Праймериз показали радикальную трансформацию «Ликуда» и «Аводы»
Обе партии уже не те, что впервые провели праймериз в 1990-х годах
Сьюзен Хэттис-Ролефв прошлом научный сотрудник исследовательско-информационного центра кнессета
Трудно сказать, окажут ли результаты праймериз, проведенных «Аводой» в прошлый вторник и «Ликудом» в среду, на окончательные результаты выборов 1 ноября. Они, конечно, не связаны друг с другом, поскольку ни один избиратель правого толка не проголосует за «Аводу», и ни один избиратель левого толка не поддержит «Ликуд».
Если кто-то и сравнивает эти праймериз, то только потому, что между их результатами есть определенные сходства и определенные различия.
Например, если кому-то требуется напоминание, результаты двух праймериз показывают, что обе партии уже не те, что впервые провели праймериз в 1990-х годах: в «Аводе» — перед тем, как Ицхак Рабин сформировал свое второе правительство, а в «Ликуде» — перед тем, как Биньямин Нетаньяху выиграл свои первые всеобщие выборы.
«Авода»
Одно можно сказать наверняка: ни список, избранный на прошлой неделе в «Аводе», ни список «Ликуда» невозможно было представить себе в 1990-е годы. Более того, если до прошлой недели и в «Аводе», и в Ликуде еще оставались члены, которые верили или надеялись, что можно обратить вспять некоторые изменения, произошедшие в их партиях за последние 30 лет, то эти надежды были окончательно разрушены.
Я участвовала в праймериз «Аводы», и конечный результат оказался не так уж далек от моего выбора, хотя я была удивлена тем, что в списке не осталось ни одного старого члена партии (не то чтобы было много старых кандидатов, всего три, если я не ошибаюсь). Я была настолько уверена, что старая гвардия партии обеспечит переизбрание министров Омера Бар-Лева и Нахмана Шая, что включила Шая в свой список лишь в качестве запасного варианта.
Но, судя по всему, доля партийцев-ветеранов среди 40% зарегистрированных членов, которые не потрудились проголосовать, была относительно высокой. Было ли это связано с тем, что голосование проходило в Интернете? Возможно, хотя в Иерусалиме, Тель-Авиве, Хайфе и Беэр-Шеве было четыре реальных избирательных участка для тех, кто опасается электронного голосования, а это преимущественно пожилые люди. Но это всего лишь предположение.
Список лейбористов — это, конечно, не тот список, который выбрала бы партия, надеющаяся сформировать правительство. Однако для партии, которая стремится преодолеть квалификационный порог или даже повторить результаты предыдущих выборов (7 мест), он может сработать. Нынешний список, конечно, не является привлекательным для ветеранов-лейбористов. Однако он гораздо более привлекателен, чем в прошлом, для молодых избирателей с социальной программой, включая мизрахим. Недостатком является то, что все мизрахим в списке, имеющие шансы быть избранными в Кнессет, — женщины.
(фото: AVSHALOM SASSONI/MAARIV)
Список, включающий равное количество женщин и мужчин, также понравится избирателям с феминистскими наклонностями, хотя в целом израильская общественность, похоже, не впечатлена продвижением женщин в политику в течение текущего срока полномочий правительства перемен, особенно тем фактом, что это правительство включало девять министров-женщин.
Как повлияет на результаты выборов тот факт, что первое место в списке лейбористов занимает реформистский раввин Гилад Карив (на третьей позиции — ортодокс) и что в списке до 19-го места нет ни одного представителя восточных общин, неизвестно.
«Ликуд»
Несколько фактов бросаются в глаза, когда смотришь на список «Ликуда» в Кнессет 25-го созыва. Во-первых, до 35-го места в списке всего пять женщин (это число увеличится до шести, если Нетаньяху решит поставить на одно из зарезервированных мест «ренегатку» Идит Сильман, покинувшую «Ямину»).
Во-вторых, если в списке 24-го созыва Кнессета первые 10 мест занимали девять мужчин-ашкеназов и депутат Мири Регев, то в новом списке, помимо Регев, три мужчины-мизрахи (члены Кнессета Эли Коэн, Амир Охана и Давид Амсалем). Это не говорит о том, что, когда придет время, Нетаниягу может быть заменен на мизраха, но лишь о том, что список «Ликуда» наконец-то становится более сбалансированным между ашкеназами и мизрахами на всех уровнях.
В-третьих, все кандидаты от «Ликуда», которые не продемонстрировали абсолютную лояльность Нетаниягу или (не дай бог) говорили о своем намерении бороться за лидерство в «Ликуде» до отставки Нетаниягу или после, оказались в нынешнем списке на гораздо более низких местах, чем те, которые они занимали в списке в Кнессет 24-го созыва.
В-четвертых, на этих праймериз организованные избиратели, которые заключают сделки и предоставляют своим членам списки рекомендованных кандидатов, систематически исключающие других кандидатов, показали себя гораздо слабее, чем на предыдущих праймериз «Ликуда», в то время как количество и влияние независимых или свободных избирателей выросло. Известно, что Нетаниягу не любит организованное голосование, поскольку он имеет на него мало влияния.
В-пятых, «Новые ликудники», как политическая сила, созданная более десяти лет назад, утверждавшая, что стремится укрепить умеренность в «Ликуде», поддерживая либеральных кандидатов или даже самостоятельно участвуя в выборах, но которых многие считали троянским конем, стремящимся разрушить «Ликуд» изнутри, исчезли после того, как тысячи их членов были исключены из партии.
В-шестых, большинство кандидатов, перешедших в «Ликуд» перед выборами в Кнессет 24-го созыва из других партий по меркантильным причинам, такие как депутаты Орли Леви-Абукасис и Гади Йеваркан, не были переизбраны на реалистичные места на нынешних праймериз. Кроме того, большинство отдельных аутсайдеров, добивавшихся избрания на праймериз и получивших большое внимание СМИ до этого события, остались далеко позади в списке.
