Нафтали Беннетт никогда не хотел быть лидером религиозной партии. Если бы 12 лет назад, когда он был главой аппарата лидера оппозиции, он держал язык за зубами, то все могло бы быть совсем по-другому: когда жена его босса накричала на него по телефону за то, что тот не сказал ей, где сейчас находится её муж, он совершил роковую ошибку, ответив: «Госпожа Нетаньяху, я работаю на вашего мужа, а не на вас». Если бы тогда он промолчал, то, возможно, остался бы в ближайшем окружении премьер-министра, был бы членом партии «Ликуд» и получил сейчас министерский портфель. Ведь именно это он и планировал, когда оставил должность в сфере высоких технологий и ушёл в политику.

После размолвки с Сарой Нетаньяху Беннета выгнали из аппарата «Ликуда» вместе с его доверенным лицом Аелет Шакед. Четыре года спустя, с помощью Шакед, на предварительных выборах, он баллотировался на должность лидера партии «Еврейский дом» («А-Баит а-Йехуди»). Раньше эта партия называлась Национально-религиозной (МАФДАЛ), и ее популярность постоянно снижалась. Беннет овладел этой должностью штурмом, но и тогда он не хотел, чтобы партия состояла только из религиозных: он хотел превратить её в просто правую партию, этакую более крутую версию «Ликуда», которая привлекала бы как религиозных, так и светских избирателей. И в какой-то момент план Беннета осуществился и члены партии «Еврейский дом» получили 12 мест на парламентских выборах 2013 года.

А потом произошли две вещи: религиозные активисты и особенно раввины начали постепенно выталкивать Беннета и Шакед. Раввины были довольны, что теперь за них голосуют и светские избиратели, но не хотели давать им никакой власти в партийном аппарате. А Биньямин Нетаньяху, который больше не доверяет Беннету, на выборах 2015 года запустил свою кампанию, нацеленную на бывших сторонников партии «Ликуд» (как религиозных, так и светских), которые перешли на сторону «Еврейского дома», тем самым лишив эту партию остатков былой популярности. Беннет и Шакед не отказались от своей идеи: в конце 2018 года они покинули «Еврейский дом» и сформировали религиозно-секулярную партию «Ха-Ямин ха-Хадаш», но на этот раз даже не смогли пересечь электоральный барьер. Участвовать в следующих выборах они смогли бы только в случае присоединения к своим бывшим коллегам из «Еврейского дома». Беннет и Шакед никогда не хотели быть частью религиозной партии — именно Нетаньяху принудил их к этому.

На прошлой неделе Нетаньяху предложил Беннету пост министра «по связям с национально-религиозным сектором», но тот, надеясь возглавить Министерство обороны, был очень этим предложением оскорблен. Без сомнения, Нетаньяху действовал неблагодарно по отношению к своим союзникам, которые раньше были полностью преданны ему: Беннет отказался даже встретиться с Бени Ганцем, когда тот получил мандат на формирование правительства.

Но Нетаньяху, по крайней мере, последователен в своих действиях. Он относится к партии «Ямина» (снова переделанный «Еврейский дом») так же, как он относится и к другим религиозным партиям — к ультраортодоксальным «Шас» и «Яадут ха-Тора». Он ожидает, что национально-религиозные партии будут знать свое место и последуют примеру харедим, занятых в основном удовлетворением узких интересов своей общины.

Дело не в том, что Нетаньяху испытывает какую-то личную неприязнь к национально-религиозному лагерю, напротив, ни один другой премьер-министр ещё не назначал столько членов этой общины на руководящие посты, как в качестве государственных служащих, так и в качестве министров. Он и его жена считают, что религиозные люди «более преданны».

Новое правительство Нетаньяху, которое должно было быть приведено к присяге в четверг вечером (присягу перенесли на воскресенье в последнюю минуту), насчитывает рекордное число религиозных министров, и все они — члены партий «Ликуд» и «Кахоль-Лаван». Религиозные люди в обычной жизни — это одно, а в партии — совсем другое. Они должны знать свою позицию в правительстве, и в этом смысле Нетаньяху поступает правильно и даже делает национально-религиозному сообществу некое одолжение.

Зачем вообще нужны религиозные партии? Вот общине харедим, изолированной от остального израильского общества и зависящей от подачек правительства, политическая власть необходима для обеспечения их автономии, а для остальных религиозных общин желание создавать свои партии — это просто подражание другим секторам. И большинство из них даже не голосуют за религиозные партии. Беннет определенно не хотел такого развития событий.

Возможно, треть национально-религиозной общины, как, например, изолированная часть хареди-леуми или националистически настроенная группа харедим, считает, что им нужна своя партия в парламенте, которая будет заботиться об их интересах. Но большинство религиозных израильтян не считают, что их специфические права именно как приверженцев иудаизма нуждаются в защите.

Лидеры «Ямины» сейчас заявляют, что они будут служить сообществу, находящемуся в оппозиции, и будут готовиться «к жизни после правления Нетаньяху», но с каждым днём становится все более ясно, что у них не будет никакого будущего после Нетаньяху. В тот день, когда Нетаньяху покинет пост лидера «Ликуда», Беннет и Шакед поспешат записаться именно туда, а «Ямина» или «Еврейский дом» (или как там будет называться новая версия этой партии) станет маленьким фундаменталистским осколком, который должен будет присоединиться к неокаханистам в попытке преодолеть электоральный барьер.

Нетаньяху уже много лет пытается лишить влияния национально-религиозные партии: «Мы всегда рады религиозным сионистам», — как-то сказал он, выступая на предвыборном митинге. И он прав. «Ликуд», возможно, и был основан как светско-либеральное движение, но в своей нынешней форме он прекрасно представляет и интересы национально-религиозного лагеря.

Вряд ли Нетаньяху можно отдать должное за то, что он объединяет израильтян — наоборот, у него хорошо получается разделение и поляризация, а единственное, за что он заслуживает похвалы — это эффективная ликвидация национально-религиозных партий и лишение их политической силы. И мы надеемся, что в будущем это будет означать уменьшение числа мелких и узконаправленных партий, а это уже хороший результат.

Haaretz, перевод Любови Горчаковой