Расизм системный и бессистемный
Вообще-то, расизм — это теория, бредовая, псевдонаучная, но — теория
Слова
у нас
до важного самого
в привычку входят,
ветшают, как платье.
В. Маяковский
Нет, честное слово, как в том советском анекдоте. Новости просматриваешь: «системный расизм», — комментарии открываешь: «системный расизм», — кондиционер уже и включать боишься. Что же это за страшный зверь такой?
Вообще-то, расизм — это теория, бредовая, псевдонаучная, но — теория, так что системный расизм, надо полагать — систематическое изложение этой самой теории, вроде как у Альфреда Розенберга. Существует ли сегодня в Америке такое явление? Похоже, что да. То тут, то там постоянно всплывают ссылки на книги, статьи и курсы лекций с систематическим изложением новейших расовых теорий про врожденное моральное и физическое превосходство черной расы, причем, нынешние расисты имеют перед Розенбергом то преимущество, что ссылаются не на малопонятный «угол черепа», а на меланин в коже, который на глаз безо всякого циркуля определить легко.
И практические выводы те же самые: погромы, публичные издевательства над «расово неполноценными», требование непременно взять в фирму «арийского» компаньона, а там и до полной аризации рукой подать. И совершенно та же реакция у высокообразованного общества: сперва ниже своего достоинства почитает, на такую ахинею критику наводить, а потом уже постепенно оказывается, что небезопасна такая критика…
Проблема, однако, в том, что вот именно это явление в наше время «системным расизмом» не зовут, что поделаешь — меняют слова свое значение, особенно с подачи ну очень «правдивых и гуманных» СМИ, а зовут явление совсем другое. По контексту во множестве текстов можно примерно определить его как естественную ксенофобию, проще сказать — настороженность по отношению к тому, кто «не из нашего инкубатора». Понятно, что чуждость бывает разной: культурной, языковой, сословной, или, как в случае, наиболее часто обсуждаемом в наши дни — расовой.
Ксенофобия — инстинкт природный, биологически обусловленный и для жизни необходимый, ибо человек — животное общественное, а любое сообщество предполагает различение свой/чужой, чем, в частности, обеспечивается разнообразие, повышающее шансы на выживание биологического вида в целом. Иное дело, что настороженность вовсе не обязана с ходу вырождаться в вербальную или физическую агрессию.
Примерно так обстоит дело со многими важными инстинктами. Например, секс — вещь необходимая, но это не значит, что надо с разбегу кидаться на каждого представителя противоположного пола, даже если иной раз и хочется. Инстинкт диктует желание, а культура — его сдерживание, и то, и другое явление здоровое и вполне естественное.
Нездоровым, неестественным является использование культурного запрета для извращенного самокопания, самообвинение в инстинктивных побуждениях, самоненависть из-за обнаружения зазора между инстинктом и культурой. Всем известны подобные явления в христианстве определенных периодов, доводившие людей до неврозов, психозов и прочей «одержимости». Так вот, в христианстве пытались запретить секс, а сегодняшняя извращенная политкорректность пытается тот же фокус проделать с ксенофобией.
Возвышенно мыслящие супер-пупер гуманисты елейным голосом призывают белых углубиться в себя и (с ужасом!) обнаружить чувство ксенофобии в отношении черных. Вне всякого сомнения, оно там есть. А что — у черных нету? Не о цвете кожи тут речь, а о принадлежности к разным сообществам с разными семейными отношениями, разной религиозностью (не на уровне догматики, а на уровне мистики, форм молитвы и бытового ритуала), с разным искусством и даже разными диалектами того же языка. Расовая принадлежность в данном случае — не более чем наружный индикатор всех этих различий.
Иное дело, что естественная ксенофобия сама по себе — не повод для вражды. Можно просто признать право другого быть другим, наладить взаимоприемлемые формы сотрудничества, сохранять или устранять различия… тут возможны тысячи вариантов, но самый худший, самый вредный и опасный из них — вариант «покаяния», побуждавший некогда сильно благочестивых христиан возненавидеть женщину за то, что в них возбуждает грешные мысли.
Потому что «покаяние» замкнуто на себя. Человеческое лицо того, перед кем ты, вроде бы, стремишься загладить вину, герметично изолировано этой самой виной (твоей!) и отрицательными эмоциями, которые она в тебе вызывает. Естественно, тот — другой — являясь триггером для этих эмоций, немного имеет шансов, наладить с тобой отношения. С этим явлением в Германии я сталкивалась не раз, и с тех пор всякие требования покаяний и извинений с какой бы то ни было стороны у меня неизменно вызывают сильные подозрения.
Да, так вот, именно такая естественная ксенофобия белых в отношении черных (но почему-то не наоборот!) и называется у них нынче «системным расизмом», и поиск ее в собственной психике усиленно рекомендуется как средство решения межрасовых проблем. Хорошо бы сюда еще добавить рекомендацию, тушить пожар бензином…
Мастерская
Восприятие антисемитизма как исключительно еврейской проблемы – заблуждение
Мы проиграем, как евреи и как американцы, если продолжим принимать предписанную нам роль жертвенной канарейки в угольной шахте.
