Чтобы понять, что стоит за чередой разоблачений, нужно сделать несколько шагов назад. Эмпирическое исследование последних 30 лет в израильских СМИ показало, что коррупция элиты началась не с Нетаньяху, а с владельцев и редакторов газет и телеканалов.

9 декабря 2013 года кнессет принял во втором и третьем чтении закона о централизации капитала. 71 депутат от всех фракций проголосовал за новаторский закон, который пытался справиться с экономическими, политическими и финансовыми последствиями концентрации огромной экономической власти в руках нескольких лиц. Обычное разделение на правых и левых, коалицию и оппозицию, характерное для значительных законов, исчезло.

Однако, интерес широкой публики к закону о централизации не достиг и половины интереса, который миллионы израильтян проявили к тысячам заголовков о Нетаньяху: Биби, Биби и еще раз Биби. Это первая причина. Вторая причина заключается в том, что подобный закон чересчур сложен для понимания обычным гражданином.

Тем, что помогло привлечь внимание к закону, было поведение братьев Данкнер: жесткость, с которой они действовали на рынке капитала, их уверенность, что они управляют акциями, используют взятки и мошенничество, и особенно дивиденды , которые банки и держатели облигаций могли получать. В конечном счете все тайное стало слишком явным и привлеко внимание регуляторов кнессета.

Сегодня все это легче понять. Теперь данные находятся в текстовых сообщениях, записях и запросах на содержание под стражей со стороны полиции и Управления по ценным бумагам.

Нетаньяху и Юваль Штайниц жаловались время от времени, что не получали возможности для реализации «закон о централизации», важность которого сегодня очевидна. Жалобы Штайница неуместны: за исключением нескольких пресс-конференций, его вклад в эту тему был ограничен.

С другой стороны, Нетаньяху был важной движущей силой в продвижении закона о чрезмерной централизации. Поэтому он получал одобрение за свои действия. Но его поведение на последнем этапе проведения закона, равнодушие, которое он проявлял к нему, и отношение к регулированию «Безека» и газовой сделке, весьма ослабило его позиции.

Два уголовных дела держателя контрольного пакета акций в «Безеке» Шауля Аловича, его руководства и показания госсвидетеля Шломо Фильбера – лучший способ понять то, что мог бы предотвратить закона о централизации капитала. Поэтому можно четко увидеть надпись на стене «Алович закончит, как Данкнер, Нетаньяху – как Ольмерт».

Закон о централизации определил, что пирамидальная структура в которой кучка магнатов контролировала огромные сферы экономики, должна быть расформирована, ибо собственный капитал магнатов был незначительным по отношению к размеру рынка капитала. Они управляли сотнями миллиардов шекелей, хотя в экономическом плане стали банкротами.

Алович управлял каждой частью империи «Безек» стоимостью 15 млрд шекелей, хотя его доля в капитале была незначительной, и, как только началось уголовное расследование и он потерял свою политическую власть по отношению к регуляторам и банкам, он рухнул.

Накануне окончательного одобрения закона о централизации магнаты в сотрудничестве с правительством и несколькими депутатами пытались смягчить смысл закона о пирамидах: вместо немедленного демонтажа и отмены системы они пробили шестилетний переходный период и лакуны в законе, которые позволили компаниям выиграть время.

В результате пирамидальная структура контроля Аловича над «Безеком» осталась нетронутой. Он полностью его контролировал, имея фактически только 5 процентов прав на получение дивидендов в компании (в итоге цепочки связей и рычагов давления). Огромный разрыв между владением и контролем привел к имевшим место преступным действиям: продаже личных акций Аловича в «Yes» – «Безеку» по завышенной цене.

Использование Нохи Данкнером газеты «Маарив» в 2011 году в качестве политического инструмента для сдерживания регуляторов и прессы обострило понимание сторонников закона о централизации, что он должен также включать положения, которые не позволят формировать конгломераты и гигантские компании в СМИ. Позднее комитет по централизации Антимонопольного управления принял этот принцип, но в законе не было указано, как удалить с поля магнатов и гигантские компании.

