Снос памятников: «Не трогайте мою историю!»
История превращается в судебный процесс с нескончаемым списком обвиняемых
За волной сноса памятников скрывается направленный против белых расизм и ненависть к западной цивилизации, которую винят во всех грехах. Подпишите призыв Алена Финкелькраута и скажите «нет» разрушению нашей истории!
В настоящий момент Франция переживает страшный кризис, во время которого некоторые устраивают нападки на видимые символы нашей истории (особенно статуи) и выступают за их насильственное удаление из общественного пространства. Ситуация не нова, но такой импорт американской политкорректности во Францию представляется полнейшей катастрофой.
Мы рискуем ввязаться в процесс, у которого не будет и не может быть конца. Сегодня это Кольбер, а завтра может быть Жюль Ферри, который говорил, что долг высших рас — «цивилизовать низшие». Историю нужно рассматривать в контексте, а не переносить на прошлое современные навязчивые идеи.
Давайте рассмотрим пример Жюля Ферри. Его называют расистом из-за его колонизаторских взглядов. Но что такое расизм? Увязывание человека с его принадлежностью. У Жюля Ферри же были прогрессивные взгляды: он считал, что неравенства временны, и что существует единое человечество. Он стремился объединить все людские сообщества в католицизме Просвещения. Можно считать его слова высокомерными или же сказать, что его благие намерения скрывали эксплуатацию коренного населения и разграбление ресурсов, но если называть их расистскими по той причине, что все культуры равны, мы не можем по той же логике повсеместно осуждать обрезание, полигамию и барк по принуждению.
Будут и другие. Если мы переписываем историю под знаком антирасизма, то должны осудить Людовика IX, который вершил правосудие под дубом, но сжег Талмуд на площади и устраивал гонения на евреев. А что насчет Вольтера с его антисемитизмом? Мы будем вынуждены превратить историю в судебный процесс с нескончаемым списком обвиняемых.
С такой риторикой и практикой мы ни за что не сможем преодолеть раскол в стране. Более того, мы только усугубим его, раздуем злобу. Франция не может позволить это себе. Нужно рассматривать нацию как «наследие славы и сожалений», как говорил Ренан, передать это наследие всем вне зависимости от происхождения, чтобы вдохнуть жизнь в сосуществование и вернуть смысл общему пути.
История — это плод знания. Нужно говорить о рабстве, но во всех его составляющих. Да, негритянская работорговля — преступление против человечности. Но рабство существовало в самой Африке, африканцы участвовали в нем. В руках европейских работорговцев оказались 11 миллионов пленных, а еще 17 миллионов рабов были отправлены на восток, в мусульманские страны. Цель этого исторического напоминания — попытка не переложить вину, а подчеркнуть, что главная особенность Франции и Европы — не рабство, а борьба за его отмену. Все культуры запятнали себя преступлениями, но только западная познала боль вины. Европейская цивилизация способна критически посмотреть на себя. Эта традиция не удовлетворяется одной лишь традицией. Давайте задумаемся о том, чтобы распространить сейчас это великое европейское наследие. Это чрезвычайно важно.
Эммануэлю Макрону хватило смелости сказать, что Франция ни от чего не отказывается, принимает все свое прошлое и не снесет ни одной статуи. Необходимо как можно быстрее поддержать его в этом решении.
ИноСМИ, оригинальный текст Valeurs actuelles
Нетаньяху «отмывает» политический язык
В бывшем Советском Союзе все участвовали в так называемых «выборах», которые выражали «свободную волю народа»
Эйнат ОвадьяИсполнительный директор аналитического центра по вопросам равенства и прав человека Zulat.Мы живем в эпоху «пост-правды». Сегодня общественные взгляды основаны на обращении к чувству «единства», личным мнениям и внутренним чувствам, в то время как факты и правда имеют второстепенное значение в формировании общественного мнения и теряются в мешанине тщательно подобранных слов.
Американская журналистка и активистка Маша Гессен, родившаяся в СССР, написала о сходстве между тем, что советский режим делал с русским языком, и тем, что администрация Трампа делает сегодня с английским и глобальным политическим языком.
В бывшем Советском Союзе все участвовали в так называемых «выборах», которые выражали «свободную волю народа». Участие было обязательным, а форма голосования включала в себя список вариантов. В действительности же за народ уже все решили.
