима. Евреи построили на этой земле царства еще до того, как в Афинах заговорили по-гречески, а в Риме — по-латыни. На протяжении веков евреи молились, обращаясь в сторону Иерусалима, вспоминали Сион в своих песнях и мечтали о возвращении. В 1947 году Организация Объединенных Наций признала эту древнюю связь, проголосовав за создание еврейского государства, и Израиль стал родиной для народа, изгнанного из всех других земель.
В Израиле вы видите арабские вывески, украшающие улицы, мечети в центрах городов и даже слышите призывы муэдзинов к молитве, доносящиеся из каждого угла. Израильские граждане-арабы заседают в Кнессете, работают в больницах и играют на футбольных полях. Еврейская идентичность Израиля является реальной и центральной, но она не стирает мозаику культур внутри страны — как и в любой другой демократии на земле.
Так что давайте отбросим притворство. «Израиль — этническое государство» — это не скандал, это констатация исторической и политической реальности. Настоящий скандал заключается в том, почему из десятков этнических государств только существование Израиля требует бесконечных оправданий.
Дело не в национализме. Дело в евреях. И так было всегда.
Times of Israel, перевод Якова Скворцова
Стэнли Фишер — финансист, заложивший основы экономической мощи современного Израиля
Фишер вступил в должность, когда валютные резервы Израиля были скудными и в основном полагались на дядю Сэма
Ницан Коэнобозреватель «Исраэль а-йом»
На минувшей неделе скончался Стэнли Фишер, который возглавлял Банк Израиля с 2005-го по 2013 год. Фишер вошел в экономическую историю Израиля как один из трех самых влиятельных управляющих Центрального Банка, чья деятельность на этом посту ощущается и по сей день.
Фишер — экономист мирового уровня, который приехал в Израиль на пике своей карьеры. Было много вопросов, когда он согласился приехать в Израиль, и главный из них заключался в том, приехал он, чтобы поделиться своими обширными знаниями, или чтобы отдохнуть на побережье Средиземного моря. История дала ответ. Фишер пришел, чтобы работать. Три шефа Банка Израиля войдут в историю. Один из них — Михаэль Бруно, который разработал грандиозный план стабилизации 80-х годов прошлого века, обуздал политиков и спас израильскую экономику (в те годы инфляция доходила до сотен процентов в год).
Вторым был Стэнли Фишер, который привел нас к великой борьбе с потоками иностранной валюты, поступающими из нового мира — хай-тека, в котором Израиль быстро стал сверхдержавой, представил современную систему управления национальной банковской системой и впервые столкнулся с кризисом международного масштаба — рецессией 2008 года.
Третий — профессор Амир Ярон, да, нынешний шеф Центробанка. Ему досталась особенно сложная задача. Во время его каденции произошли кризис коронавируса и ужасная катастрофа октября 2023 года, повлекшая необходимость создания стабильной экономической системы, которая позволила вести войну на семи фронтах.
Что характеризует этих трех управляющих, так это то, что они активны, не ищут ненужных ссор и понимают больше, чем кто-либо другой, что для того, чтобы спасти израильскую экономику от самой себя, нам нужно обуздать политическую систему, а не конфликтовать с ней. Но давайте на мгновение сосредоточимся на одном значимом поступке Стэнли Фишера, поступке, который до сих пор оказывает на нас влияние и который выдержал самое большое испытание 7 октября.
О чем мы говорим? О значительных валютных резервах Израиля. В принципе, во время Фишера потоки долларов в Израиль увеличились в основном из-за огромных выходов из высокотехнологичной промышленности, но не только по этой причине. Был задан вопрос, что делать, когда потоки долларов прибудут сюда, и как с ними обращаться, не встряхивая местную экономику.
Фишер принял решение покупать доллары. Не для того, чтобы регулировать обменные курсы, а чтобы воспользоваться этими потоками долларов для покупки долларов и увеличения валютных резервов Израиля, который является изолированным государством, которому во времена кризиса понадобится каждый доллар, который у него есть.
Фишер вступил в должность, когда валютные резервы Израиля были скудными и в основном полагались на дядю Сэма, который вливал нам доллары в чрезвычайных ситуациях. Медленно, но верно Фишер скупал доллары, пока курс доллара здесь падал (Фишер возглавил Банк Израиля, когда курс доллара составлял 4,48 шекеля, и покинул пост при курсе курсе 3,61 шекель). Повышение курса наносит ущерб экспортерам, но хорошо для импортеров. На Фишера оказывалось давление, но он его выдержал.
За время работы в Израиле Фишер утроил национальные валютные резервы. Когда он вступил в должность, валютные резервы Израиля не превышали 27 миллиардов долларов (ВВП в те годы составлял 150-160 миллиардов долларов). Он ушел из Банка Израиля, когда эти валютные резервы составляли 80 миллиардов долларов (ВВП в те годы составлял 260 миллиардов долларов).
Высокие валютные резервы сказываются на экономике, но решение должно было быть принято. Даже если в тот момент это решение казалось спорным. С тех пор управляющие Банка Израиля поддерживали линию, намеченную Фишером, и постоянно наращивали валютные резервы до тех пор, пока 7 октября 2023 года профессор Амир Ярон не предоставил эти валютные резервы в распоряжение правительства и в интересах общества в качестве своего рода решения проблемы ликвидности (которая обозначилась в первые дни войны).
Кредитно-рейтинговые компании упоминают валютные резервы Израиля в каждом отчете как точку силы местной экономики и значительную подушку безопасности, на которую можно положиться в чрезвычайных ситуациях. Этот процесс был инициирован, несмотря на значительную критику и давление, Стэнли Фишером.
Еще один поступок, за который следует отдать должное Стэнли Фишеру, — это Закон о Банке Израиля. Этот закон фактически превратил Банк Израиля в независимый центральный банк, который не зависит от политиков, и сегодня, когда мы видим, что происходит вокруг деятельности национальных учреждений, мы понимаем, что Фишер увидел возможность хаоса внутри Израиля и удалил Банк Израиля из него. Или, по крайней мере, дистанцировал Банк Израиля от общего хаоса в стране.
Можно многое добавить о пребывании Фишера на посту управляющего Банка Израиля, а затем директора банка «Апоалим» и о замечательной службе, которую он сослужил израильской экономике, но когда мы смотрим на мир, который изменился для нас 7 октября 2023 года, и на использование средств, которые Стэнли Фишер оставил нам десятилетием ранее, мы можем легко оценить его значительный вклад в израильскую экономику.
Исраэль а-йом, перевод Ильи Амигуда