Почему Тегеран откладывает удар?
Основными факторами, повлиявшими на решение Ирана, является готовность Израиля нанести массированный ответный удар
На фоне обострения ситуации на Ближнем Востоке многие аналитики и эксперты обсуждают вероятность военного конфликта между Ираном и Израилем. Однако есть основания полагать, что Тегеран принял решение отложить нанесение удара. Одним из ключевых признаков этого является отмененный недавно визит госсекретаря Блинкена на Ближний Восток — он должен был состояться в день, когда напряженность достигла своего пика.
Отмененный визит свидетельствует, что напряженность начала спадать, а западные страны уверены, что Иран откажется от намерения нанести удар. Этому предшествовало беспрецедентное совместное заявление лидеров США, Великобритании, Германии, Франции и Италии. Они открыто предупредили Иран о последствиях, которые последуют, если Тегеран решится на атаку.
Основными факторами, повлиявшими на решение Ирана, является готовность Израиля нанести массированный ответный удар. Израильские власти заявили, что, в случае иранской атаки, они будут готовы уничтожить ядерные объекты Ирана. Этот сигнал был воспринят в Тегеране всерьез, поскольку такие угрозы Израиль подкрепляет реальными действиями. Израиль располагает ресурсами, способными уничтожить любые объекты на территории Ирана, а иранская система ПВО не сможет остановить израильские самолеты и ракеты.
Ранее было принято считать, что Иран может наносить удары безнаказанно, так как Израиль не реагировал на них. Однако ситуация изменилась. Иранская авиация и ПВО устарели, а ракеты с жидким топливом уступают по точности и эффективности израильским ракетам на твердом топливе. Вдобавок к этому, у Израиля есть спутники на земной орбите, что позволяет им контролировать ситуацию в регионе. Последние события, такие как убийство Исмаила Хании и одного из высших офицеров разведки КСИР в Тегеране, подтверждают, что израильские спецслужбы могут эффективно работать даже в самых охраняемых объектах Ирана.
Не меньшую обеспокоенность в Тегеране вызывает возможный ответ Израиля на действия иранских прокси в Ливане и Йемене. Израиль обладает возможностью уничтожить практически всю инфраструктуру этих группировок. В течение последних девяти месяцев Израиль выпустил по объектам «Хезболлы» такое количество снарядов, которое сопоставимо с двумя днями полноценной войны. Это означает, что «Хезболла» в случае конфликта может лишиться значительной части своей огневой мощи. Даже президент Ирана был вынужден обратиться к верховному лидеру с просьбой о том, чтобы «Хезболла» воздержалась от ударов по Израилю, что вызвало оживленные дискуссии как в иранском обществе, так и среди командования КСИР.
Турция, в свою очередь, не рассматривается Тегераном как нейтральный посредник. Напротив, в Иране Турцию воспринимают скорее как противника. Израиль обладает значительным влиянием на военно-промышленный комплекс Европы и США, что отразилось на переговорах с Турцией по поставкам американских F-16. Эти переговоры были заморожены, что подтвердил министр обороны Турции. В Германии также обсуждали возможность прекращения военных связей с Анкарой, а премьер-министр Нидерландов даже заявлял об исключении Турции из НАТО. Эти события показывают, что отношения между странами, так или иначе вовлеченными в ситуацию на Ближнем Востоке, усложняются.
Кроме того, недавний визит секретаря Совета безопасности России Сергея Шойгу в Иран и поездка Махмуда Аббаса в Москву свидетельствуют о том, что различные стороны конфликта испытывают серьезные опасения по поводу сложившейся ситуации. Сформированная США на Ближнем Востоке мощная военно-морская группировка также оказывает влияние на решение Ирана и склоняет его отложить ответный удар по Израилю.
Таким образом, несмотря на значительное напряжение в регионе, иранские власти приняли решение отложить нанесение удара по Израилю. Это решение основано на комплексном анализе возможных последствий, которые включают не только неминуемый и разрушительный ответный удар со стороны Израиля, но и потенциальные международные санкции, ослабление позиций Ирана на международной арене, а также внутренние социально-политические риски. Израиль четко дал понять, что в случае атаки он не ограничится защитными действиями, а пойдет на масштабную и, возможно, превентивную операцию, нацеленную на уничтожение ключевых военных объектов Ирана, включая ядерные комплексы. Кроме того, усиление присутствия военно-морских сил США в регионе создает дополнительное давление на Иран, ограничивая его возможности для маневра и снижая вероятность успешного нападения. Таким образом, на фоне этих факторов, Тегеран был вынужден пересмотреть свои планы и сосредоточиться на дипломатических усилиях и укреплении оборонных позиций, что, в свою очередь, отсрочило возможное развитие военного конфликта.
