Пандемия короны влияет не только на физическое, экономическое, социальное и психическое благополучие населения Израиля, но и создает угрозу для его демократической системы. Растущая обеспокоенность по поводу эскалации вируса в сочетании с многочисленными последствиями усилий по сдерживанию его распространения позволили игнорировать побочные последствия таких решений. Неспособность противостоять потенциально смертоносным последствиям этой болезни в настоящее время может оказаться наиболее весомым результатом сложившейся сейчас ситуации.

В течение последних нескольких месяцев и особенно после неубедительных выборов 2-го марта руководство здравоохранением и соответственно борьба с вирусом находилась в руках временного премьер-министра Биньямина Нетаньяху, которому граждане Израиля трижды отказали в мандате на власть. Он не только контролирует все аспекты официальной политики; он также взял на себя роль профессионального переводчика и самозваного национального представителя. Эта централизация власти — наряду с ее вопиющей персонализацией — не имеет аналогов в истории Израиля — страны, которая на протяжении всего своего существования знала серьезные угрозы безопасности и прямые вооруженные столкновения.

Этот процесс имеет четыре основные проявления, вызывающие серьезные опасения. В совокупности, если их не пресечь, они могут полностью разрушить политическую структуру еврейского государства.

1. Ограничение индивидуальных свобод

Эпидемиологическая ситуация в Израиле наложила серьезные ограничения на свободу передвижения его населения. Сначала предостерегли от дальних путешествий, затем перешли к ограниченному введению обязательных карантинов, а сейчас дело дошло до вынужденной изоляции большинства граждан. Чтобы обеспечить соблюдение этих требований, Биньямин Нетаньяху объявил, что для отслеживания перемещений всех лиц, подозреваемых в заражении, будут использоваться новейшие цифровые технологии. Нарушение неприкосновенности частной жизни в таких масштабах является беспрецедентным. Это вопиющее нарушение прав личности.

То же самое относится и к жесткому запрету на все формы публичного протеста (посредством запрета на собрания более десяти человек в одном месте) и, следовательно, также, хотя и косвенно, на свободу объединений. Взаимодействие в обществе ограничивается цифровыми сетями, которые остаются плохой заменой живого социального обмена.

До настоящего времени не вводилось никаких реальных ограничений на свободу слова, но средства массовой информации — за очень немногими исключениями — отказались от своей традиционной роли «сторожевого пса» ради более удобной — передатчика нефильтрованной информации. Таким образом, СМИ утратили свою центральную роль в оценке и критике государственной политики. Гражданские права, уже находившиеся в упадке, сейчас оказались в свободном падении.

2. Ограничение групповых прав

Несмотря на многократные призывы к социальной солидарности в условиях чрезвычайной ситуации, политика в отношении короны лишь усилила и усугубила имманентное неравенство. Существует только один важный фактор социальной дифференциации во время неотложных состояний: факторы риска для общественного здравоохранения.

Вот почему настойчивые попытки регулярно выдвигать обвинения арабским гражданам Израиля с помощью рекламы, твитов и сообщений в социальных сетях — отвратительны. В то же самое время, когда Нетаньяху призывает к совместным усилиям по борьбе с распространением болезней по телевидению, его страницы в соцсетях сеют ненависть к сторонникам и лидерам третьей по популярности политической силе в стране — Объединенному арабскому списку. Как будто их голоса «весят» меньше голосов их еврейских коллег. Нельзя придумать ничего лучше для дискредитации базового принципа демократии: «Один человек — один голос».

Теперь еще и проводится различие между богатыми и бедными, наемными работниками и предпринимателями, офисными работниками и персоналом сферы услуг. Разница в доходах в период в столь опасный период не только не сократилась, но, напротив, была увеличена.

3. Подрыв системы сдержек и противовесов

Принцип разделения властей, лежащий в основе демократии, был изобретен для защиты от злоупотребления властью со стороны отдельного человека или группы лиц. Он подкреплен структурными сдержками и противовесами и прочной традицией прозрачности и подотчетности. За последнее десятилетие при поддержке «Ликуда» и его лидера эти институциональные меры защиты были серьезно ослаблены. Кризис коронавируса вполне может нанести по ним решающий удар.

Систематические нападки со стороны Нетаньяху на судебную систему — теперь под предлогом обвинения во взяточничестве, мошенничестве и подрыве доверия — уже заметно подорвали авторитет израильской судебной системы в глазах общества. Даже в разгар нарастающей коронной пандемии у кого-то то и дело возникают сомнения в честности судей, рассматривающих их дела. И теперь специально поставленный на этот пост министр юстиции Амир Охана объявил о прекращении судебного разбирательства по «причинам неотложной медицинской помощи». Нетаньяху, который должен завтра явиться в суд для ознакомления с его обвинительным заключением, таким образом, обеспечил еще одну задержку (до 24 мая) своего судебного дела. Верховенство закона под предлогом коронавируса подверглось резкому удару под дых.

При этом Кнессет, который должен следить за действиями исполнительной власти, не функционирует в полноценном режиме более года. Нетаньяху и его соратники делают все возможное, чтобы манипулировать законодательной и судебной ветвями власти в пользу исполнительной, всецело покорной его собственным прихотям. Под предлогом короны осуществляется явное движение от демократии в сторону неоавторитаризма.

4. Потеря доверия к системе

Именно в то время, когда стабильность и авторитет власти особенно необходимы, внимание израильских граждан обращали на ночные пресс-конференции, на которых в ответ на их подлинные страхи давались политические намеки, превозносящие лидерские качества исполняющего обязанности премьер-министра как внутри страны, так и на внешней арене, а также принижать способности его оппонентов. Теперь же, когда большинство нового кнессета рекомендовало президенту Ривлину поручить формирование правительства Бени Ганцу, неясно, как Нетаньяху отреагирует, и как он будет теперь использовать чрезвычайную ситуацию с короной для поддержания своей власти. Совершенно очевидно, что, хотя он преуспел в призыве к общей «войне с невидимым врагом», он игнорировал предпочтения большинства населения.

Эти обстоятельства не внушают доверия правительству. Они также подрывают доверие к системе в целом. Ситуация, в которой смешались личная тревожность с длительной неразберихой в политике, позволяет почти незаметно — но чрезвычайно эффективно — изменить политический режим.

Израильтяне сейчас сталкиваются с многоаспектной проблемой монументальных масштабов. Они могут либо уступить стадному менталитету, который им предлагается принять, либо начать делать то, что они всегда делали лучше всего: запрашивать, задавать вопросы и вводить новшества. В ближайшие несколько дней они могут принять решение воспользоваться моментом для возрождения основополагающих ценностей Израиля — равенства, свободы, справедливости и терпимости для всех граждан страны — или позволить ей довести до финала процесс упадка демократии. Настало время возродить демократический скептицизм и креативность Израиля: это единственный ответ на тревожную перспективу хаотической коронакратии.

Times of Israel, перевод Ильи Амигуда