Лаура Михайлова — горская еврейка из Тбилиси, в семье которой из уст в уста передается множество семейных преданий и легенд. Однажды наша героиня попала в Варташен, откуда родом ее предки, и буквально «заболела» этим местом с богатой историей, прониклась его удивительным целебным духом и древней аурой. С тех пор жизнь Лауры в корне изменилась, теперь она «горит» своим новым увлечением, делится идеями со знакомыми, с друзьями, с единомышленниками, активно собирая различные материалы по данной тематике, мечтая написать книгу о родных краях и отправлять таких же горских евреев, как и она сама, в специальные ознакомительные туры в прекрасный Варташен (Огуз).

- Лаура, как известно, вы родились не в Варташене?

Родилась в Тбилиси, по происхождению горская еврейка с корнями из Варташена (ныне г. Огуз). Мой папа, Михайлов Борис Джаангиговичь ( Янгиль оглу), когда-то приехал в Тбилиси, женился на маме, и их совместная жизнь проходила в столице Грузии. А я слышала удивительные рассказы про это волшебное место от бабушки, Нагми Бахшиевой, и дедушки, Янгиля Михайлова. Волею судеб, именно в этом году, удалось туда попасть. Оказавшись в Варташене, была очарована. Гуляла по земле своих предков, подпитываясь бабушкиными рассказами, оказавшись под большим впечатлением от всего увиденного. Моему взору открылись дивные виды: изумительные горы, роскошные сады, старинные синагоги, а я искала дом бабушки, на мгновение отчетливо представив картинки прошлого. Правда, Нагми Бахшиева уехала из тех краев довольно давно, потому что в их семье случилось горе, тогда Михайловы все бросили и покинули свое жилище. Но одна женщина все же подсказала мне, где именно стоял дом моих предков.

- Что случилось, Лаура, почему они уехали?

Во-первых, людей там душили непосильными налогами, во-вторых, у бабушки тогда погиб старший сын, мой дядя, Михайлов Ашраф Джаангир-оглы. Выпускник варташенской школы, он окончил кредитно-финансовый факультет НАРХОЗа Баку и работал старшим инспектором райфинотдела. Бабушке и моему папе, его брату, из-за этой страшной смерти было невыносимо больно на душе, отчего они все бросили и никогда не возвращались туда. Всего у бабушки родилось 15 детей, папа ее пятнадцатый ребенок, один из выживших девяти сыновей, остальных скосили болезни. Семьи создали четверо из них, мой отец в том числе. Бабушка и дедушка прожили вместе долгую и счастливую жизнь, дедушка называл мою бабушку «Духтар ширвони», так как привез ее из Ширвана. Дедушке было 106 лет, когда он умер, через год после него ушла из жизни его супруга, которой исполнилось 96 лет, оба похоронены в Тбилиси. Папа, слава Б-гу, здравствует, ему восемьдесят с лишним лет, а мамы, к сожалению, нет с нами уже двадцать лет, она похоронена в Израиле.

- Много ли литературы издано о варташенских евреях? Можно ли как-то интеллектуально подготовиться к поездке в Огуз, заранее прочитав какие-то справочники, брошюры? Или, наоборот, мы столкнемся здесь с большим пробелом в этой области? Насколько эта точка на земле исследована историками, археологами, лингвистами?

К сожалению, про горских евреев Варташена опубликовано очень мало литературы. На моей памяти лишь книга, вышедшая в США. Там, кстати, содержится небольшой рассказ о том моем дяде, включая его фото. Речь идет как раз о погибшем Михайлове Ашрафе Джаангир-оглы, весьма образованнoм человеке, что для тех времен было большой редкостью. Дядя очень многим помогал. Важно отметить, что варташенские евреи — маленькая община, не такая, например, как в Кубе или Дербенте, потому все выходцы оттуда хорошо друг друга знают. Несмотря на свою малочисленность, местные джууро с первых дней войны записывались добровольцами в Красную армию, среди них брат моей бабушки, пропавший без вести.

- Как же некоторые горские евреи из Азербайджана очутились в Грузии?