Таким образом, термины «выборы», «свобода» и «демократия» потеряли свое истинное значение и стали использоваться только в циничном контексте. После распада Советского Союза российские власти так и не смогли восстановить доверие к этим понятиям.
«Отмытые» слова – это, слова и понятия, значение которых было дискредитировано. Например, это слова, имеющие отрицательное значение, которые затем стали употребляться в положительном контексте и в итоге само понятие, которое они обозначали изначально стало восприниматься как что-то положительное. Такие слова и понятия используются сегодня различными лидерами в своих циничных политических интересах.
Путин придумал термины «диктатура закона» и «управляемая демократия». Трамп дал новую жизнь термину «фейк-ньюс» и изменил значение таких слов, как «СМИ», «Истина» и «Справедливость», а Эрдоган сделал то же самое со «свободными СМИ» и «оппозицией».
Мы живем в эпоху «пост-правды», когда общественные взгляды основаны на обращении к чувству «единства», личным мнениям и внутренним чувствам. А как насчет фактов и истины? Они имеют второстепенное значение в формировании общественного мнения и теряются в мешанине тщательно отобранных, «отмытых» слов.
Нетаньяху – король этой «прачечной». Он не изобрел политику «пост-правды», но он научился ей у своих коллег и усовершенствовал это ценное знание на практике.
Направляемый желанием отвлечь общественность от своих личных дел, Нетаньяху руководил кампанией, обелявшей аннексию, и, вместе со своими партнерами прибегал к подстрекательской риторике ненависти с целью растоптать тех, кто цепляется за правду.
Сейчас мы являемся свидетелями этих антидемократических тенденций отмывания и нормализации действий, противоречащих международному праву.
Наиболее яркими примерами «отмытого» языка являются понятия «аннексия» и «применение суверенитета» – две концепции, которые были обелены Нетаньяху и его политическими партнерами и использованы с помощью различных СМИ, чтобы скрыть от общественности тот факт, что в Израиле собирается появиться режим апартеида. Несмотря на то, что 1 июля, как обещал Нетаньяху, аннексия и не состоялась, этот план все еще стоит на повестке дня.
В недавнем отчете, опубликованном аналитическим центром Zulat for Equality and Human Rights (Зулат за равенство и права человека), новым аналитическим центром активистов, под названием «Обеление апартеида: как Нетаньяху манипулировал словами, чтобы скрыть последствия односторонней аннексии», описывается процесс этого обеления и анализируются данные, собранные из СМИ, чтобы продемонстрировать, как именно это было проведено.
Например, в период с декабря 2019 года по январь 2020 года использование термина «применение суверенитета» в СМИ взлетело до рекордного уровня в 3,425%, в то время как упоминание слова “апартеид” осталось неизменным и даже сократилось в некоторых СМИ.
Доклад демонстрирует связь усугубление драматической ситуации с преднамеренной политикой «отмывания» языка - используются мягкие слова, чтобы скрыть жестокость, присущую односторонней аннексии.
С помощью сложных манипуляций с языком план апартеида превращается в «естественный ход». Подразумеваемая позитивность слов «применение суверенитета» усиливает равнодушие, которую люди испытывают к аннексии.
Это позволяет Нетаньяху продолжать разжигать фальшивое «патриотическое единство» и укреплять ложную и искаженную реальность, поскольку эти два слова создают иллюзию позитивного дипломатического шага, которым можно гордиться.
Более того, термины «применение суверенитета» и «частичная аннексия» были популяризированы и интегрированы в общественное мнение и стали политикой правительства при поддержке Лейбористской партии и партии «Кахоль-Лаван». Обе партии вошли в Кнессет благодаря голосам левоцентристских избирателей, которые в либо не знают о последствиях этого шага, либо решительно выступают против него.
Дело в том, что большинство населения выступают против аннексии, но чувствуют, что они в меньшинстве, и считают, что этот аннексия широко поддерживается. Таким образом, Нетаньяху также выхолащил слова «большинство» и «меньшинство» и сделал их неуместными, так как он определяет, что будет или не будет в общественной повестке дня.
Давайте сделаем себе одолжение и перестанем участвовать в «отмывании» языка: односторонняя аннексия сделает Израиль страной с режимом апартеида, а нас, его законопослушных граждан, соучастниками преступления. Никакие «отмытые» слова не сотрут это пятно.