Северная граница Израиля до и после 7 октября
Израильтяне лишились чувства безопасности и утратили веру в способность государства защитить их от атаки «Хезболлы», которая может превзойти ужасы 7 октября
Когда мы обсуждаем историю Израиля, мы часто вспоминаем о географии: план раздела, границы 1948 года, линии перемирия до 1967 года, границы после 1967 года и границы после 1973 года. Теперь мы должны добавить границы до и после 2023 года. Главное отличие заключается в том, что в прошлом размеры еврейского государства увеличивались, после 7 октября — они сократились из-за неспособности премьер-министра Биньямина Нетаньяху защитить север страны.
Около десяти лет он избегал прямой конфронтации с ХАМАСом, предпочитая «стричь газон» периодическими авиаударами, которые убивали лишь немногих террористов и давали Израилю лишь временную передышку от ракетных обстрелов. Неспособность победить или сдержать ХАМАС привела к проникновению террористов и терактам 7 октября.
С того рокового дня Израиль сталкивается с растущей угрозой со стороны «Хезболлы», которая запускает ракеты, беспилотники и противотанковые снаряды через северную границу. При Нетаньяху «Хезболла» собрала огромный арсенал из 150 тыс. ракет, построила разветвленную сеть туннелей и закрепилась среди гражданского населения Ливана. В течение 10 месяцев он применял ту же провальную стратегию, что и в Газе, нанося удары «зуб за зуб», в результате которых погибло около 400 террористов из примерно 50 тыс. боевиков (глава «Хезболлы» Хасан Насралла утверждает, что их 100 тыс.), включая 10 тыс. отборных войск, известных как «Силы Радвана».
В результате бомбардировок около 70 тыс. израильтян были вынуждены эвакуироваться из своих домов на севере страны в радиусе пяти километров от границы. К счастью, за исключением удара по Мадждаль-Шамс, в результате которого погибли 12 детей, жертв было мало. Но ущерб, нанесенный населенным пунктам, сельскохозяйственным угодьям и инфраструктуре, можно назвать катастрофическим.
Хуже того, израильтяне лишились чувства безопасности и утратили веру в способность государства защитить их от атаки «Хезболлы», которая может превзойти ужасы 7 октября.
Если Армии обороны Израиля не удастся вытеснить «Хезболлу» из Южного Ливана (представление о том, что она уйдет сама в результате переговоров, — глупость), фактическая граница Израиля сдвинется, сократив территорию страны примерно на 250 квадратных миль (650 квадратных километров). Эту новую реальность можно назвать границы до Биби и после Биби, отметив Нетаньяху как первого премьер-министра, уступившего суверенную израильскую территорию врагу во время войны.
Израиль не оказался бы в таком положении, если бы Организация Объединенных Наций выполнила свою работу. Большинство забыло, что израильские войска впервые вошли в Ливан в 1978 году после террористической атаки ООП и оккупировали значительную часть юга страны. Совет Безопасности ООН призвал Израиль вывести войска, что тот и сделал, после чего были созданы миротворческие силы — Временные силы ООН в Ливане (ЮНИФИЛ).
ЮНИФИЛ ничего не сделали для поддержания мира, и Израиль вторгся в Ливан в 1982 году, чтобы уничтожить ООП. После этого небольшие израильские силы (около тысячи человек) остались защищать города и деревни на севере Израиля от нападений. Тем временем Иран направил бойцов для помощи в создании революционного исламского движения в Ливане, которое впоследствии получило название «Хезболла», или «Партия Бога». Пока израильское присутствие в Ливане сохранялось, «Хезболла» пользовалась поддержкой тех жителей южной части страны, которые хотели, чтобы Израиль ушел, а ее организационная и военная инфраструктура развивалась при помощи Ирана и Сирии. Атаки «Хезболлы» на ЦАХАЛ в конечном итоге вынудили Израиль эвакуировать буферную зону в 2000 году.
