Перспективы изучения традиционного именника горских евреев
Первой ласточкой в этом отношении может стать готовящаяся автором этих строк монография по антропонимике горских евреев Дагестана
Игорь Семеновдоктор исторических наук, специалист по истории и этнографии горских евреев
Горско-еврейская антропонимика редко привлекает внимание исследователей. Они, как правило, ограничиваются публикацией именников, избегая при этом их анализа. Одно из немногих исключений в этом плане представляет солидный доклад Виталия Шалема «Традиционные имена горских евреев: Этимологический анализ», прозвучавший на 20-й Ежегодной международной конференции по иудаике (Москва, 3–5 февраля 2013 г.), проводившейся Центром «СЭФЕР». К сожалению, текст доклада Виталия Шалема не был представлен им для публикации.
Еще один пример развития данной темы связан с работами Н.В. Кашовской, занимающейся эпиграфикой горских евреев. В ряде ее публикаций по данной проблеме, в том числе и на сайте Stmegi.com, затрагиваются и вопросы, связанные со сравнительным изучением именников ряда локальных горско-еврейских групп. Из этого видна научная актуальность изучения данной проблемы.
Как известно, в именниках каждой еврейской группы преобладают собственно еврейские антропонимы. Горские евреи в этом отношении не являются исключением. В их традиционном именнике доминируют антропонимы, представленные в различных разделах Библии, а также и в постбиблейской литературе, включая Мишну и Талмуд. Но в нем встречаются и антропонимы, образованные от горско-еврейских терминов (Боби, Шори, Мирвори, Сусен, Хубе и др.), а также антропонимы, заимствованные у соседних народов, преимущественно тюркоязычных – азербайджанцев и кумыков.
Состав именников каждой из территориальных групп горских евреев не может не различаться, так как формирование самих групп имело разную историю. И одной из перспективных научных задач в этом отношении является выявление общего и особенного в их именниках. Первый этап этой работы связан с составлением именников отдельных территориальных групп горских евреев и выявлением специфических черт каждой из них, второй этап – с составлением их общего именника.
Первой ласточкой в этом отношении может стать готовящаяся автором этих строк монография по антропонимике горских евреев Дагестана. Данная работа нацелена на детальное изучение самобытных элементов традиционной антропонимики горских евреев Дагестана, и одна из задач в данном случае состоит в отслеживании обстоятельств и хронологии появления тех или иных антропонимов в составе именника горских евреев Дагестана. Решение этих и других задач данной работы предполагается вести с использованием современных историко-этнографических и лингвистических методик.
Актуальность темы данной работы иллюстрирует также и тот факт, что исследователям антропонимики горских евреев, как правило, неизвестны различия в произношении тех или иных антропонимов носителями различных горско-еврейских говоров. Эту ситуацию необходимо исправить публикацией именников локальных групп горских евреев, причем эти публикации должны быть снабжены детальным анализом данного материала.
Научная значимость будущей работы связана с тем, что она представляет собой первый в историографии опыт сравнительного историко-этнографического и лингвистического исследования антропонимики горских евреев. Прикладная значимость данной работы состоит в том, что она может быть использована в качестве сопоставительного материала при изучении культуры других групп евреев, а также различных этнических групп Кавказа. Кроме того, реализация данной работы может послужить образцом для подготовки именников других территориальных групп горских евреев. Публикация таких именников позволит, в свою очередь, приблизиться к созданию сводного антропонимикона горских евреев, о чем уже говорилось выше.
Дадашевы-Михайловы: по следам семейных фотографий
В начале 20-х годов древний Дербент захватили деникинцы
Хана Рафаэлькорреспондент СТМЭГИ
До революции в Дербенте проживало немало состоятельных людей, владевших плантациями виноградников, рыбными промыслами, промышленными предприятиями и недвижимостью. Их имена до сих пор, спустя столетие, почитаемы в народе. Недавно мне довелось познакомиться с Бертой Михайловой, правнучкой Руго бат Хизгиё Дадашевой. Она поделилась со мной черно-белыми фотографиями из своего семейного альбома. На них запечатлены члены семьи Михайловых вместе с детьми. Радует, что в наше время есть люди, которым небезразлична история своего рода, и они с удовольствием делятся воспоминаниями.
