Пузыри в партийном болоте
Многие партии – и в первую очередь две старейшие – «Ликуд» и «Авода» – превратились в «клубы по интересам»
Лев Авенайсизраильский журналистЕще несколько лет назад сообщения о склоках (или как интеллигентно пишут – «о кризисе») в партии Авода были бы на первых полосах газет и открывали бы выпуски теленовостей. Сейчас эти перипетии спрятаны глубоко в толще газетных листов.
Причина проста – и партия «Авода» сегодня далеко не самый важный фактор политической жизни, и перспективы ее при всех раскладах выглядят, мягко говоря, не очень.
Есть и другие причины. Из большинства партий напрочь ушла идеология. То есть, на словах она, якобы, осталась, и партии даже как-то позиционируют себя на шкале политических координат, но многие партии – и в первую очередь две старейшие – «Ликуд» и «Авода» – превратились в «клубы по интересам». Причем, интерес в этих клубах один – личный. Недаром, перед последними выборами в кнессет практически все партии даже поленились опубликовать свои предвыборные программы. Все равно их никто не читает и не обсуждает. Всех интересуют персоналии. Не зря ведь на любом предвыборном плакате непременно сообщалось, кто стоит во главе партии. Обратите внимание: сейчас даже так называемые «институты общественного мнения», донимая общественность вопросом: «За кого бы вы голосовали, если выборы состоялись сегодня», предлагают на выбор различные варианты лидеров для «Аводы» – кто из них принесет больше мандатов. Нет чтобы проверить, сколько мандатов принесет партии та или иная политическая инициатива.
Инициатив у «Аводы» я не помню со времен первого пришествия в лидеры партии Эхуда Барака.
Надо же – эта партия до сих пор входит в Социалистический интернационал и считается лейбористской (ну, по названию – так точно). Ни одной социалистической и даже социал-демократической идеи за последние 20 лет, представленной руководством партии, я не помню.
Вот уже много лет – со времен первого краха Барака в 2001 году — партия «Авода» пытается найти «паровоз» — лидера, который вывезет ее из аморфного состояния. За последние семнадцать лет в партии сменилось восемь лидеров. Пробовались разные варианты – во главе становились и «мамонты» партии – Бен-Элизер и «вечный» Перес, и профсоюзный трибун Перец, и «варяги со стороны» — генерал Мицна и журналистка Яхимович, была безумная и бессмысленная надежда на второе пришествие Барака, неожиданного кратковременного успеха добился на этом посту один из «принцев» «Аводы» Ицхак Герцог… Теперь снова во главе «Аводы» стоит человек, который, по-моему, и заплесневелую программу партии в глаза не видел – перешедший из партии «Кулану» Ави Габай, который наверняка обидится, если кто-то обзовет его социал-демократом.
И вот на этом унылом фоне в болоте «Аводы» началось бурление. Как всегда, — на персональном уровне. Почувствовав, что Габай по опросам уверенно превращается в «хромую утку», снова началась борьба за власть.
Старт склоке, если верить газете «Аарец», был дан в середине прошлого месяца на заседании руководства «Аводы». Вечный возмутитель спокойствия Амир Перец назвал Ави Габаем диктатором и «шахер-махером» и покинул заседание. Вообще, те, кто знает, как Перец управлял Гистадрутом, немало удивятся приверженности неистового Амира принципам демократии.
А поводом для скандала стало предложение Ави Габая отменить выборы участников партийной конференции, которая должна была состояться в конце июня. Конференция – это как бы высший орган партии. Эта конференция, помимо прочего, была бы уполномочена принимать решения о порядке проведения (или «непроведения») праймериз и о порядке выборов (или «невыборов») членов конференции следующего созыва. Вопрос, что и говорить, немаловажный. Предполагалось, что членами конференции станут 3200 делегатов, которых выберут из записавшихся в качестве кандидатов. Габай же предложил, чтобы в съезде принял участие каждый, кто записался (а их было на тот момент более пяти тысяч). Я так понял, что, кто придет раньше и заполнит имеющиеся места, тот и член. Перец просчитал ситуацию, и решил, что это «разбавит» его сторонников.
Вообще, партийная «верность» обоих борцов за лидерство в «Аводе», ничего, кроме иронической улыбки вызвать не может. Миллионер Габай, в прошлом – генеральный директор компании «Безек», как я уже упоминал, начинал свою партийную карьеру во вполне правой партии «Кулану». Его приход в партию «Авода», причем, сразу на председательское место, вызвал немало пересудов и брожений в партии. Переца тоже вряд ли можно назвать верным «аводовцем». Начав свой путь в «Аводе», он, покинув пост председателя Гистадрута, не мог смириться с должностью простого члена этой партии. И основал партию «под себя» — «Ам эхад», которая провела в кнессет двух депутатов, благо, электоральный барьер это позволял. Когда эта партия совсем потеряла надежду на место в парламенте, блудный сын вернулся в лоно «Аводы». Но ненадолго. В 2011 году, проиграв в борьбе за пост председателя партии, Перец разобиделся и ушел к Ципи Ливни в партию «ха-Тнуа». Честно говоря, я даже не упомню, когда Перец снова вернулся в «Аводу», чтобы снова начать бороться за лидерство. Упаси господи, я ничего против не имею политических амбиций Амира Переца, как и любого другого политика, но при чем тут идеология?
