Музеи исчезнувших евреев?
Но есть так называемая «одиннадцатая заповедь» — не давать посмертных побед Гитлеру
Виктор Шапиропредседатель еврейской общины КалининградаКогда в сентябре позапрошлого уже года агентство фейковых новостей «Панорама» опубликовало «новость» о том, что северокорейский лидер Ким Чен Ын открыл «первую в Северной Корее синагогу», многие поверили.
В эту Хануку, отслеживая события еврейской жизни в разных уголках света, я постоянно наталкивался на вполне достоверные факты, сопоставимые с «северокорейской сенсацией». В городке на севере Германии немцы поддерживают музей в опустевшей синагоге, умудряясь при этом иногда находить евреев для миньяна. Восстанавливается при поддержке египетского правительства большая синагога в Александрии, где проживает аж восемь евреев. В иракском Курдистане двадцать евреев собрались, чтобы зажечь ханукию. И вот очень много в течение года попадалось мне таких сообщений о каких-то теплящихся по всему миру огоньках или тлеющих угольках еврейского присутствия, которые ждут, подобно тому слабому храмовому огоньку, не угасавшему, пока евреи, обновившие Иерусалимский Храм, не подвезли достаточное количество кошерного масла для меноры.
Ну, в самом деле: кому нужны эти памятники еврейской истории, гальванизируемые то энтузиазмом подвижников, то волей государства там, где от процветавших некогда общин остались только воспоминания? Нужны ли они евреям? Ох, вряд ли найдутся желающие приехать на работу живыми экспонатами еврейских музеев в страны, откуда их предки были изгнаны. Есть, конечно, как исключение, пример Германии, где после Второй мировой войны евреи не только заполнили отремонтированные старые синагоги, но и поставили государство перед необходимостью строить новые. Но все же большинству мест, покинутых евреями, возрождение общин не грозит. Однако развиваются другие процессы, меняющие привычную структуру диаспоры. Развитие транспорта и систем коммуникации ведет к тому, что любопытные туристы проникают в самые отдаленные закоулки мира и само понятие отдаленности теряет свой смысл. И на любом привлекательном для путешественников маршруте почти всегда можно услышать иврит. С другой стороны, все больше израильтян на тот или иной срок приезжают в мировые центры деловой активности по делам бизнеса: высокотехнологичного, медицинского, охранного — всякого, в котором Израиль преуспевает. Немало израильских студентов обучается в Европе. Интересно ли им еврейское наследие тех мест, где они оказываются? Кому как. Вот, например, летом в Кракове кипит еврейская жизнь: в ресторанчиках на Казимеже играют клезмеры, а вездесущие хабадники с трудом обеспечивают спрос на кошерную пищу. А вот в Друскининкае закрылся дом-музей Жака Липшица — знаменитого земляка, выдающегося скульптора, жившего во Франции. Причина — отсутствие посетителей. Сотням израильтян, отдыхающих на этом литовском курорте, музей еврейского художника не интересен. Даже хабадники, устраивающие в шабат молитву и трапезу для отдыхающих, не стремятся обосноваться в пустующем «еврейском домике», а снимают зал в одном из дорогих пансионатов.
Еврейские музеи, конечно, интересны не только евреям, да и не столько им. Между прочим, даже нацисты планировали создание в Праге «Музея Вымершей Расы» — как напоминания о мертвой еврейской религии, культуре и самих евреях. Множество свитков Торы, книг, религиозных предметов и произведений искусства, награбленных гитлеровцами, были доставлены на склады в Чехии. Но есть так называемая «одиннадцатая заповедь» — не давать посмертных побед Гитлеру. Материальное наследие еврейской цивилизации нужно хранить, как наследие мировой культуры, но и еврейский мир не должен забывать о своём наследии. Собранные в Праге сокровища после войны были возвращены общинам, чтобы служить по своему назначению – прежде всего культовому. А еврейский музей в Праге стал местом притяжения многих тысяч евреев со всего мира. Хочется надеяться, что и возрождающиеся повсеместно еврейские мемориальные объекты не станут «музеями вымерших общин» и не будут безразличны евреям. Или хотя бы вездесущему Хабаду. И кто знает, может быть, мы станем свидетелями новых ханукальных чудес.
Убийство Сулеймани: Трамп берет уроки у Израиля
Израильтяне пришли к выводу об уязвимости Ирана и его неспособности к полномасштабной войне
Михаил Магидроссийский политологРешение Трампа ликвидировать иранского генерала Касема Сулеймани, было принято благодаря израильским атакам на иранские и про-иранские силы в Сирии. На более чем 1000 ударов израильских ВВС по иранским объектам в Сирии и Ираке в течение последних нескольких лет, иранцы и их союзники ответили лишь пусками нескольких устаревших ракет по Израилю, причем ни одна не достигла цели и не привела к жертвам. Это и стало причиной американской решительности и готовности убить Сулеймани.
