Опасность иллюзии мира с Сирией
Израиль не может позволить себе повторить те же ошибки, что и с предыдущими соглашениями

Растёт число сообщений и призывов к заключению «мирного» соглашения или «пакта о ненападении» с Сирией. Белый дом ведёт переговоры с аш-Шараа, который встречался с Трампом, Рубио и недавно выступил с речью на Генеральной Ассамблее. Поначалу шли разговоры о мире, нормализации и присоединении Сирии к Авраамовым соглашениям, но на самом деле аш-Шараа, волк в овечьей шкуре, просто пытается заключить сделку, которая позволила бы Израилю покинуть свою нынешнюю буферную зону в Сирии в обмен на «соглашение о безопасности», или, выражаясь более технически, пакт о ненападении.
Реальность такова, что если Израиль согласится на эту ложную предпосылку соглашения о безопасности с Сирией, это ослабит все Авраамовы соглашения, предоставив альтернативу полной нормализации, а также создаст брешь в системе безопасности Израиля, не принеся ему никакой реальной материальной выгоды. Израиль не будет в той позиции силы, которая у него сейчас, и не сможет действовать на сирийском театре военных действий по мере необходимости. Экономических преимуществ нет. Только недостатки в плане безопасности. Они также продолжат воспитывать и проповедовать ненависть к Государству Израиль и еврейскому народу, так в чем же смысл?
Шанс на мир с Сирией есть, но, в отличие от предыдущих соглашений, его заключение потребует серьёзных усилий по нормализации, реального сотрудничества в области безопасности и реальных экономических стимулов, основанных на взаимной безопасности и уважении. Израилю также необходимо воспользоваться этим соглашением с Дамаском как возможностью закрепиться в Сирии, чтобы компенсировать растущее влияние Турции на новое правительство в Дамаске, которое она развивает с начала гражданской войны в Сирии.
Не нужно искать дальше нынешних соглашений о «мире» или «нормализации», которые у нас есть с арабскими странами. Возьмём Египет. Мирный договор с Египтом преподносится как образец, но образец чего именно? Египет регулярно голосует против Израиля в ООН. Его телесериалы, телевизионные новости и школьные программы пропитаны антиизраильским и антисемитским ядом. Стоит чему-то пойти не по пути египетской арабской улицы, как Каир отзывает своего посла. Они уже наращивают значительные силы на Синае, что является прямым нарушением мирного договора, подписанного с Израилем. Они также не несут никакой ответственности за свою границу с Газой. Это не мир. Когда к власти пришёл Мурси из «Братьев-мусульман», их первоочередной задачей было планирование того, как расторгнуть мирное соглашение. Даже при Ас-Сиси, считающемся умеренным, враждебность к Израилю ощущается повсюду.
Иордания не исключение. Хашимитский режим, включая аккаунты короля, королевы и дворца в социальных сетях, никогда не упускает возможности обрушиться на Израиль. От убийства шейха Ахмеда Ясина до любых обострений в Газе, Амман всегда находит способ излить яд. Возможно, это не так уж и удивительно, учитывая, что страна преимущественно палестинская, но враждебность выходит за рамки демографических показателей и носит институциональный характер. Они тоже голосуют против Израиля, улыбаются Западу и раздают пахлаву, как только происходит теракт против евреев или израильтян.
Ещё есть ОАЭ, некогда самый многообещающий партнёр по мирному процессу. Поначалу они приложили немало усилий к развитию отношений с Израилем, и действительно казалось, что они не будут вмешиваться в дела Газы и Палестины. В последнее время предпринимаемые ими усилия по сближению, похоже, являются частью прежнего подхода. Возможно, отчасти это связано (и это правильно) с тем, что Израиль наделил Катар полномочиями и позволил ему стать центральным посредником между Израилем и ХАМАСом вместо того, чтобы наделить полномочиями ОАЭ. Тем не менее, Абу-Даби частично отказался от своих позитивных намерений в отношении Израиля и начал критиковать его, короче говоря, присоединившись к хору арабских стран, которые являются «друзьями», но только на бумаге.
А есть ещё Марокко. Отношение монархии к евреям всегда было достойным, но её население всегда представляло угрозу как для евреев, так и для монархии. Короли Мухаммед V, Хасан II и Мухаммед VI понимали ценность сосуществования. Но сегодняшняя марокканская молодёжь, продукт спутниковой пропаганды и риторики «Аль-Джазиры», воспитывается не на этом наследии. Её воспитывают в ненависти. Достаточно взглянуть на уличные протесты в Марокко или спросить евреев во Франции, откуда столько нападений со стороны молодых магрибинцев, которые носят паспорта родителей и подвергаются собственной идеологической обработке.
Наконец, Турция. Официально она не враг, формально не находится в состоянии войны, но это пункт назначения номер один для ХАМАСа и второй дом после Дохи благодаря исламизации и радикализации, осуществляемой Эрдоганом. Но не заблуждайтесь: при Эрдогане Турция превратилась в одного из самых решительных региональных противников Израиля. Страна методично работает над усилением своего влияния на севере Сирии, вливая деньги и оружие в джихадистские группировки, одновременно выставляя себя глобальной державой НАТО. Израилю нужна Сирия, чтобы преодолеть разрыв в сфере безопасности и влияния на Турцию; наряду с её превосходством в воздухе и непревзойдённым региональным потенциалом, это единственная страна, способная противостоять исламской Турции Эрдогана. Вот почему Сирия так важна.