Однако, «вернемся к нашим баранам». Это просто крылатое выражение, и под баранами я никого конкретно не имею в виду. Секретариат партии утвердил предложение Габая, но дальше началась традиционная процедура, повторяющаяся в партии «Авода» регулярно. Перец подал жалобу в партийную апелляционную комиссию, которая ее удовлетворила и запретила конференции партии голосовать по вопросу об отмене выборов нового состава этого форума. Честно говоря, мне стоило немалого труда разобраться во всех перипетиях этой казуистической проблемы. Таким образом, Амир Перец одержал промежуточную победу, которую его сторонники назвали «победой партии и победой демократии». Ну, как тут не упомянуть демократию!
Заодно Перец подал иск в окружной суд с требованием наложить вето на намерение Габая отменить выборы нового состава конференции партии.
В итоге – конференция не состоялась. Священная внутрипартийная борьба продолжается. Поговаривают даже о расколе в партии – традиционном способе решения подобных конфликтов. Но опыт предыдущих расколов учит: ничего хорошего для хлопающих партийной дверью, как правило, из этого не выходит. Так было и движением «ха-Тнуа», и с детищем Переца «Ам Эхад» и с Эли Ишаем. Тем более, сейчас, когда электоральный барьер существенно повышен. Так что, полагаю, раскола ждать не приходится.
А между тем, надежда на вождя, пришедшего со стороны, в партии не угасает. И, как обычно, в «социал-демократической» партии «Авода» надеются на «битахониста» — какого-нибудь отставного военачальника, не вызывающего «идеологического» отторжения у большинства населения в связи с тем, что в силу своей должности он до сих пор не высказывал ни левых, ни правых взглядов. Несколько лет в «Аводе» мечтали заполучить покинувшего Ликуд Моше Яалона. Но тот, вроде бы, сейчас активно контактирует с Яиром Лапидом. Теперь взоры приверженцев партии устремлены на бывшего начальника Генштаба, «мужчину, приятного во всех отношениях» Бени Ганца. Недаром, очередной опрос института «Мидгам» во главе с легендарной и одиозной Миной Цемах предложил ситуацию, когда «Аводу» возглавит Бени Ганц, и оказалось, что его лидерство чуть ли не вдвое повысит число мандатов, по сравнению с Габаем во главе партии (не говоря уж об Амире Переце).
Теперь, как известном анекдоте: осталось уговорить Бени Ганца.
Источник: Релевант
Долгая история сотрудничества Израиля с диктаторами-антисемитами
Военное сотрудничество Израиля с Буэнос-Айресом привело к конфронтации с Лондоном на фоне военного конфликта из-за Фолклендских островов
Азриэль Бермантполитолог, профессор Тель-Авивского университетаКак стало известно, в середине июля премьер-министр Израиля Биньямин Нетаниягу посетит Венгрию, где встретится с главой венгерского правительства Виктором Орбаном. Лидер партии МЕРЕЦ Тамар Зандберг оказалась в числе тех, кто призвал Нетаниягу отменить визит из-за антисемитской риторики Орбана в адрес американского магната и филантропа Джорджа Сороса во время последней предвыборной кампании.
Ксенофоб Орбан разрушил демократические институты Венгрии, он также известен как один из самых активных противников предоставления убежища беженцам и прочим мигрантам. Подавляющее большинство местной еврейской общины относится негативно к партии Фидес, лидером которой и является Орбан.
В Израиле вообще в последнее время наметилась тенденция оглядываться назад, с ностальгией вспоминая время правления Менахема Бегина (1977-1983 годы). В этом сравнении Нетаниягу и его «Ликуд» неизбежно проигрывают.
Разумеется, если говорить непосредственно о личности Бегина, то его аскетический образ жизни, его поведение, безусловно, безупречны, и не идут ни в какое сравнение с поведением Нетаниягу. Однако ностальгия, увы, это чувство, вводящее в заблуждение и не способное объективно оценить ту мораль, которой руководствовались политические лидеры прошлого. Это касается и Бегина. К сожалению, он также потворствовал отбеливанию антисемитизма, и в этом смысле его злодеяние куда серьезнее.
Речь идет о том, что Бегин достаточно плотно сотрудничал с диктаторским режимом Гальтиери в Аргентине в начале восьмидесятых годов; в течение этого периода Израиль продал в эту страну более двадцати истребителей Nesher, а также самолеты Skyhawk и Mirage, а также другую военную технику. Эта сделка выглядит спорной по нескольким причинам.
