Не превратить Израиль в современную Спарту!
Бен-Гвир не должен иметь права консультировать ЦАХАЛ по вопросам военной этики
Морально-этическая ткань израильского общества начинает расходиться по швам, когда при демократически избранном правительстве крайне правый экстремистский политик, такой как Итамар Бен-Гвир, считает, что наказание, применяемое ЦАХАЛом к солдатам, выступающим с политическими призывами и жестоко избивающим левых активистов на блокпостах, должно быть отменено.
Если министр национальной безопасности публично возражает против решений, принятых командирами в армии, насколько уверенно будут чувствовать себя эти командиры в следующий раз, когда будут иметь дело с неэтичным поведением солдат?
Бен-Гвир, который в 2007 году был осужден за поддержку террористической организации и подстрекательство к расизму, не должен иметь права консультировать ЦАХАЛ по вопросам военной этики.
Уже в 16 лет Бен-Гвир вступил в «Ках», ультранационалистическое движение, охарактеризованное Америкой как террористическая организация. Ках возглавлял Меир Кахане, яростный антиарабский националист, призывавший лишать израильских арабов гражданства. В 1994 году Барух Гольдштейн, приверженец «Ках», убил 29 палестинцев в мечети на оккупированном Западном берегу; до того, как Бен-Гвир пришел в политику, у него дома висел портрет Гольдштейна.
Бен-Гвир прославился в 1995 году, после того как был освобожден от призыва в ЦАХАЛ из-за своих крайних взглядов. Он угрожал премьер-министру Ицхаку Рабину по телевидению, заявив, что «доберется до него». Рабин был убит израильским ультранационалистом три недели спустя.
Госсекретарь США Энтони Блинкен и советник по национальной безопасности Джейк Салливан во время встреч с президентом Ицхаком Герцогом намекнули на возможность отказа от сотрудничества с Бен-Гвиром и другими правыми экстремистами. «Мы надеемся, что все государственные деятели Израиля будут и впредь разделять ценности открытого демократического общества, включая терпимость и уважение ко всем группам меньшинств», — сказал представитель Госдепартамента Нед Прайс.
Разрушается ли моральная устойчивость израильского общества?
Этическое поведение солдат или принципы международного гуманитарного права, которые они должны соблюдать, являются важнейшими гарантиями против подрыва моральной устойчивости израильского общества, в котором практически все гражданские лица служили в ЦАХАЛе. То, что происходит в армии, влияет на то, как поддерживаются гражданские свободы в обществе.
Эти гражданские свободы нельзя воспринимать как самособой размеющееся, и командирам ЦАХАЛа следует доверить обучение своих солдат важности пропорционального и дискриминационного применения силы, без помех со стороны подстрекательской риторики и политических требований.
Меня не успокаивают обещания Биньямина Нетаньяху, который якобы сможет управлять этой коалицией экстремизма, и его заявления о том, что он хочет, чтобы политика не лезла в армию. Ему предъявлены многочисленные обвинения в коррупции, и он кровно заинтересован в умиротворении своих правых партнеров, которые будут иметь возможность принять законы, обеспечивающие ему защиту от судебного преследования.
Эта неудачная политическая констелляция позволила Бен-Гвиру потребовать портфель министра национальной (не внутренней) безопасности, должность, которая поставит его во главе израильской полиции и политики вокруг святых мест Иерусалима, включая мечеть Аль-Акса.
Всем ясно и, надеюсь, очевидно, что Израиль сохраняет за собой право на военную защиту. Не менее очевидно, что как государство, стоящее на вооружении, он несет большую ответственность за соблюдение гражданских свобод. Да, это тонкий, а порой и сложный балансировочный акт, но он жизненно необходим, поскольку грань между демократией и современной Спартой очень тонка.
Jerusalem Post, перевод Ильи Амигуда
Багац нуждается в реформировании
Почти во всех странах, будь то демократия или диктатура, имеется высший суд
Стив Крамеруроженец Нью-Джерси, в 1991 г. репатриировался в Израиль, живет в Кфар-Сабе, независимый журналист
Несмотря на затянувшиеся коалиционные переговоры, в ближайшие дни правительство, которое будет управлять Израилем, сформируется. По поводу правого/религиозного состава коалиции поднялся шум и крик, особенно со стороны иностранных правительств. Среди этих опасений — возможность внесения изменений в судебную систему, особенно в полномочия Багаца. Я считаю, что необходимы некоторые изменения, чтобы уменьшить власть неизбираемых судей и вернуть ее избранным членам Кнессета.
Почти во всех странах, будь то демократия или диктатура, имеется высший суд, который работает в тандеме с руководством государства. Израиль не является исключением. Его судебная система похожа на британскую и американскую, но имеет свои особенности. Одно из ярких отличий заключается в том, что высший суд Израиля верховенствует над избранным законодательным органом, который не имеет права обжаловать решения суда, в отличие от США, где последовательно проводится принцип разделения властей. Нынешние усилия по решению этой проблемы, предпринятые предыдущими правительствами и которых ожидают от нового кабинета,, не угрожают израильской демократии. Напротив, разумные изменения могут ее улучшить.
Багац состоит из 15 судей, включая председателя. Срок полномочий судьи не установлен, но в любом случае он не превышает 69-70 лет. Как правило, Верховный суд Израиля рассматривает дела в составе коллегий из трех судей, однако некоторые дела может рассматривать и один судья. В делах большой важности Верховный суд может заседать в расширенном составе, но всегда с нечетным количеством судей, чтобы обеспечить большинство голосов тому или иному решению.
