Что значит быть американцем? Или французом? Или британцем? Мне кажется, или такой вопрос задают больше об израильтянах, чем о других национальностях? Ну, что значит быть израильтянином? Нужно ли вам родиться здесь, жить здесь, иметь определенные убеждения или черты, быть гражданином, идентифицировать себя государственной идеей (если она вообще есть), быть евреем, поддерживать сионизм?

На этой неделе Израилю исполняется 72 года. И если вы хотите понять, насколько он молод, примите во внимание тот факт, что, когда США были примерно в этом возрасте, они подписали договор Гваделупа-Идальго, который положил конец американо-мексиканской войне и ознаменовал завершение аннексии Техаса, Калифорнии, Нью-Мексико и Аризоны с выплатой компенсации размером 15 млн долларов. Другими словами — и это не заявление в поддержку аннексии некоторых территорий Израилем — Америка 1848 года не чувствовала себя обязанной учтиво обходиться с «меньшей Америкой» и не боялась перспективы дальнейшей аннексии территории.

Америка образца 1848 года — это не современные США. Израиль сегодня – это не Израиль из далекого будущего. В то же время это не Израиль менее далекого прошлого. Когда в 1948 году родился Израиль, его население было малочисленным, экономика – хрупкой, вооруженные силы были скорее ополчением, чем реальной армией, а его лидеры были ашкеназами, европейцами, социалистами. Израильтяне стремились быть новыми евреями. И во многом они преуспели, но не везде так, как предполагалось. В течении последних трех лет я исследовал этого нового еврея, и до сих пор большую часть времени посвящаю изучению характера израильтян.

В течение двух лет мои коллеги и я сделали репрезентативную выборку израильтян (евреев и не евреев) и попросили согласиться или не согласиться с рядом утверждений об израильтянах, в том числе: нужно ли служить в израильской армии, чтобы быть «настоящим израильтянином»?

Подумайте об этом: около половины всех израильтян не служат в ЦАХАЛе. Сюда входят арабы (около четверти населения), большинство харедим и религиозных женщин, а также некоторые люди с ограниченными возможностями, психологическими проблемами, радикальными взглядами, отказники по соображениям совести и многие другие. Разве они не «настоящие израильтяне»? В техническом смысле, конечно, настоящие. В культурном смысле, может быть, не совсем. Общая национальная идентичность помогает определить рамки общества. Если считать Армию обороны Израиля значимой чертой национальной самобытности, то можно утверждать, что служба в армии дает дополнительный балл к «израильтянству».

В Израиле накануне Дня независимости отмечается День памяти. В этот день мы оплакиваем наших павших солдат, а на следующий день отмечаем праздник идеи, ради которой они принесли великую жертву. Конечно, не все члены общества рискуют жизнью в одинаковой степени, чтобы защитить страну. Более того, не все члены общества отождествляют себя с идеей, ради которой была принесена жертва. Как и в других странах, День памяти является государственной памятной датой. Но, действительно, более подходящим описанием был бы еврейский день памяти. Это день, когда проявляется еврейский, а не нейтральный «израильский» характер. Когда в Йом ха-Зикарон мы читаем поминальную молитву «Изкор», мы говорим: «Пусть народ Израиля помнит своих сыновей и дочерей». Когда мы говорим о «народе Израиля», то некоторые из нас имеют в виду древний еврейский народ, а не молодое еврейское государство.

Это объясняет (но не оправдывает и не уменьшает масштабы проблемы), почему большинство евреев в Израиле считают, что для того, чтобы быть настоящим израильтянином, надо быть евреем (58%). Это объясняет, почему большинство из них считают, что нужно быть сионистом (70%). Можете ли вы быть настоящим израильтянином, если вы не можете от всего сердца оплакивать павших солдат и радоваться в день рождения Израиля? Большинство израильских евреев, включая большинство харедим, считают, что для того, чтобы быть настоящим израильтянином, вы должны быть сионистом.

Рассмотрим еще один вопрос об израильтянах, который будет иметь смысл для американцев, если они будут рассматривать вопрос об английском и испанском языках. Должен ли настоящий американец говорить по-английски? Должен ли настоящий израильтянин говорить на иврите? Израильские евреи говорят на иврите как на родном языке, а если они сами не говорят, то уж точно говорят их дети. Но для примерно четверти населения страны, чей родной язык арабский, вопрос увязки израильской идентичности со знанием на иврите является спорным.