Результат: вместо того, чтобы немедленно ликвидировать свою финансовую пирамиду, чтобы избавиться от портала Walla, не имевшего никакого отношения к «Безеку», Алович смог воздействовать на гендиректора Walla Илана Йешуа, чтобы превратить сайт в рычаг давления в пользу компании «Безек». Полиция еще не нашла доказательств, но смысл содеянного уже ясен: интернет-портал был политическим инструментом в руках пирамиды.

Третье уголовное дело, в котором подозревается Алович, объясняет важнейшую мотивацию закона о централизации, о которой беспокоился комитет. Того самого слона, котрого не приметили ранее.

Концентрация экономической власти в руках некоторых магнатов не только напрямую влияет на рынки, но и вдвойне опасна из-за ее влияния на политическую систему. Основной мотивацией закона о централизации было снижение политической власти компаний, чтобы они не могли контролировать регулирование, блокировать конкуренцию, загрязнять окружающую среду и эксплуатировать рабочих, потребителей и налогоплательщиков.

Фильбер вскоре представил общественности метод: как он нарушал регулирование рынка связи в пользу Аловича вопреки общественным интересам. Полиция, журналисты и несколько оппозиционных политиков в восторге от доказательств, что Аловиц получил для «Безека» льготы на сумму в 1 млрд. шекелей. Но это – незначительная сумма по отношению к выгоде или ущербу, которые могут быть в случае неприменения закона о регулировании пирамид и гигантских корпораций, включенных в закон о централизации.

На рынке сотовой связи независимый процесс регулирования способствовал ежегодной экономии 5 млрд. шекелей для общественности.

Не только инициаторы закона и его сторонники предупреждали снова и снова об опасности концентрации власти, но в 2011-2012 годах Данкнер продемонстрировал эту опасность. Большинство сторожевых псов экономики, от регуляторов до журналистов, сохраняли право хранить молчание, а многие в деловом секторе – юристы, бухгалтеры и экономисты – использовали его в качестве прикрытия.

Так почему почти все молчали? Почему аплодировала армия журналистов и политиков? По той же причине: концентрация. Огромная экономическая мощь в руках нескольких людей влияет на весь рынок идей, искажая поведение бухгалтеров, юристов, регуляторов и журналистов. «Дело 4000» – это классический случай отношений централизации, пирамиды и капитала, а «дело 2000» было полностью предсказуемо и принадлежит к той же системе.

В «деле 2000» граждан Израиля впервые ознакомили с тем, как владетель издательства «Йедиот ахронот» Арнон Мозес управляет газетами и сайтами группы «Йедиот ахронот»: он предложил премьер-министру услуги сотен журналистов и редакторов, если тот послужит его экономическим интересам. И такое происходило на протяжении почти двадцати лет.

Специлизированные экономические издания «Глобс» и «Калькалист» также нередко занимали, в лучшем случае, двусмысленную позицию, а в худшем пытались дискредитировать комитет по централизации.

Комитет по конкурентоспособности неоднократно подвергался давлению, чтобы отговорить регулирующие органы от жестких мер по следам финансовых кризисов 2000-х годов и банкротств Фишмана и Данкнера. Таким образом, политическая власть магнатов, опасность пирамидальной структуры и тесная связь между магнатами и газетами не была пресечена. В итоге Биби и Нони Мозес пытались закрывать свои закулисные сделки методами в духе фильма «Крестный отец».

Но наступил 2018 год, когда дела, записи, финансовые отчеты, полицейские показания – все выходит наружу, дым рассеивается и картина становится ясной.

Но как же быть со СМИ, пытающимися опровергнуть дела 2000 и 4000? Кто те журналисты, юристы, комментаторы, политики и бюрократы, которые делают все, чтобы эти дела не дошли до суда, которые повторяют нам, что нет необходимости предъявлять обвинительные заключения.

В большинстве случаев мы обнаружим, что это те же люди, которые кормились из рук власти и магнатов в предыдущем раунде. Точно так же, как Нони сказал Биби: мы делаем это с 1996 года.

Источник: Детали