Аналитический взгляд

Под значительным давлением со стороны многих политических сил в Израиле и за рубежом у премьер-министра Нетаньяху не было другого выбора, кроме как отложить затеянную судебную реформу.

Пока тщательно отобранные политики собираются для поиска путей компромисса, сейчас, вероятно, самое время взглянуть на некоторые основы предложенной реформы.

Первый вопрос: почему сейчас?

Нигде в мире не существует идеальной политической системы, ни для основных принципов государственного управления, ни для судов. Какая бы парадигма ни была внедрена в той или иной стране, какое-то время она будет казаться адекватной, а затем станет объектом злоупотреблений, что приведет к тому, что избиратели будут искать исправления или реформы. Любая страна, в которой в настоящее время действует мажоритарная избирательная система, жаждет представительности пропорциональной системы, а все другие страны, голосующие по пропорциональной системе, молятся о стабильности, присущей мажоритарной системе.

Прекрасной иллюстрацией нестабильности пропорциональной системы является тот факт, что в период с апреля 2019 года по ноябрь 2022 года Израилю пришлось провести четыре безрезультатных голосования, в ходе которых пришлось создавать коалиции между неестественными партнерами, которые в конечном итоге распались. Затем состоялись выборы 1 ноября 2022 года. Коалиция во главе с Биньямином Нетаньяху смогла получить уверенное большинство, состоящее в основном из партий-единомышленников. Впервые за много лет Израиль оказался с демократически избранным и, надеемся, стабильным большинством, что позволило ему совершить tour de force: совместить стабильность мажоритарной системы и представительность (в рамках своего электората) пропорциональной системы. Что может быть лучше для принятия законов и проведения серьезных реформ?

О том, что нынешнее правительство собирается провести такую реформу, было известно всем, это было записано в соглашениях, подписанных между «Ликудом» и его партнерами по коалиции, а также в опубликованных руководящих принципах (тогда еще) нового правительства. Эта коалиция была избрана демократическим путем на основе этих принципов и получила значительное большинство голосов избирателей. Это демократия в действии.

Оппозиция воспринимала это не совсем так. Лоскутное собрание левых партий, таких как «Мерец», «Хадаш» и другие, которые ранее лидировали в стране, но проиграли выборы, работники хай-тека и многие другие, в основном из светского мира, объединились якобы из-за своего несогласия с реформой. Они утверждают, что эта реформа убьет израильскую демократию, разрушит экономику и превратит премьер-министра в диктатора. По моему скромному мнению, эти демонстранты, осознанно или неосознанно, играют не по нотам. Что бы ни случилось с этой реформой в будущем (отсрочка, отмена, переговоры) они не прекратят свои протесты и акции, пока Нетаниягу не будет отстранен от власти, а они не вернутся в нее. Не дай бог, мы даже видим на недавних протестных табличках призывы к физической расправе над премьер-министром и различными членами правительства или Кнессета.

О процедуре выдвижения кандидатур судей

Начнем с того, что я считаю Байдена, Макрона и многих других иностранных лидеров, осмелившихся высказать свое мнение по поводу судебной реформы, крайне недобросовестными в этом конкретном вопросе.

Согласно исследованию, проведенному в 2019 году Kohelet Policy Forum, из 37 стран-членов ОЭСР Израиль оказался в сомнительной компании Турции, Греции и Колумбии в качестве страны, в которой верховные суды назначаются неизбираемыми чиновниками.

Байден в подходящий момент забывает, что его собственный верховный суд назначается президентом (им самим) и утверждается демократически избранным Сенатом. Но к Израилю всегда предъявляются другие требования, правда?

То же самое с Макроном, чей конституционный суд также выдвигается, а затем избирается комбинацией выборных должностных лиц. И чтобы придать пикантность позиции Макрона по отношению к Израилю, вот что он сказал прессе несколько дней назад, когда столкнулся со значительным насилием толпы, выступавшей против предложенной им пенсионной реформы: «Никто не должен обращать внимания на толпу [la foule], потому что у нее нет легитимности. Легитимность есть только у избранных представителей». В то же время Макрон советует премьер-министру Нетаньяху игнорировать Кнессет и слушать толпу. Но опять же, в Израиле всегда придерживаются других стандартов, правда?

В Израиле, несмотря на то, что выборные должностные лица теоретически имеют право голоса в процессе выдвижения кандидатов, различные судебные органы, включая сам Верховный суд, имеют преимущественное право голоса и выдвигают клонов самих себя, придерживающихся схожей идеологии. В Израиле говорят: «приятели выдвигают приятелей». И это привело к тому, что Верховный суд имеет очень «левые» взгляды.

В целом, предлагаемый процесс выдвижения кандидатур — это огромный шаг в направлении улучшения демократического характера судебных инстанций. Он придаст суду представительность, которой у него сегодня нет, позволив гражданам Израиля через своих избранных представителей иметь большинство голосов при формировании состава суда. Таким образом Израиль присоединится к ряду развитых стран, некоторые из которых являются маяками демократии, и все они гордятся тем, что их руководство стало эффективным, ответственным и независимым благодаря реальному разделению властей и безупречным демократическим принципам. Нужно быть особенно недобросовестным или полностью лишенным понимания, чтобы утверждать, как мы слышим на улицах и из уст некоторых политических деятелей, что это приведет к разрушению израильской демократии.

Будет ли этого достаточно, чтобы превратить нынешнюю несовершенную судебную систему в совершенную? Не уверен.

В одном из следующих постов мы рассмотрим еще один очень важный аспект предлагаемой судебной реформы 2023 года: пересмотр сферы деятельности Верховного суда.

Желаю всем, в Израиле и диаспоре, мирного и радостного Песаха.

Times of Israel, перевод Якова Скворцова