Дело в том, что горские евреи Варташена переезжали в Тбилиси, в основном, накануне Первой мировой войны, через город Кировабад (Гянджу). А вообще, в Грузии наш народ обитает уже 500 лет. В вышеупомянутой Гяндже также сохранилась крупная диаспора «наших людей», потому что многие по пути в Тбилиси бросали якоря в тех краях. Покинуть родные дома в Азербайджане и отправиться в путь их вынуждали беспорядки в стране, неблагоприятные экономические реформы. При этом евреи Варташена всегда строго соблюдали традиции своего народа: пекли мацу на Песах, держали кашрут, всегда зажигали свечи перед шаббатом. Бабушка и дедушка знали Тору, передавали ее из уст, в уста. Папа, покинувший Варташен девятилетним ребенком, рассказывал, что в детстве на чердаке их дома находил много еврейских книг, а его дядя Биньямин служил раввином.

- Какие еще еврейские объекты в Варташене сегодня сохранились, кроме старинных синагог?

Посетила еврейское кладбище Варташена, могилы выглядят ухоженными, восстановленными, благодаря московской диаспоре. За последние годы там сделано много хорошего. Немало жителей Израиля, Москвы регулярно приезжают туда на могилы предков или просто навестить свои края. Помимо захоронений, в Варташене осталось два действующих молельных еврейских дома, в одной синагоге по праздникам проходит служба, а вот для миньяна мужчин, как всегда, не хватает.

- Вы сегодня живете в Москве. Какова еврейская часть вашей столичной жизни, из чего она состоит, какими знаковыми событиями наполнена?

Бываю на различных тематических еврейских конференциях, у Фриды Юсуфовой в том числе, люблю посещать уроки раббанит Ханны Лазар, мы с семьей соблюдаем все национальные праздники, мои дети окончили еврейскую школу. Как и другие представители горско-еврейского народа, бережно и заботливо собираю все факты о своих корнях, интересуюсь историей рода и в какой-то момент, тоже очень захотелось сделать что-то значимое для своей малой исторической родины. Многие документальные свидетельства жизни моих собратьев в том месте, к сожалению, сегодня уничтожены, сожжены, закопаны, спрятаны. Отец говорил, что в местной синагоге даже имелась соответствующая книга, где записывались все новорожденные и покинувшие этот мир, а в эпоху катаклизмов евреи закопали ее и другие вещи во дворе, чтобы их не нашли недруги. И вот у меня появилось острое желание заняться всеми этими исследованиями, а в голове накопилось немало идей и мыслей на этот счет, в планах также книга о евреях Варташена.

- Вы тогда сознательно отправились в Варташен?

Если честно — случайно. Поехала в Грузию, где стоит мой дом, записанный на тетю, нужно было сделать переоформление, найти ее метрику, так как дарственную грузинские чиновники не принимали. Отправившись в Варташен в поисках всех этих документов, попала в сказку, влюбилась в этот город навсегда.

- Что помните о еврейской жизни в Грузии?

В Грузии, женщинам полагалось посещать синагогу на большие праздники. В Азербайджане же представительницы прекрасного пола не баловали своим вниманием молельные дома, где даже не имелось специального второго этажа для них. Там, где я выросла, все это было, и мы регулярно слушали молитвы нашей женской компанией. Помню, как утром на Йом Кипур бабушка отправлялась в синагогу, молилась, из-за большого количества народа занимая место и нам. Мама, Зинаида Мордехаевна Натанелова, заслуженный педагог Грузии, тридцать три года преподавала в Тбилиси в азербайджанской школе, где, кстати, обучалось много горских евреев. Родителей со стороны мамы, моих дедушку и бабушку, звали Мордахай и Дадяй Натанеловы. Надо подчеркнуть, что в Грузии того периода, мало кто из еврейских женщин работал. Но профессия школьного учителя считалась уважаемой, почетной. При этом мама старалась успевать уделять время и своей большой семье, где росло четверо детей. Благодаря ее грамотно выстроенному балансу между домом и работой, папа не противился маминой профессиональной самореализации. Тем грустнее, что из Тбилиси мы уезжали под пулями, когда к власти пришли националисты. Когда же в Москве я повесила на двери мезузу, соседка удивленно воскликнула, что я смелая женщина!