Напряженность между США и Ираном росла с прошлого года. В ответ на выход США из ядерной сделки с Ираном и тяжелейшие санкции, разрушительные для экономики Ирана, иранцы начали атаки на объекты США в Ираке, которые они либо их союзники из про-иранских шиитских милиций, постоянно обстреливали. Кроме того, иранцы минировали танкеры в Персидском заливе и обстреляли крылатыми ракетами и дронами нефтеперерабатывающий завод в Саудовской Аравии. Тем самым иранцы пытались заставить США нести потери и унизить Трампа, лишив его авторитета. Иранцы хотят подорвать его позиции с тем, чтобы помочь демократам прийти к власти в США (демократы уже пообещали вернуться к ядерной сделке, что означает снятие с Ирана санкций).
В этих условиях Трамп оказался в тяжелом положении. Принять иранский вызов и ответить ударом на удар означает для него риск втянуться в войну с Ираном, а такие войны непопулярны в США. Это могло бы привести Трампа к поражению на выборах. Не принимать иранский вызов (как США долгое время поступали, не отреагировав даже на сбитие иранцами дрона США в июне прошлого года), означало потерю лица и в конечном счете вело Трампа к тому же результату. Иранская ловушка, в которую попал президент США, может быть названа цугцвангом - такое положение бывает в шахматах, когда любой ход, который вы сделаете, ухудшит вашу ситуацию.
Администрация Трампа и американские военные решили сменить тактику и принять весьма рискованные решения. Была объявлена красная линия - гибель американских граждан. Когда в результате очередного обстрела в Ираке погиб американский контрактник и еще четверо военных были ранены, США ответили ударом по базам про-иранских милиций. Когда же члены этих милиций осадили посольство США в Багдаде, американцы убили Сулеймани и фактического главу про-иранских милиций Ирака Абу Махди аль-Мухандиса.
Проанализировав итоги двухлетних израильских налетов на иранские и про-иранские силы в Сирии и Ираке, аналитики США, видимо, пришли к выводу, что Иран не решится втянуться масштабное противостояние и его возможный контрудар будет слабым и малоэффективным.
Это соображение подкрепляется другим: режим в Иране нестабилен. Массовые протесты раскачивают страну с декабря 2017 года. В ноябре 2019 в Иране более чем в 100 городах произошло настоящее восстание - разгневанные ростом цен на топливо иранцы поджигали правительственные офисы, выкрикивали антиправительственные лозунги и блокировали трассы. Иран окончательно превратился в полицейское государство, которое удерживает власть благодаря постоянному присутствию на улицах полицейских и военных, расстреливающих протестующих (во время подавления ноябрьского восстания силы режима убили до 1500 человек). Но что будет с режимом, если в ходе ударов иностранных ВВС, иранские полиция и военные просто разбегутся и оставят улицы хотя бы на несколько дней? Это, не говоря о том, что израильтяне предупредили - в случае массированного обстрела Израиля иранцами, они, израильтяне, ударят в ответ по острову Харк, через который осуществляется иранский экспорт нефти, и порту Бендер-Абас, через который проводятся почти все остальные торговые экспортно-импортные операции Ирана. Иными словами, экономика Ирана будет парализована. А если учесть тот факт, что Иран не обеспечивает себя достаточным количеством продуктов питания и вынужден импортировать продовольствие, такие события могут стать для него катастрофическими.
Исходя из тех же соображений и принимая во внимание мощные протесты против режима в самом Иране, израильтяне пришли к выводу об уязвимости Ирана и его неспособности к полномасштабной войне, а также к его чувствительности к материальным и людским потерям. Поэтому план Израиля, который озвучил его министр обороны, Нафтали Беннет, состоит сегодня в интенсификации ударов по иранским силам в Сирии, с целью заставить их либо уйти, либо нести увеличивающиеся потери, провоцируя рост беспорядков в самом Иране.
Тем не менее, это - опасная игра для Израиля и США. Хотя Иран боится полномасштабной войны с Израилем и тем более с американцами, никто не может дать 100% гарантию о неприменении им всей своей военной мощи против США или Израиля по всему миру. Не смотря на все приведенные выше соображения "большая империалистическая война" все-таки возможна. Никто не знает, где проходят иранские красные линии и на что способно загнанное в угол санкциями и революционными восстаниями народных низов руководство Ирана.