Миссия нашего поколения – спасти евреев
Несколько раз в истории Израиля - в еврейской истории - у нас была такая потенциальная потеря евреев, например, когда мы потеряли Десять Племен.
Я хочу поделиться с вами тем, что, на мой взгляд, является миссией нашего поколения, и что недостаточно попадает на наши радары. Мы очень сконцентрированы на том, что происходит здесь, в Израиле. Я думаю, что в наши дни мы теряем миллионы евреев. Мы должны спасти евреев.
Через 100 лет нас спросят: «Вы знали, что происходит с евреями в Америке, в Восточной Европе, в Южной Америке. Что вы сделали? Несколько раз в истории Израиля - в еврейской истории - у нас была такая потенциальная потеря евреев, например, когда мы потеряли Десять Племен. Как министр по делам диаспоры, я фактически министр евреев. Нам нужно понять, что еврейское государство - это не только государство израильских гражданин, это государство, в котором каждый еврей в мире имеет свою долю.
Сегодня во всем мире есть миллионы евреев, которые нуждаются в нас. Нам следует связаться с ними. Мы делаем больше, чем мы когда-либо делали, но сегодня нам нужно изменить тактику. Еврейское государство было проектом евреев. Евреи по всему миру делали взносы, совершали алию. Сегодня все наоборот. Сегодня миссия государства Израиль состоит в том, чтобы охранять евреев. Как мы это сделаем? Следует быть открытыми, принимая каждого еврея, любя каждого еврея, даже если у нас есть глубокие разногласия. Мы любим каждого еврея таким, какой он есть, всех уважаем, и каждый еврей востребован на нашей земле.
Источник: 7:40
Зато я вас очень хорошо знаю
Тогда мне показалось, что сердце этого жестокосердого еврея смягчилось до Благости, и белый хлеб и сахар, которые он мне давал, я ощутил белыми и сладкими.
Вообще неважно, что говорил новоуренгойский школьник. Тем более неважно, что он там имел в виду.
Никогда не было важно, что на самом деле кто сказал. Свора всегда в боевой стойке. Кого травить, не вопрос. У нас 16-летних расстреливали, чего уж там.
Кстати, о «попробовал бы он в день памяти героев Варшавского гетто...». Василий Шульгин, знаменитый антисемит и вообще, вспоминает о сокамернике, великом хасиде раввине Мордехае Дубине:
«Меня перевели в камеру, где было несколько человек, в том числе старик-еврей по имени Дубин. В первый же день совместного пребывания в камере он предложил мне кусок белого хлеба, что считалось в тюрьме как бы знаком дружественного привета. На это я сказал:
— Простите меня, я вас совсем не знаю и такой подарок от незнакомого человека принять не могу.
Он ответил:
— Зато я вас очень хорошо знаю. Я пятнадцать лет был членом рижского парламента, а значит, и политиком. Поэтому-то я вас хорошо знаю. И если вы не примете мой хлеб, то вы меня незаслуженно обидите.
Я сказал:
— Хорошо. В таком случае, давайте.
Так мы вроде бы как бы если еще не подружились, то сблизились.
Попутно он рассказал мне, что раньше был в камере, где, кроме него, были исключительно немцы. Почему его посадили к немцам в те времена, когда Гитлер уничтожал евреев миллионами, сказать трудно. Ведь тогда еще антисемитизма у Советской власти не замечалось. Как же сложились у Дубина отношения с товарищами по камере? Дубин рассказал:
— Мы, евреи, очень хорошо знаем наших родственников, больше, чем это принято у русских. Я насчитал, что немцы убили примерно сто моих родственников. Уцелела только моя родная сестра, убежавшая в Москву. Она и посылает мне деньги, на которые я могу покупать в ларьке… в известных пределах… В законе сказано: «Голодного накорми». Немцы голодали. Я им давал все, что мог…
Тогда мне показалось, что сердце этого жестокосердого еврея смягчилось до Благости, и белый хлеб и сахар, которые он мне давал, я ощутил белыми и сладкими».
Источник: Facebook