Политика президента Трампа в палестинском вопросе направлена на то, чтобы избежать ошибок его предшественников, присоединившихся к процессу Осло, который позволил 100 тысячам членов ООП во главе с Арафатом и Махмудом Аббасом переместиться из их штаб-квартир и лагерей в Тунисе, Ливии, Судане, Йемене и Ливане в Газу и горы Иудеи и Самарии. Это значительно укрепило инфраструктуру террора, усилило воспитание в духе ненависти в этих регионах и выставило Арафата и Аббаса в ложном свете - в качестве партнеров по мирному сосуществованию. Поэтому процесс Осло потерпел неудачу, нанеся тем самым удар и по американским интересам.

Израильские архитекторы соглашений в Осло и их американские партнеры искренне стремились потушить пожар, но не понимали, что из их насосов льется бензин, а не вода.

Откинув политкорректность своих предшественников и руководства Госдепартамента, Трамп признал реальность: ненависть - это сущность палестинской администрации, и она не имеет ничего общего со стремлением к сосуществованию. Он пришел к выводу, что между мирными декларациями, с одной стороны, и воспитанием в духе ненависти, подстрекательством и поддержкой террористов и их семей, с другой, - лежит пропасть. Выступая 23 мая 2017 года в Рамалле, Трамп заявил: «Мир никогда не сможет укорениться там, где к насилию относятся терпимо, где его поддерживают и вознаграждают».

В отличие от предыдущих президентов и госсекретарей с 1993 года, Трамп не игнорирует значимость базирующейся на ненависти палестинской образовательной программы, которая разрабатывалась с 1993-94 годов Махмудом Аббасом. Трамп видит в ней наиболее аутентичное отражение (в гораздо большей степени, чем заявления, предназначенные для западной публики) мировоззрения и долгосрочной стратегии Палестинской администрации, а также эффективный конвейер по производству террористов.

В отличие от предыдущих обитателей Белого дома и госсекретарей, Трамп распознал принципиальное нежелание Махмуда Аббаса признать суверенное еврейское государство. Это нежелание, отчетливо прозвучавшее в речи Аббаса 14 января 2018 года, вполне соответствуют уставам ФАТХ 1959 и 2007 годов и Хартии ООП 1964 и 1968 годов. Эти документы свидетельствуют о том, что палестинцы не признают не какие-то детали, а сам факт существования еврейского суверенного государства к западу от реки Иордан.

В отличие от своих предшественников, которые придерживались политкорректного взгляда на палестинский вопрос как на основную причину ближневосточной турбулентности, президент Трамп обнаружил непреодолимый разрыв между арабским словом и делом. Арабы щедры на слова, но в их поступках - равнодушие, а иногда и неприязнь, когда речь заходит о палестинском вопросе. Арабы никогда не поддерживали палестинцев, когда те занимались подрывной деятельностью в Египте (в 1950-е годы), Сирии (1966), Иордании (1970), Ливане (1970-1982) и Кувейте (1990).

Более того, вопреки политически корректной точке зрения, Израиль сейчас развивает беспрецедентное сотрудничество в области разведки и борьбы с терроризмом с Египтом, Иорданией, Саудовской Аравией и другими проамериканскими государствами Персидского залива, невзирая на все возражения палестинцев.

Понимая нерелевантность палестинского вопроса на фоне 1400-летней ближневосточной турбулентности вообще и «арабской весны», охватившей Ближний Восток в 2010 году, в частности, президент Трамп пришел к выводу, что палестинский вопрос представляет собой лишь отвлекающий маневр, который меркнет перед лицом действительно значимых ближневосточных вызовов и угроз региональным и американским интересам.

Например, это явные угрозы террористического характера, связанные с применением как конвенционального, так и ядерного ракетного оружия, исходящие от иранских аятолл, которые стремятся распространить свою власть от Ирана через Ирак, Сирию и Ливан до Средиземного моря, от Персидского залива через Индийский океан до Красного моря, от Йемена и Бахрейна до Аравийского полуострова и за его пределы.

Вне всякой связи с палестинским вопросом, диверсионно-террористический нож аятолл приставлен к горлу любого проамериканского арабского режима в Персидском заливе и на Аравийском полуострове. Независимо от палестинского вопроса, Ирак, Сирия, Ливан, Ливия и Йемен все еще бурлят, а союзные США режимы в Египте и Иордании сталкиваются с внутренними потрясениями, что угрожает американским интересам и потенциально играет на руку Ирану, России и Китаю.

Тем не менее, президент Трамп подтвердил свою приверженность политически корректному принципу двух государств (с оговоркой «если обе стороны этого захотят»), хотя предполагаемое создание палестинского государства могло бы серьезно подорвать жизненно важные интересы США в области национальной безопасности.

Его создание усугубит вышеупомянутые угрозы Ближнему Востоку и интересам США. Оно приведет к падению проамериканского Хашимитского режима в Иордании (с разрушительным резонансом в южном направлении, в сторону Саудовской Аравии и Персидского залива) и усилению террористической угрозы со стороны «Братьев-мусульман» в отношении любого проамериканского арабского режима. Оно также усилит Иран, Россию и Китай, давая им доступ к военным базам, право на швартовку судов и высадку десанта. Поведение предполагаемого палестинского государства следует оценивать в контексте хорошо задокументированного послужного списка палестинцев, который включает их тесные связи с нацистской Германией, советским блоком, аятоллами Ирана, международными террористическими организациями, Северной Кореей, Кубой, Венесуэлой, Россией и Китаем.

Палестинское государство превратит Израиль - зажатый между Средиземным морем и горными хребтами Иудеи и Самарии - из уникального стратегического актива в пассив. Вместо расширения американского контроля, избавляющего США от многомиллиардных расходов на размещение дополнительных военных подразделений и авианосцев на Ближнем Востоке, в Индийском океане и Средиземном море, Израиль превратится в обузу, чье существование будет зависеть от поддержки США.

Приверженность принципу двух государств - на Ближнем Востоке, где не было ни одного периода мирного сосуществования арабов друг с другом с VII века, - может стать обоюдной, но и в таком случае это резко обострит нестабильность в регионе, увеличит непредсказуемость и фанатичное насилие, что серьезно подорвет важнейшие интересы национальной безопасности США.

Для президента Трампа выступить с очередной мирной инициативой значило бы проигнорировать опыт мирных инициатив всех третьих сторон (США, Европы, ООН и т. д.), которые привели лишь к усилению насилия. Единственные успешные мирные инициативы были предложены непосредственно сторонами конфликта (Израиль-Египет, Израиль-Иордания), а не третьей стороны, пусть даже движимой благими намерениями.

Упорная приверженность принципу двух государств привела бы Трампа к повторению главной ошибки предыдущих президентов, которые - неосознанно - пытались потушить пожар бензином, а не водой.

Источник: Мнения