Когда израильские войска ушли, вакуум заполнила «Хезболла». ЮНИФИЛ не удалось предотвратить нападения на Израиль или помешать террористам занять позиции вдоль израильской границы. Эскалация боевых действий привела ко Второй ливанской войне в 2006 году. Совет Безопасности единогласно одобрил резолюцию 1701, которая призывала к улаживанию конфликта путем немедленного прекращения огня, вывода всех израильских войск и разоружения «Хезболлы». После чуть более месяца боев президент Джордж Буш оказал давление на премьер-министра Эхуда Ольмерта, чтобы тот прекратил военные действия, заверив Израиль, что Соединенные Штаты гарантируют выполнение резолюции 1701.
В 2007 году комиссия Винограда назвала войну «серьезной упущенной возможностью», которая закончилась без явной военной победы и выявила существенные недостатки в ЦАХАЛе. Комиссия отметила, что ЦАХАЛ не был готов к полномасштабному наземному вторжению и что отсутствие стратегического мышления и планирования привело к тому, что оборонное ведомство не смогло успешно защитить израильскую территорию. Два года спустя Нетаньяху был избран. В промежутке Израиль согласился на обмен пленными с «Хезболлой».
После войны Соединенные Штаты не сделали ничего, чтобы выполнить свои обязательства перед Израилем. Вместе со всем остальным миром Буш и его преемники позволили «Хезболле» отстроиться, получить десятки тысяч ракет и другое современное оружие из Ирана и Сирии и развернуть террористическую армию вдоль границы с Израилем. ЮНИФИЛ были не более чем сторонним наблюдателем, полностью провалившим свой мандат.
За исключением года нахождения у власти правительства Яира Лапида и Нафтали Беннета, Нетаньяху находится у власти с 2009 года. Его активно хвалили за то, что в этот период он уберег Израиль от войны. Израильтяне были единодушны в том, что ХАМАС и «Хезболлу» можно сдержать. В конце концов, даже лидер «Хезболлы» Хасан Насралла после разрушений в Ливане признал, что совершил ошибку, спровоцировав Израиль. Более того, израильтяне опасались, что повторное вторжение в Ливан будет стоить множества солдатских жизней.
Израильская граница в 2023 году (синяя линия) и в 2024 году, после эвакуации населения (красная линия)
Легче оправдать бездействие в Газе, поскольку ХАМАС не рассматривался как серьезная угроза. Однако «Хезболла» представляла собой гораздо более значительную и растущую опасность. Нетаньяху был сосредоточен на том, что он называл экзистенциальной угрозой со стороны Ирана; тем не менее, ему не удалось предотвратить достижение Ираном порога превращения в ядерную державу. В отличие от Менахема Бегина и Эхуда Ольмерта, которые проигнорировали давление США и неизбежное международное осуждение за уничтожение иракского и сирийского ядерных реакторов, Нетаньяху проболтался, не нажав на курок, даже когда у него было четкое обоснование после ракетной атаки Ирана на Израиль в апреле. У него может появиться еще один шанс, если Иран выполнит свою угрозу отомстить за убийство Исмаила Хании.
Теперь, когда северная граница Израиля фактически перерисована, Нетаньяху стоит перед суровым выбором: начать вторжение в Ливан, которого он долго избегал, или смириться с потерей территорий на севере страны. Трудно представить себе иной способ восстановления границы и возвращения жителей в свои дома. Вашингтон будет энергично противостоять действиям Израиля и, возможно, будет склонен ввести эмбарго на поставки оружия, которого так хотят многие его советники. Международная демонизация Израиля будет расти, как и протесты в университетских кампусах. Средства массовой информации будут охаивать Израиль по мере того, как будут неизбежно расти жертвы среди мирного населения. Широкомасштабная война, которую Байдену удалось предотвратить (хотя она может вспыхнуть в любой момент), может стать еще более вероятной, если Иран будет защищать свою прокси. Даже если Израиль войдет в Ливан, нет никакой уверенности в том, что он выйдет победителем. ЦАХАЛ не выигрывал войны с 1967 года, и многие израильтяне до сих пор считают первую ливанскую войну своим Вьетнамом.
Время для Израиля истекает. Нетаньяху должен решить, сможет ли он принять реальность, сложившуюся после 7 октября. Этот выбор может определить наследие Нетаньяху и будущее Израиля.
JNS, перевод Якова Скворцова