Сейчас идут разговоры о трёхсторонних встречах, тихой кулуарной дипломатии, новых договорённостях по безопасности и потенциальных «мирных» соглашениях с Сирией. Израиль должен подойти к этому моменту с открытыми глазами. Израиль не может позволить себе повторить те же ошибки, что и с предыдущими соглашениями. Мир может требовать «мирных соглашений» и «пактов безопасности», но если эти соглашения не будут решать корень и всю совокупность проблем (СМИ, образование, экономику, политику ООН и, самое главное, потребности Израиля в безопасности), то они останутся лишь очередными играми с покерфейсом. А Израилю надоел этот блеф.
Times of Israel, перевод Якова Скворцова
Европа одержима Газой, пока Рим горит
Европейские политики зациклены на Израиле, игнорируя демографический и экономический коллапс своего континента

Европа, похоже, больше одержима политикой Израиля, чем сами израильтяне, при этом игнорируя апокалиптические проблемы, угрожающие самому существованию континента. Эта странная инверсия приоритетов свидетельствует о цивилизации, утратившей волю к решению собственных экзистенциальных кризисов.
Континент в кризисе
Статистика ошеломляет. Рождаемость в Италии упала до 1,2 ребёнка на женщину — демографическая спираль, которая опустошит общество в течение десятилетий. Уровень безработицы среди молодёжи превышает 30% в южных регионах, что заставляет лучшие умы уезжать за границу. Государственный долг достигает 140% ВВП. Тем не менее, итальянское телевидение уделяет больше внимания сектору Газа, чем пенсионной системе, которая обанкротит страну.
Эта тенденция общая по всему континенту. Уровень рождаемости упал ниже уровня воспроизводства по всей Европе, создав демографическую бомбу замедленного действия. Рост радикального ислама создаёт проблемы безопасности, на которые лидеры, похоже, не решаются напрямую. Европа всё больше отстаёт от Китая в глобальной конкуренции, втянута в торговые войны с Америкой, борется с инфляцией и нарастающим долговым кризисом, угрожающим самому евро. Изменение климата приносит наводнения в Германию, лесные пожары в Грецию и засухи в Испанию — стихийные бедствия, требующие масштабных инвестиций и адаптации.
Однако признание палестинской государственности доминирует в политическом дискурсе.
Психология вытеснения
От французских мэров, вывешивающих палестинские флаги, до немецких политиков, требующих эмбарго на поставки оружия Израилю, европейские лидеры, которым трудно сформулировать последовательные меры реагирования на демографический спад или проигрыш в экономической конкуренции, превращаются в красноречивых борцов за моральные принципы, обсуждая действия Израиля. Израильско-палестинский конфликт предлагает то, чего не могут дать внутренние проблемы: простую моральную основу с явными героями и злодеями.
Поддержка палестинской государственности не требует сложных компромиссов, непопулярных реформ или откровенных разговоров о неустойчивом уровне рождаемости или провалах интеграции. Она приносит моральное удовлетворение без внутренних жертв. Между тем, решение реальных проблем Европы потребует столкнуться с неприятной правдой о мультикультурализме, экономической конкурентоспособности и демографических реалиях, которые не вписываются в прогрессивные политические рамки.
Уроки приоритетов выживания
Опыт Израиля демонстрирует поучительный контраст. Столкнувшись с реальными экзистенциальными угрозами, Израиль одержимо сосредоточился на практических решениях: технологических и оборонных инновациях, экономической диверсификации и демографической политике, поощряющей рождаемость. Выживание стало возможным благодаря решению реальных проблем с неловкой честностью и практической решимостью, а не посредством морального театра о далеких причинах.
Европа могла бы применить аналогичный подход к своему демографическому кризису, экономической конкурентоспособности, угрозам безопасности и климатическим проблемам. Вместо этого она обсуждает вопрос признания Палестины, в то время как рождаемость падает, а радикальные движения набирают силу.
Цена неуместной энергии
Энергия, направленная на осуждение израильских поселений, могла бы быть перенаправлена на поощрение создания европейских семей или решение проблем адаптации к изменению климата. Страсть к палестинским проблемам могла бы быть направлена на повышение экономической конкурентоспособности или противодействие радикальному исламу.
Германия сталкивается с кризисами энергетической безопасности и спадом промышленности. Франция сталкивается с беспорядками в пригородах и социальным расколом. Швеция борется с бандитизмом и проблемами интеграции. Великобритания борется с экономической адаптацией после Brexit. Каждая страна обсуждает политику Израиля с большей интенсивностью, чем собственные насущные проблемы.
Предупреждение истории
Цивилизации часто сосредоточены на периферийных проблемах, в то время как основные устои рушатся. Рим спорил о теологии, пока варвары собирались у ворот. Нынешняя одержимость Европы свидетельствует об обществе, утратившем инстинкт выживания и предпочитающем отстраненную моральную позицию тяжелой работе.
Демографическая мина замедленного действия тикает громко. Безработица среди молодежи разрушает будущее. Долговые кризисы угрожают стабильности. Изменение климата требует адаптации. Радикальные движения используют социальные разногласия. Конкуренция со стороны Китая обостряется. Эти проблемы требуют пристального внимания, а не символических жестов в сторону палестинской государственности.
Выбор впереди
Европа стоит перед суровым выбором: продолжать символическую политику, пока кризисы обостряются, или направить политическую энергию на решение реальных проблем выживания. Континент, построивший послевоенный успех на прагматичном решении проблем, теперь, похоже, пристрастился к моральному театру, который ничего не стоит и ничего не решает.
Будущее европейской цивилизации зависит не от далёких жестов, а от обеспечения жизнеспособности, конкурентоспособности и безопасности европейских обществ. Палестинская государственность не решит проблему демографического коллапса, экономического спада или угроз безопасности. Только сосредоточенное внимание на реальных проблемах может предотвратить упадок цивилизации.
Время идёт, и моральные махинации его не остановят.
Times of Israel, перевод Ильи Амигуда