Антисемитизм – древняя проблема. На протяжении всей еврейской истории в диаспоре евреям не хватало сил и средств, чтобы сделать что-либо для борьбы с ненавистью, кроме ее осуждения. Однако сегодня американские евреи зарекомендовали себя как одна из самых успешных иммигрантских общин в стране. Однако перед лицом усиливающегося антисемитизма они мало что сделали для борьбы с ним. Вместо этого американские евреи сосредоточились на простом документировании, просвещении и уважительном возражении против антисемитских актов уже после их совершения.
Бездействие произвело свой эффект – антисемитизм стал нормой, и его угроза растет. Ненависть к евреям стала простительной и почти господствующей в Америке. В последние месяцы мы наблюдаем, как он исходит от знаменитостей и спортсменов. Столкнувшись с этой ненавистью, подавляющее большинство молчат.
Поскольку евреи являются мишенью антисемитизма, другие американцы воспринимают ненависть к евреям как еврейскую проблему. Поскольку американские евреи мало что делают для борьбы с этим фанатизмом, неевреи спрашивают себя: почему мы должны бороться с этим?
Очевидно, что определение антисемитизма как исключительно еврейской проблемы - бесперспективно.
Американские евреи не идут в наступление, чтобы остановить антисемитизм, а неевреи-американцы не будут сражаться за тех, у кого – как они видят – нет мужества постоять за себя.
Американские еврейские организации, занимающиеся борьбой с антисемитизмом, существуют уже более 100 лет, но проблема только усугубляется. Почти все ресурсы, вложенные еврейской общиной США в борьбу с ненавистью к евреям, направлены на историческое образование, например, на изучение Холокоста и документирование случаев антисемитизма. Едва ли какие-либо ресурсы вкладываются в привлечение антисемитов к ответственности и напоминание о последствиях их фанатизма.
Бездействие еврейской общины Америки – неадекватный подход к решению проблемы. В студенческих городках наблюдается рост враждебности по отношению к еврейским студентам, но Движение за бойкот Израиля, изоляцию и санкции (BDS) только набирает силу. В социальных сетях появляются все новые посты возмущения растущим антисемитизмом, но каждый день разгорается новый скандал.
Отчасти бездействие можно объяснить ложным чувством безопасности, за которое цепляются многие американские евреи, несмотря на тревожный рост ненависти и насилия по отношению к ним. Однако они не понимают, что антисемитизм – это не просто проблема для евреев, это проблема всех американцев, и она угрожает разрушить наш образ жизни.
Радикальные группировки: ультралевые, ультраправые, радикальные мусульмане и радикальные афроамериканцы, выступающие за известного антисемита Луиса Фаррахана, предпринимают усилия по подрыву основных принципов, которые делают нашу страну исключительной. В частности, набирает обороты исламско-левый альянс. В то время как организации по защите гражданских прав уделяют особое внимание крайне правым белым националистам как основным генераторам экстремизма, исламско-левый альянс выступает публично как движение социальной справедливости, внедряясь и подрывая наши общины и институты.
Все вместе эти радикальные группы отвергают иудео-христианские ценности, которые поддерживали фундамент нашей страны и защищали все общины меньшинств Америке, включая евреев.
Сторонники исламско-левого альянса стремятся подорвать структуры и институты, которые поддерживают нашу страну открытой, демократической и здоровой, включая семью, бизнес, общины, религиозные институты, беспристрастные СМИ, правоохранительные органы, вооруженные силы и суды. Усиливающиеся антисемитские атаки и публичное проявление ненависти являются пробными прогонами. В течение многих лет евреи были в центре этой ненависти. Если мы действительно готовы преодолеть это, мы должны перестать играть роль жертвы и начать бороться с этим лоб в лоб вместе с другими американцами.
Мы проиграем и как евреи, и как американцы, если будем продолжать принимать предписанную нам роль жертвенной канарейки в угольной шахте, надеясь, что другие осознают опасность после того, как она поглотит нас целиком.
Вместо этого мы должны быть орлами, смотрящими на горизонт, обнаруживающими угрозы задолго до того, как они нанесут серьезный ущерб нам и нашей стране. Есть практические действия, которые мы должны предпринять, чтобы перейти в наступление против антисемитизма:
(1) Расследование и разоблачение радикальных движений, которые подпитывают распространение этой ненависти, путем выявления их сетей, денежных следов и программ;
(2) Расширение возможностей обмена знаниями, которые информируют американский народ об угрозах и дают ему возможность действовать;
(3) Привлечение СМИ к ответственности в соответствии со стандартами справедливой и свободной прессы;
(4) Поддержка законодательства, которое ограничивает влияние движений ненависти в наших учреждениях.
Вместо того чтобы сокрушаться по поводу проблемы, настало время бороться с этой ненавистью и расизмом вместе со всеми американцами, а евреям встать в авангарде этой борьбы.
Наша история и все более опасная реальность показывают, что неотъемлемые права, предоставляемые Конституцией, не могут считаться само собой разумеющимися. Мы должны бороться за нашу безопасность сегодня, чтобы завтра мы и будущие поколения могли продолжать жить свободно и гордо. Мы должны освободить Америку от опасностей антисемитизма и экстремизма, которые он представляет.