Суд США основывается на применении судьями Конституции 1789 года к соответствующим вопросам. Внесение поправок в Конституцию возможно при одобрении большинства из 50 штатов. С момента принятия Конституции в нее вносились поправки 27 раз, включая одну поправку, которая отменила предыдущую поправку.
Верховный суд Америки — это одновременно и судебный орган, и политическое учреждение. Президент является единственным должностным лицом, которое может выдвинуть кандидатуру нового судьи, а Сенату поручено утвердить или не утвердить ее. В 21 веке голосование сенаторов стало гораздо более политизированным, и утверждение кандидатуры иногда зависит от голоса одного сенатора. Это было менее распространено в последние десятилетия 20-го века, когда кандидатуры часто утверждались значительным большинством голосов.
Важно отметить, что для судей не существует возрастных ограничений. Когда судья умирает или уходит на пенсию, каждый президент после Второй мировой войны, за исключением Джимми Картера, назначал одного или нескольких новых судей. Это периодическое вливание новой крови гарантирует, что со временем баланс суда будет склоняться в ту или иную сторону.
Для сравнения, считается, что Верховный суд Израиля не имеет политического характера, поскольку Кнессет практически не имеет права голоса при утверждении его новых назначенцев. Все израильские судьи назначаются Комитетом по отбору судей — независимым органом, состоящим из трех членов Верховного суда (включая председателя суда), двух министров кабинета (один из которых является министром юстиции), двух членов Кнессета и двух представителей Ассоциации адвокатов Израиля. По закону, кандидатура нового судьи должна быть одобрена как минимум семью из девяти членов комитета по назначениям.
Как правило, три члена Верховного суда голосуют за того, кто принадлежит к истеблишменту и впишется в их группу. Неудивительно, что два адвоката из коллегии адвокатов предпочтут выбор судей, поскольку они часто выступают в суде и сами могут претендовать на эту должность. Поскольку всего два или более членов комитета могут наложить вето на кандидата, комбинация из пяти членов — судьи и адвоката — может фактически лишить права голоса любого кандидата, который не соответствует их предпочтениям.
В политическом отношении Израиль в настоящее время не является леворадикальной/прогрессивной страной. Возможно, 10% населения подходят под это описание, в то время как большинство — левоцентристы, центристы, правоцентристы, правые и религиозные правые. С момента обретения государством независимости в 1948 году, на протяжении целого поколения, его лидеры были левыми и часто социалистами. Следующее поколение обычно было центристским или правым. Однако израильский истеблишмент, из которого выбирается большинство судей, состоит из представителей ставшего малочисленным либерально-социалистического Израиля.
В Израиле нет конституции, по которой можно было бы судить о законах. Но начиная с 1993 года члены Багаца взяли на себя труд создать собственную квазиконституцию в виде основных законов, принятых судом. Это происходило под эгидой председателя суда Аарона Барака:
«Зимой 1992 года Верховный суд Израиля переехал из ветхого общежития в многолюдном районе Иерусалима, где он находился более 40 лет, в новое элегантное здание, расположенное в правительственном квартале. Переезд состоялся в том же году, когда был принят первый израильский закон [уникальный, разработанный судом], гарантирующий широкий набор прав человека. Этот законодательный акт, названный "Основной закон: Достоинство и свобода человека", обещал, что "жизнь, тело или достоинство любого человека не должны оставаться неприкосновенными" и что "свобода человека не должна быть ограничена посредством тюремного заключения, задержания, экстрадиции или любым другим способом". В ретроспективе кажется, что новое здание суда и новый закон были созданы друг для друга: В результате смелого толкования закона судом, его мощь и значение выросли в огромной степени, в соответствии с его грандиозным окружением». (https://israel.lawi.asia/2006/02/28/aharon-barak/)
С 1992 года суд принял другие основные законы, которые не могут быть отменены Кнессетом. Таким образом, в отличие от правительства с равноправными ветвями власти, Багац является верховной властью и имеет возможность делать заявления любого рода с минимальным количеством обращений. Здесь нет баланса властей, как в США. Результатом этого являются возмутительные судебные решения, такие как запрет на телесные наказания детей их родителями, какими бы легкими они ни были.
Сейчас, когда Биби Нетаньяху является основным кандидатом на пост премьер-министра, правые/религиозные партии в его коалиции требуют изменения закона, которое дало бы Кнессету, все члены которого избираются, право вето на основные законы, изданные Багацем, судьи которого назначаются, а не избираются.
Это движение не ново, и за последние несколько десятилетий произошли постепенные изменения в процедурах суда, особенно в отношении выбора членов Комитета по отбору судей. Вероятным следующим шагом станет принятие новой коалицией законопроекта, позволяющего отклонить Основной закон большинством в 61 голос (из 120 членов Кнессета).
Я выступаю за то, чтобы Кнессет имел некоторую компенсацию за «багацкие» постановления и решения Основного закона. Эти решения наделяют слишком большой властью чиновников, которые практически не связаны с обществом. Однако я считаю, что более подходящим было бы число, превышающее 61, поскольку важные вопросы не должны решаться ничтожным большинством. Возможно, 70 необходимых голосов было бы лучшим числом, но давайте предоставим избранным членам Кнессета самим решать этот вопрос. В любом случае, это вряд ли конец демократии в Израиле.
Times of Israel, перевод Ильи Амигуда