Среди них Эрез Тадмор (один из основателей «Им Тирцу»), Гилад Шарон (сын Ариэля Шарона, который подтолкнул своего отца к проведению размежевания с сектором Газа в 2005 году) и профессор Ави Симхон (который служил экономическим советником Нетаниягу в 2016-2021 годах). Ни один из этих самозваных кандидатов, похоже, не пользуется поддержкой Нетаниягу. Фактически, из этой категории кандидатов только бывший редактор «Исраэль а-йом» Боаз Бисмут сумел попасть в список на реалистичный слот с благословения Нетаниягу.
Наконец, несомненно, самым впечатляющим победителем на праймериз «Ликуда» стал член Кнессета Ярив Левин, занимавший пост министра туризма при Кнессете 20-го созыва и спикера Кнессета 23-го созыва. Он получил наибольшее количество голосов на последних праймериз — почти 48 000 из примерно 80 000. Некоторые считают его потенциальной опасностью для израильской демократии из-за его жесткой правой идеологии, особенно когда речь идет о правовой системе Израиля.
Несмотря на то, что я отвергаю идеологические позиции Левина, я верю, что он порядочный человек, и что если Нетаниягу действительно удастся сформировать узкое правительство после выборов и назначить Левина на пост министра юстиции, он будет действовать рассудительно и ответственно. Меня гораздо больше беспокоит то, что может сделать Амсалем — один из самых вздорных членов «Ликуда» в Кнессете 24-го созыва и номер шесть в списке «Ликуда» в Кнессет 25-го созыва.
Jerusalem Post, перевод Ильи Амигуда
Изменение климата делает Ближний Восток еще менее пригодным для жизни
Мы больше не вилла в джунглях, а оазис в сердце пустыни
Эяль Зисеробозреватель «Исраэль ха-йом»
Раунд эскалации в секторе Газа еще не закончился, когда лидер «Хизбаллы» шейх Хасан Насралла уже спешил пригрозить новым обострением на севере, если Израиль не выполнит его требования относительно морской границы. Его угрозы были лишь одной из причин того, что это лето выдалось особенно жарким, даже до того, как мы перешли на высокий темп выборов в Кнессет.
Но и погода не дает покоя. Этим летом были зафиксированы рекордные показатели температуры, и бежать в Европу тоже не вариант из-за беспрецедентной жары на всем континенте. Но для большинства израильтян это не более чем мимолетная неприятность, которую можно пережить с помощью кондиционера или посещения бассейна или пляжа. Даже привычные для нас предупреждения о том, что страна высыхает, и призывы экономить воду не производят никакого впечатления. Кажется, что в Израиле нет недостатка в питьевой воде или воде для сельского хозяйства благодаря построенным за последнее десятилетие опреснительным установкам.
Тем не менее, повод для беспокойства есть, и не только о том, что ждет нас впереди, но и о том, что происходит вокруг нас, за пределами нашего маленького клочка земли, который кажется оазисом в пустыне.
На Ближнем Востоке климатический кризис — это не далекая перспектива, а то, что происходит сейчас и наносит реальный ущерб. Температура выше 50 градусов Цельсия была зафиксирована в Персидском заливе, Иране и на юге Ираке, и эксперты считают, что в будущем температура может достигнуть 60C или даже выше. В Объединенных Арабских Эмиратах, как и в Израиле, люди могут найти убежище в зданиях с кондиционерами, но в других странах региона часто нет стабильной подачи электричества и воды в дома. В недалеком будущем большая часть региона станет непригодной для жизни, что вынудит миллионы людей покинуть свои дома и мигрировать на север в поисках других мест для жизни.
В нашем регионе вода становится дефицитным и ценным ресурсом. Длительные засухи в сочетании с сильной жарой высушивают реки и водохранилища, от которых зависит жизнь большей части населения региона. В Сирии погодные катаклизмы привели к экономическому бедствию, которое вылилось в кровопролитную гражданскую войну, в ходе которой полмиллиона сирийских граждан потеряли свои дома. Для тех, кто пережил войну и остался в стране, будущее тоже не радужно.
Египет, расположенный ниже по течению Нила, уже не может полностью полагаться на реку, как раньше. В дополнение к климатическому ущербу, Эфиопия построила плотину рядом с источником воды, что побудило Египет угрожать войной, опасаясь, что плотина повлияет на количество воды, впадающей в Нил, лишив 100 миллионов египтян источника питья.
Иордания, соседка Израиля, также находится в более бедственном положении, чем когда-либо. Беженцы из Сирии и предшествовавшие им беженцы из Ирака увеличили население страны с 7 до 11 миллионов человек. Иордания постоянно сталкивается с нехваткой воды, а волны жары усиливают эту нехватку, поскольку высушивают водохранилища королевства.
Эта кризисная ситуация касается большинства стран региона — от Йемена и Ирана до Омана и Ливана.
Ближний Восток превращается в зону бедствия, отчасти из-за действий людей, деспотичных, коррумпированных и несостоятельных режимов, но также отчасти из-за последствий изменения климата.
Эта реальность дает Израилю возможность закрепить свой статус ведущей страны в регионе, как в технологическом, так и в военном отношении, и помочь своим союзникам поставками воды и передовыми технологиями. Но сам кризис Израиль не в силах сдержать, поэтому он должен быть начеку в свете возможной нестабильности во многих арабских странах, которая может повлиять на то, что происходит на наших границах. В любом случае, мы больше не вилла в джунглях, а оазис в сердце пустыни.
Исраэль а-йом, перевод Якова Скворцова