Ее прабабушка Руго получила от своего отца хорошее наследство. Она вышла замуж за Илизира Михайлова. Старожилы помнили, как юная девушка разъезжала по древнему городу на фаэтоне. У них было двое детей: Шалум и Бекуль. В 1919 г. Шалум создал семью с юной Рахель. Невесте в это время едва исполнилось 13 лет. Жили они рядом с синагогой «Келе-Нумаз», на улице Таги-Заде, 90. Это были неспокойные времена, в начале 20-х годов древний Дербент захватили «белые», которых спустя некоторое время их вытеснила Красная Армия.
Руго прожила нелегкую жизнь. После установления Советской власти начались экспроприации богатых семей, не миновала эта участь и дербентских богачей, в том числе и её семью. Пострадали также и члены её семьи, братья Дадашевы, которые проживали в известном доме с двумя статуями львов по улице Ленина. Власти конфисковали виноградники дербентских богачей, на месте которых были основаны еврейские колхозы.
Из девяти детей четы Шалума и Рахели Михайловых выжили семеро: Мирвори, Изил, Аззи, Рамбом, Сарра, Яффа и Хизгиё. Живя в патриархальной семье мужа, Рахель не раз слышала от свекрови упреки, что совершенно она не приспособлена к быту. Как-то раз они вместе готовили долму, и молодой женщине не удавалось свернуть листья, как положено. Не выдержав, Руго стала попрекать её: «Какая же ты неумеха, почему мать не научила тебя лепить долму?» Но невестке, в знак уважения к мужу, нельзя было отвечать, и за неё вступил супруг. Высокий статный молодой человек ответил матери: «Ну что ты к ней пристаёшь? Она ведь ещё подросток, совсем молодая, ей всего 14 лет. Придет время — и научится всему».
Об этом поведала Берте тётя Сарра (сестра отца Шалума), ныне проживающая в станице Динская Краснодарского района. Они двойняшки с тётей Яффой, которая проживает со своей семьей в израильском городе Офакиме. Берта Михайлова (в замужестве Мишиева) представила мне несколько фотографий из семейного альбома, рассказав о тех, кто запечатлен на них:
- нарисованный портрет четы Михайловых: Шалума (1898 г.р.) и Рахели (1907 г.р.);
- на фото, где одна женщина в платке — Бекуль Михайлова, у неё была нелегкая судьба, тоже рано вышла замуж. Когда её малолетняя дочь Тури скончалась, девушка не смогла перенести это горе, развелась с мужем и всю жизнь прожила с семьей своего брата;
- две женщины с мальчиками на фото — внучки Руго, двойняшки Яффа и Сарра Михайловы со своим братом Хизгиё и племянником Борухом (он погиб в детстве, выбежав на дорогу и попав под машину);
- на общем семейном фото: Шалум и Рахиль со своими детьми Рамбомом, Хизгиё и дочерьми-двойняшками Яффой и Саррой;
- молодой мужчина в каракулевой папахе и в черкеске — Изил Михайлов.
Бабушка Руго до конца своей жизни прожила в семье своего сына Шалума и помогала воспитывать внуков. Особенно она любила нянчить свою старшую внучку Мирвори — Гегей, она всегда брала её с собой повсюду. Как рассказывали старшие члены семьи Михайловых, у Шалума был дядя Ханух (брат отца Илизира), который в начале 20 века эмигрировал в Эрец-Исраэль. После революции граница Советского Союза наглухо закрылась на долгие 70 лет, прервав связи семей, эмигрировавших в разные страны граждан. Письма от Хануха доходили до родных в Дербент вплоть до 1952 г., но писал он уже из США. Интересно было бы найти в Америке могилу горского еврея Хануха Михайлова, выходца из Дагестана, но его родным неизвестна точно фамилия, котрую он взял в эмиграции: то ли Михельсон, то ли Мильсон…
Всего несколько черно-белых фотографий из семейного альбома, на которых запечатлены лица людей из прошлого. Но за каждым из них своя судьба, ненаписанная книга, ушедшие в прошлое события.
