Последний из неоконов: как уход Болтона повлияет на политику Израиля?
Провал военной экспансии неоконов доказал, что США не могут быть мировым жандармом
Михаил Магидроссийский политологСовсем недавно в мировой прессе обсуждалось ослабление влияния ястреба и сторонника войны с Ираном — советника по национальной безопасности Джона Болтона — на политику Трампа. И вот Трамп уволил этого советника, советы которого вели Трампа к поражению на выборах 2020 г. Ибо новая война на Ближнем Востоке в США непопулярна. Болтон очень хотел раскачать Трампа на войну с Ираном. Но парни и девушки из американской глубинки очень не хотят умирать на Ближнем Востоке. Отставка означает, что угроза войны с Ираном резко снизилась.
Первый фактор — иранский. Есть и второй фактор, который мог повлиять на отставку Болтона. Например, некоторые эксперты связывают отставку Болтона с его разногласиями с президентом США и по Афганистану. Болтон критиковал попытки Трампа договориться с талибами, которые уже фактически выиграли войну в Афганистане, там произошел перелом. В США эта война непопулярна и к тому же она очень дорого обходится налогоплательщикам. И США рано или поздно уйдут оттуда. Поэтому вопрос не стоит так: вести переговоры с талибами или нет. Вопрос стоит следующим образом: в каком формате вести эти переговоры и чего требовать от талибов. Талибы — тяжелые и неудобные партнеры, но вести с ними переговоры американцам все равно придется.
Впрочем, оба объяснения отставки Болтона, иранское и афганское, не противоречат друг другу. Наоборот, они указывают на нечто важное.
Хотя администрация Трампа весьма разнородна и даже «пестра» по составу и отставки там происходят весьма часто, думается, что данное кадровое решение отражает глубинные изменения, давно назревшие в политике США. Неокон Болтон не осознавал, в силу своих убеждений, что эпоха изменилась.
Неоконы завели политику США в тупик, развязав войны в Ираке и Афганистане, которые обошлись США более чем в 10 тысяч убитых, 50 тысяч раненых военных и около 6 трлн долларов военных расходов — почти треть ВВП Америки. Мало того, результатом стало невероятное усиление Ирана. После того как американцы снесли в Ираке антииранский режим Саддама Хуссейна, на сцену в этой стране вышли партии шиитского большинства, многие из которых связаны с шиитским Ираном. В результате Иран получил огромное влияние в Ираке и далее в Сирии (еще раньше в Ливане), выстроив стратегический коридор до Средиземного моря.
Что до Афганистана, то там в войне произошел перелом, и власть скоро вернется к талибам, которых свергли когда-то давно американские войска. Не следует забывать также, что между талибами и Тегераном устанавливаются все более прочные политические и военные связи!
После такого оглушительного провала, сравнимого лишь с итогами войны во Вьетнаме, политика неоконов стала символом некомпетентности. Болтон был последним из этой команды, и он проиграл.
Внешняя политика Трампа, как и политика Обамы, — это попытки найти другие подходы. Может быть, Трамп действует неудачно, но он явно не хочет идти по пути неоконов.
Провал военной экспансии неоконов доказал, что США не могут быть мировым жандармом, приходящим в любой регион земного шара с дубинкой. Так что Америка вынуждена будет сосредоточить свои усилия лишь в нескольких ключевых регионах. Это противостояние с новым гигантом — Китаем — в Восточной Азии и сохранение контроля над Европой (самым богатым и технически развитым регионом планеты, наряду с США). На Ближнем Востоке США важен Персидский Залив — и только потому, что через него проходит около трети мирового экспорта нефти (оттуда нефть поступает в целый ряд регионов, включая Индию и Восточную Азию). Поэтому американцам важно сохранять хоть какой-то контроль над этим регионом. Для этого есть страны-союзники (Саудовская Аравия, ОАЭ, Кувейт и Катар), американские базы и флот в заливе. В качестве противовеса Ирану может также рассматриваться Израиль.
Иранская империя была нейтрализована ядерной сделкой 2015 г., когда она отказалась от программы ядерных вооружений в обмен на снятие части санкций и разрешение экспортировать нефть. В остальном она, как полагают некоторые политики в США и Евросоюзе, не представляет для США и Евросоюза угрозы. Поэтому Обама в 2015 г заключил ядерную сделку с иранцами — свобода торговли и инвестиций в обмен на иранский отказ от ядерного оружия. Даже напротив: иранская империя вычищает джихадистов суннитского происхождения, которые угрожают США и Европе терактами. Иран, по мнению некоторых европейских высокопоставленных лиц, вообще «не проблема для Европы, а решение».