Во-первых, военное сотрудничество Израиля с Буэнос-Айресом привело к конфронтации с Лондоном на фоне военного конфликта из-за Фолклендских островов, разразившегося в 1982 году между Великобританией и Аргентиной.
Во-вторых, военная хунта была причастна к нападениям на еврейскую общину Аргентины. В течение нескольких дней после вторжения аргентинцев на Фолклендские острова (Британская территория) 2 апреля 1982 года, СМИ пестрели сообщениями о том, что Израиль продал оружие режиму Гальтиери. Британия протестовала, но Бегин, словно впал в неистовство, ответив англичанам с несвойственной ему яростью. Он напомнил им, что у них нет права вообще предъявлять какие-либо претензии Израилю, тем более что за девять лет до событий с Фолклендами тогдашнее британское правительство предотвратило поставки оружия израильтянам в самые критические для них дни войны Судного дня. В то же время Британия сама постоянно продавала оружие арабским странам – противникам Израиля.
Впрочем, спустя время, по поручению Бегина израильские официальные лица заявили, что поставки оружия Аргентине приостановлены.
Но на этом история не закончилась. Вскоре британские военные, вошедшие в Порт-Стенли, столицу Фолклендских островов, после завершения конфликта сообщили, что обнаружили там израильское вооружение. Посол Великобритании в Израиле Патрик Моберли предупредил одного высокопоставленного израильского чиновника: в случае, если выяснится, что потери, понесенные англичанами, каким-то образом связаны с применением израильского оружия, «будет большой шум» и, дескать, Израилю не поздоровится. Однако, к счастью для нашей страны, после того, как победа Англии к середине июня была уже бесспорной, политические и дипломатические последствия сошли на нет.
Всего через год, 28 октября 1983 года, ряд ведущих американских конгрессменов обратился к аргентинскому послу в США, выразив крайнее недовольство соучастием хунты в проявлениях жесточайшего антисемитизма, пожалуй, самого мощного всплеска с момента прихода хунты к власти в 1976 году:
«Обострение антисемитизма это проявление ненависти к евреям Аргентины. Наиболее последовательные антисемиты, которые идентифицируют себя с Гитлером и Муссолини, занимают высокие посты в правительстве, отвечая за образование и культуру. Прошли сотни антисемитских акций, направленных против местных евреев. Однако за семь лет пребывания у власти аргентинское правительство не задержало, не арестовало ни одного из тех, кто виновен в сложившейся ситуации».
Когда в 1984 году Аргентина освободилась, наконец, от диктаторского режима, был опубликован официальный отчет, где разоблачались многочисленные злоупотребления военной хунты.
Якобо Тимерман, откровенно критиковавший хунту и позже нашедший убежище в Израиле, был похищен и содержался без связи с внешним миром, ему угрожали и даже пытали. В аргентинских центрах содержания под стражей обнаружили нацистские эмблемы и портреты Гитлера, а на спинах евреев, там находившихся, были намалеваны свастики.
Это приятие нацистской риторики и институционализированный антисемитизм не казалось чем-то совсем новым или чуждым: в послевоенный период Аргентина покрыла себя позором, став чуть ли не главным убежищем для нацистских военных преступников.
В начале 80-х годов до тридцати тысяч человек, противников режима, были схвачены, и о них больше никто и никогда не слышал (говорили, что они «исчезли»). 10 процентов всех этих жертв оказались евреями. Несмотря на то, что США и Европа осуждали хунту, правительство Бегина никогда не последовало этому примеру.
Израиль рассматривал поставку оружия Буэнос-Айресу как инструмент давления на режим хунты, с тем, чтобы он смягчил свое отношение к аргентинским евреям. В самом деле, некоторые лидеры еврейских общин поддержали необходимость поставки, полагая, что это улучшит ситуацию. Кроме того, экспорт вооружения в то время был для Израиля жизненно необходим, экономически и политически, — учитывая бушевавший тогда экономический кризис. Тем не менее, когда Израиль нарастил военную помощь, эксцессы с еврейской общиной Аргентины нисколько не уменьшились, а даже и увеличились.
Тридцать пять лет спустя, Нетаниягу самым тесным образом сотрудничает с европейскими популистами и экстремистами, неприятными и проблематичными. И, тем не мене, нелиберальные демократические режимы, такие, как Венгрия и Польша, входят в ЕС – сообщество, которое ставит во главу угла уважение человеческого достоинства, права человека, демократию, равенство и верховенство закона. И, если ЕС не станет сторониться Венгрии, нереально предположить, что это сделает Израиль.
Орбан — одиозный лидер, но все же Венгрию 2018 года отделяет пропасть от отвратительно антисемитского и кровожадного режима Аргентины, который Бегин поддерживал как в военном, так и в политическом плане в начале 1980-х годов.
Источник: Детали