Подумайте об этом: Биби Нетаньяху — опасный, беспринципный, бессовестный, коррумпированный, разжигающий рознь, лживый и совершенно не заслуживающий доверия лидер. На посту премьер-министра он был главным архитектором многолетней израильской политики покровительства и поощрения финансирования ХАМАСа и несет полную ответственность за ужасающие провалы правительства, армии и разведки, которые привели к резне 7 октября. Его отказ совершить почетный и обычный для Израиля поступок — признать и принять вину и уйти в отставку — постыден и скандален.

Более того, ведение войны с ХАМАСом и препятствование переговорам о заложниках продиктованы не национальными интересами Израиля, а его личными и политическими эгоистическими интересами: сохранить коалицию, в которой доминируют экстремисты, остаться на посту, препятствовать выдвижению против него уголовных обвинений и спасти то немногое, что осталось от его запятнанной и потрепанной репутации. Он отравляет незаменимые отношения Израиля с США, отталкивает от себя все большее число евреев, особенно молодых, и превращает Израиль в международного изгоя. Он должен уйти. Прямо сейчас.

Этот разоблачительный взгляд широко распространен в Израиле и за его пределами, и на то есть веские причины. Тем не менее, я задаюсь вопросом. Даже если этот взгляд верен, доказывает ли это, что Биби не прав в своем ведении войны и переговоров о заложниках? Разве даже глубоко ошибающийся лидер не может иногда быть прав? Является ли его упорное требование сохранить за Израилем контроль над Филадельфийским коридором в Газе недвусмысленной попыткой торпедировать перспективы сделки, как утверждают многие? Отражает ли это черствое безразличие к судьбе и невообразимым страданиям заложников и их близких? Или же он прав в том, что неудача с удержанием коридора позволит ХАМАСу перевооружиться, вернуться к власти в Газе и снова напасть на Израиль, убивая мирных жителей и солдат? Командование армии и руководство спецслужб, как сообщается, считают, что Израиль может безопасно отступить от границы между Египтом и Газой, по крайней мере временно, чтобы обеспечить сделку с заложниками, и они утверждают, что ЦАХАЛ всегда сможет захватить ее снова, если потребуется. Это может быть правдой. В конце концов, все предыдущие уходы Израиля из Газы с 1967 года в конечном итоге приводили к возрождению трансграничного терроризма с применением все более смертоносного оружия, что вынуждало Израиль возвращаться. Но можно ли назвать это жизнеспособной стратегией или же речь идет о повторяющемся кошмаре?

К этим лидерам следует относиться серьезно, но и они разделяют ответственность за колоссальные неудачи 7 октября. Каждый наш позыв к состраданию побуждает нас принять их совет, учитывая наше неотложное желание выкупить пленных, что является важнейшей еврейской ценностью, а отказ от заложников немыслим. Но являются ли их мнения самоочевидно правильными? И если мы последуем за ними и отступим, что произойдет потом? Биби утверждает, что компромисс по «Филадельфии» позволит Яхье Синвару, фанатичному лидеру ХАМАСа, сбежать в Иран, прихватив с собой живых заложников, которые являются его живым щитом. Недавние, но пока не подтвержденные новостные сообщения, якобы основанные на захваченных документах ХАМАСа, гласят, что он намерен сделать именно это, и что дальнейший контроль Израиля с гораздо большей вероятностью предотвратит это.

7 октября принесло неоценимое горе и травмы, и с тех пор Израиль стоит исключительно перед выбором из вариантов, каждый из которых чреват непредсказуемыми, потенциально катастрофическими и кошмарными последствиями. «Черный Шаббат» подорвал израильскую стратегию сдерживания в отношении его противников и пошатнул, если не разрушил, основополагающую веру в то, что Израиль может и будет всегда обеспечивать безопасность своих граждан, — постулат, дающий еврейскому государству смысл существования. Не может ли дело обстоять так, что ХАМАС играет в переговоры на время, пока он ведет психологическую войну и реализует свою извращенную, но все более успешную PR-кампанию, направленную на то, чтобы настроить мировое общественное мнение против Израиля? Что на самом деле ему не нужна сделка, по крайней мере, такая, которую Израиль мог бы заключить без неприемлемого, возможно, экзистенциального риска для своего будущего? Так много неопределенного и невероятно сложного.

А что же Биби? Каким бы он ни был, может ли он быть прав в своем подходе к войне и последовавшим за ней затянувшимся переговорам? Я не утверждаю, что он прав, но и не уверен, что он ошибается. Каким бы ни был ответ, это ключевой вопрос.

Times of Israel, перевод Якова Скворцова