Однако, судя по всему, проблемы в отношениях с Ираном при администрации Трампа вряд ли будут решены. Трамп не может просто вернуться к ядерной сделке 2015 г., отменив санкции, к сделке, из которой он вышел, потому что это означало бы потерю лица и победу Ирана. Со своей стороны, Иран не уступит требованиям Трампа о свертывании поддержки своих прокси на Ближнем Востоке и отказе от ракетной программы — он сделал ставку на выборы 2020 г., на победу демократов, которые уже пообещали возращение к сделке 2015 г. Поэтому, скорее всего, переговоры США с Ираном состоятся и, скорее всего, ни к чему не приведут.
Тем не менее отставка Болтона — признак того, что американо-иранской войны никто уже в США не планирует. Вероятно, руководство Израиля будет теперь исходить из этой перспективы.
Что может предпринять Израиль в новых условиях и как будет меняться его политика?
Во-первых, необходимо признать, что внешняя политика Нетаньяху зашла в тупик. Биньямин Нетаньяху все поставил на Трампа. Он даже отказался принять американских конгрессменов-демократов, поссорившихся с Трампом, и тем самым ухудшил свои отношения с Демократической партией, за которую традиционно голосует большинство американских евреев. Нетаньяху был готов пойти на все ради Трампа. Но если он рассчитывал руками Трампа расправиться с иранской империей, то он просчитался. Эгоцентричный и чуткий к настроениям своего электората, Трамп теперь делает осторожные шаги в противоположном направлении — в сторону сделки с Тегераном. Несомненно, неудача Нетаньяху еще больше подорвет политические позиции главы Ликуда: Акела снова промахнулся.
Во-вторых, до недавнего времени Нетаньяху действовал довольно напористо, атакуя иранские ракетные объекты и силы шиитских милиций, связанные с Тегераном, в Сирии, Ираке и Ливане. Это расширение географии израильско-иранского конфликта подвело обе страны к опасной черте. «Хезболла» в Ливане провела ракетный обстрел израильских позиций. Ряд про-иранских милиций в Ираке объявили о том, что в случае повторения израильских бомбежек, они атакуют американские силы, развернутые в этой стране. Но если раньше Нетаньяху мог надеяться на то, что доверенные лица Ирана, будь то шейх Хасан Насралла, лидер ливанской «Хезболлы» (одной из самых эффективных армий в регионе) или Абу Махди Аль Мухандис - руководитель про-иранских шиитских бригад Катаиб "Хезболла" в Ираке, способны такими своими заявлениями и действиями только раззадорить американцев и вызвать на себя и на своих иранских спонсоров огонь ВВС США, то сегодня положение изменилось.
Теперь Израиль, с Нетаньяху или без, будет, скорее всего, действовать осторожнее. Перспектива тяжелой войны с Ираном, окружившим Израиль ракетным поясом, включающим сотни тысяч ракет и даже высокоточные крылатые ракеты, способные наносить удары по аэропортам, крупнейшим заводам и военным базам - это перспектива, в которой население Израиля не заинтересовано. Американские ВВС в случае такой войны Израиль, вероятнее всего, не поддержат. После отставки Болтона это сделалось очевидно.
«Только не Биби!»
Почему израильтяне хотят сменить власть
Алина Ребельизраильский журналист и кинокритик17 сентября в Израиле состоялись досрочные парламентские выборы. За пять лет жизни в этой стране я голосовала на всех – парламентских и муниципальных. И прошла серьезный путь от наивного репатрианта, который в восторге от своей новообретенной родины и еще ничего не понял, до уже изрядно погрузившегося, почитавшего, сознательного израильского избирателя с небольшим, но все-таки стажем.
Участие в выборах в Израиле все эти годы для меня было важной части идентификации себя как израильтянки. И хотя с утра в день выборов внезапно выяснилось, что голосовать я могу только по предыдущему месту жительства, отказываться от своего избирательного права и возможности выбирать я не хотела.
Вроде бы не было среди кандидатов в депутаты кнессета и – как следствие – на пост премьер-министра Израиля ни одного по-настоящему приемлемого для меня претендента, мне важно было, что я могу и должна выбирать.
Главной интригой выборов в кнессет в апреле и сентябре 2019 года оказалась судьба действующего премьер-министра Израиля и лидера партии «Ликуд» Биньямина Нетаньяху. Он у власти уже более 10 лет и до недавнего времени, надо сказать, вполне устраивал большую часть израильтян в качестве лидера страны. Но за последние годы популярность Биби (так главу государства называют в Израиле) изрядно ослабла.