По итогам нашего исследования, большинство израильских арабов определяют свой уровень иврита как «хороший» (62%). Лишь немногие (5%) определяют его как «плохой». И все же большинство считает, что ощущение себя израильтянином не обязательно обусловлено хорошими знаниями иврита (53%). Говорить на иврите как требование для «настоящего израильтянина» является одной из многих разделительных линий между еврейским большинством и нееврейским меньшинством. На самом деле, в этом вопросе разрыв между евреями и неевреями относительно невелик: почти половина нееврейского меньшинства рассматривает иврит как признак израильского происхождения (47%). Однако есть более острые проблемы, которые невозможно игнорировать.

Пробелы в понимании природы израильтян появляются, когда мы спрашиваем их, ощущают ли они себя как «настоящие израильтяне». Почти все евреи говорят «да» (92%, причем 73% ответили категорично). Меньшая доля, но все же большинство арабов ответили «да» (65%). Недавно Институт политики еврейского народа опубликовал свои выводы из Индекса плюрализма 2020 года и подчеркнул резкое изменение в самоидентификации арабского населения по сравнению с прошлым годом.

В ходе опроса израильских арабов попросили выбрать один из четырех вариантов как лучшее описание их основной идентичности: араб, израильтянин, палестинец, израильский араб. Но ответы, полученные в этом году, расходятся с данными прошлых лет. Они резко отличались от ответов на один и тот же вопрос год назад, главное отличие – резкое увеличение доли арабов, определяющих свою основную идентичность как «израильтян». В то же время отмечено значительное уменьшение доли арабов, определяющих себя как «араб» или «палестинец». Если эти цифры заслуживают доверия – и нам нужно более одного опроса, чтобы прийти к однозначному выводу, что это новая реальность Израиля – менее одного из 10 арабов в Израиле говорят, что их основной личностью является «палестинец», а около трех из четырех определяют себя как «израильтянин» или «израильский араб».

Мы точно не знаем причину этого изменения. Необходимы дополнительные опросы и интервью, чтобы увидеть, является ли это реальным изменением и долгосрочной тенденцией. И все же, по нашей оценке, этот возможный шаг в сторону израилезации, который мы наблюдаем в этом году, является плодом трех избирательных кампаний, которые проходили в 2019 и 2020 годах. Посмотрим, как проголосовали арабские избиратели. На политической арене стало заметным присутствие партии, представляющей большинство арабских избирателей (Объединенный список), и участие арабских депутатов в попытках создания коалиции и других парламентских маневрах. К этому может быть добавлено чувство общей судьбы, вытекающее из совместной борьбы евреев и арабов в Израиле против эпидемии коронавируса (многие арабы в Израиле являются специалистами в области здравоохранения).

Но не спешите радоваться этим достижениям. Опрос этого года также выявил менее оптимистичные факты. Например, значительно увеличилось число арабов, которые считают, что большинство евреев в Израиле являются «экстремистами» (вероятно, это также является результатом избирательных кампаний, в ходе которых было сделано большое количество резких заявлений). Если два года назад только один из пяти арабов считал, что большинство евреев являются экстремистами (19%), то сегодня каждый третий араб (36%) считает так.

Другой причиной для меньшего оптимизма является вопрос о том, стоял ли когда-нибудь еврейский храм на Храмовой горе. Это очень сложная проблема для обеих сторон в более широком израильско-палестинском конфликте. Отказ палестинских лидеров признавать историческую связь евреев с Иерусалимом делает многих евреев в Израиле крайне подозрительными ко всем претензиям палестинцев и подрывает любые перспективы честных отношений между двумя народами. Подавляющее большинство евреев в Израиле (и в других местах) считают, что еврейский храм на Храмовой горе является историческим фактом. Эта вера не зависит от принадлежности к тому или иному политическому лагерю. Отрицание этого факта воспринимается как попытка подорвать историческую связь между евреями и их родиной. К сожалению, около половины израильтян-неевреев и значительное большинство израильтян-мусульман (59%) считают, что на Храмовой горе не было ни одного еврейского храма.

К счастью, еврейский экстремизм, то есть то, что арабы воспринимают как еврейский экстремизм, и дебаты о Храмовой горе не мешают арабам любить Израиль. Не обязательно любить евреев, но любить Израиль. Что важно, так это то, что большинство арабов чувствуют себя настоящими израильтянами, и большинство также говорят, что быть настоящим израильтянином можно при условии проявления любви к Израилю. Другими словами, большинство из них любят Израиль. Мы задали вопрос напрямую: любите ли вы Израиль? Около половины всех израильских арабов (47%) ответили «да» и почти треть (29%) сказали, что в какой-то степени. Вот еще один проблеск оптимизма. Может быть, все-таки возможно сформировать израильскую культуру, включающую как еврейское сионистское большинство, так и нееврейское, еще не сионистское меньшинство. Как начать этот процесс? Начните с любви и продолжайте.

Jewish Journal, перевод Геннадия Богданова