Когда я только приехала, мне говорили, что в народе недовольны Нетаньяху за то, что он не предпринимает никаких серьезных действий, чтобы остановить вялотекущее противостояние на границе с сектором Газа, в результате которого Израиль регулярно подвергается ракетным обстрелам и атакам террористов.
Именно уступки Нетаньяху палестинскому движению ХАМАС в 2018 году спровоцировали парламентский кризис. Тогда занимавший пост министра обороны лидер партии «Наш дом — Израиль» (НДИ) Авигдор Либерман покинул свой пост в ответ на решение правительства Нетаньяху договориться с ХАМАС о прекращении огня после очередной жесткой эскалации конфликта и ракетных обстрелов палестинцами израильских территорий. Кнессет пришлось распустить и объявить досрочные выборы.
В тот момент никто не ожидал, чем обернется для Нетаньяху этот политический кризис. И сам он не подозревал, что выборы окажутся судьбоносными не только в его политической, но и в личной судьбе: в декабре 2018 года полиция Израиля рекомендовала генпрокуратуре предъявить премьер-министру обвинения по уголовным делам, прозвучали такие слова как «мошенничество» и «взяточничество».
Предположительно 2 октября должно начаться слушание, по результатам которого юридический советник может дать разрешение на подачу юридического заключения. И хотя до того времени премьер-министр обвиняемым не считается, общество стало сомневаться в том, что интересы Нетаньяху исключительно государственные.
Нетаньяху называет все обвинения ложными, свою вину отрицает. Электорат засомневался. И на этом фоне в весеннюю предвыборную гонку вступила партия оппозиции под патриотическим названием «Кахоль Лаван» (сине-голубой – цвет израильского флага) во главе с бывшим начальником Генштаба генералом Бени Ганцем и бывшим министром финансов и лидером партии «Еш Атид» Яиром Лапидом.
Это стало для Биби серьезным ударом. Если до сих пор серьезных соперников у премьера не было, то теперь уставшим от Нетаньяху израильтянам было за кого голосовать. Предвыборные кампании оппонентов не были перегружены спорами по важным для страны вопросам и свелись к лозунгам «Рак «Ликуд!» («Только «Ликуд!») со стороны партии Нетаньяху и «Рак ло Биби!» («Только не Биби!») со стороны «Кахоль Лаван». Поэтому и сегодня – уже после вторых выборов, в которых участвовала партия «Кахоль Лаван» — мало кто из рядовых избирателей сможет определенно сказать, чем интересна и что даст стране предвыборная программа Бени Ганца и его соратников. За исключением одного пункта – превратившегося в мемы «Рак ло Биби».
В результате предыдущих, апрельских, выборов «Кахоль Лаван» получил почти равное с «Ликудом» количество голосов (35 и 36 мандатов соответственно), сделав невозможным назначение Нетаньяху на пост премьер-министра и создание правительства. Биби, в очередной раз сделав ставку на своих традиционных союзников – ультрарелигиозные партии – и просчитался. В осенней предвыборной гонке именно вопрос взаимоотношений религии и государства стал краеугольным камнем – оппоненты премьера постоянно напоминали избирателям, что Нетаньяху делает все для создания «государства Галахи» (формулировка Авигдора Либермана) и обещали в случае победы на выборах бороться за светский характер Израиля.
Нетаньяху не хватило мандатов и голосов, а попытка заключить коалиционное соглашение с Авигдором Либерманом, который получил на апрельских выборах всего пять мандатов (этого бы хватило, чтобы Нетаньяху остался премьер-министром) провалилась. Решение лидера НДИ Либермана не допустить нового срока Биби на посту премьер-министра и привело к объявлению очередных досрочных выборов – вторых за полгода. А партию Либермана — к признанной всеми экспертами тактической победе: НДИ удвоил количество мандатов по результатам выборов 17 сентября.
Риторика оппонентов во время предвыборной компании последних месяцев мало отличалась от того, что происходило весной. Правда, ко вторым за полгода выборам запал и бюджет у партий иссяк, поэтому предвыборные кампании выглядели довольно скудно.
Летом предвыборные плакаты с призывами голосовать за «Ликуд» или «Кахоль Лаван», появились по дороге в аэропорты Ларнаки и Анталии – на основных отпускных направлениях израильтян.
Активная предвыборная компания внутри Израиля ужалась до полутора недель перед выборами. Всерьез боролись за голоса избирателей только Нетаньяху и… как вы уже догадались, Авигдор Либерман. Нетаньяху заметно нервничал – записывал видеообращения к избирателям, раздавал интервью, ездил к коллегам – влиятельным мировым лидерам, в том числе к Путину, пугал народ Израиля традиционными мантрами «Отечество в опасности» и «Если не я, то кто».
На такой риторике ему удавалось сохранять пост премьера уже не раз. Сейчас Нетаньяху все явственнее делал ставку на союз с религиозными ортодоксами, обещал аннексировать земли, на которых располагаются еврейские поселения.
«Ликуд» – другая лига» – плакаты с такой надписью появились в Тель-Авиве незадолго до выборов. Иллюстрацией к слогану были фотографии Нетаньяху и президента США Дональда Трампа, Нетаньяху и президента России Владимира Путина. Пиарщики «Ликуда» хотели, как лучше: месседж заключался в том, что у Нетаньяху огромный опыт на международной арене и хорошо налаженные контакты с лидерами крупных мировых держав. Однако состав этой самой «другой лиги» многими израильтянами был воспринят без восторга.
Избиратели почувствовали, что премьер фальшивит, вспомнили, что за последние полгода Нетаньяху не занимался ничем, кроме попытки увернуться от расследования, испугались усиления религиозного диктата. Да и просто — Биби надоел.
Нетаньяху больше не верили, что Израиль без него не выживет. Слишком заметно было, что главная забота премьер-министра на данном этапе – это его личная судьба.
Явка на выборах 17 сентября составила почти 70%. Видимо, не только мне показалось в этот день, что происходит нечто важное и участвовать надо. Говорят, кстати, что некоторые поклонники «Ликуда», неизменно голосовавшие за него на протяжении последних 10 лет, на выборы не пришли. Они перестали доверять лидеру партии, а его соперники их не убедили.
Нетаньяху не помогло ничего. «Ликуд» получил 31 мандат, потеряв сотни тысяч голосов избирателей по сравнению с апрельскими результатами. «Кахоль Лаван» забрал 33 мандата, а партия Авигдора Либермана, спровоцировавшего политический кризис, удвоила свое присутствие в парламенте (8 мандатов).
Впрочем, проигрыш по цифрам еще не значит проигрыш по факту. Чтобы оказаться на посту премьер-министра, Биби еще мог бы договориться со вчерашними противниками. Но пока это сделать не удается – ни в «Кахоль Лаван», ни в НДИ отступать от принципа «Рак ло Биби» не хотят.
Теперь слово за президентом Реувеном Ривлином, который должен поручить формирование правительства одному из новоизбранных депутатов(причем не обязательно победителю выборов), а тот, в свою очередь, приступит к формированию правящей коалиции. На это есть 28 дней. Если в ходе встреч представителей партий с президентом не выявится лидер, которому 61 депутат( в кнессете их 120) готов дать рекомендацию на пост главы правительства, то президент может инициировать создание правительства национального единства.
К этому моменту Нетаньяху удалось договориться о поддержке с правыми партиями – «Яадут а-Тора», «ШАС» и «Ямина», заручившись 55 голосами. В свою очередь, у лидера «Кахоль Лаван» Бени Ганца всего 44 голоса, но к вечеру 21 сентября стало известно, что Объединенный арабский список (блок из арабских партий) готов при определенных условиях его поддержать. И тогда количество сторонников Ганца увеличится до 57.
Однако ключи от будущего правительства остаются в руках лидера НДИ Авигдора Либермана. Его 8 мандатов могли бы разрешить политический кризис, присоединись он к одному из соперников на данном этапе. Но Либерман точно не поддержит Нетаньяху и его союз с ультраортодоксами. И вряд ли поддержит Ганца в компании с антисионистским блоком. Ходят слухи, что Либерман собирается рекомендовать на пост премьер-министра сам себя.
Пока же президент Израиля пообещал сделать все, чтобы не допустить третьих подряд досрочных выборах и собирается настаивать на правительстве, в котором коалицию составят партии Нетаньяху и Ганца.
Вот только Ганц категорически не хочет работать под руководством Нетаньяху. Возможно, «Ликуду» придется согласиться работать в правительстве Ганца. Это практически единственный шанс Нетаньяху хоть как-то сохраниться во власти.
Удастся ли Израилю выйти в ближайшее время из политического кризиса, сформировать правительство и заняться, наконец, текущими проблемами государства, пока никто не знает. Ясно одно – Нетаньяху потерял бесспорную поддержку израильтян. Высокая явка на выборах 17 сентября обусловлена именно тем, что это было голосование против Биби и за сменяемость власти.
Если президенту Ривлину не удастся преодолеть сопротивление кандидатов на пост премьера и заставить их сформировать правительство национального единства, 31 марта 2020 года израильтяне снова будут выбирать.
Источник: Газета.ру