Цель министерства иностранных дел — сосредоточиться на том, что НАМЕРЕН сделать враг. В то время как цель военных планировщиков — изучить и подготовиться к тому, что враг МОЖЕТ сделать. Тем не менее 7-го октября и гражданское руководство Израиля, и его военачальники потерпели неудачу. Однако эти промахи, как бы они ни были очевидны, меркнут на фоне более широкого мышления, которое их сформировало.

Евреи диаспоры давно смотрят на израильтян с благоговением, очарованные их бесстрашным духом, непоколебимой уверенностью и возвышенным оптимизмом. Постепенно Израиль вдохнул жизнь в сионистскую максиму: «Если вы захотите, это не будет сказкой». Несмотря на многочисленные триумфы этой нации единорогов, в сфере оборонительной стратегии такое отношение представляет собой монументальную ахиллесову пяту.

В предыдущие годы Израиль наблюдал за очевидным ростом Газы: возводились жилые комплексы, уменьшалось количество ракетных обстрелов, развивался дух предпринимательства. Агрессия ХАМАСа, казалось, ослабевала перед притягательностью капитализма. В качестве жеста доброй воли Израиль выдал 20 тысяч рабочих виз трудолюбивым жителям Газы. Тем временем элитные моджахеды поселились на роскошных виллах Рималя — самого престижного района Газы, расположенного на морском побережье.

Как мы знаем, все это было иллюзией. ХАМАС сеял иллюзии. На рассвете 7 октября на юге страны завыли сирены. Израиль пробудился ото сна и обнаружил, что погрузился в кошмар. Правители страны, некогда столь гордые и уверенные в себе, теперь стояли одураченные, околдованные, искусно мистифицированные. Принимая во внимание не до конца преодоленные последствия столь катастрофического просчета, можно задуматься, способно ли руководство Израиля искупить свою вину. Однако для долгосрочной безопасности Израиля драма обвинений вряд ли будет иметь значение.

Скоро начнутся расследования и уродливая игра в вину. Головы покатятся, а козлы отпущения будут сброшены со скалы. Некоторые из обвиняемых будут смело заявлять, что они жертвы. По всему Израилю вспыхнет знакомый гражданский пыл: длинные марши, массовые протесты и бесчисленные скандалы. Будут заключаться пари на то, кто останется в живых, а кто вскроет вену на вершине Масады.

Конечно, мои слова выше — метафора. В демократическом государстве нет реальной ответственности за законные решения, даже катастрофические. Незначительные проступки, вроде мелкого взяточничества или уклонения от уплаты налогов, влекут за собой обвинения и тюрьму, но когда погром оскверняет землю, все, что мы можем сделать, — это обрушить позор на наших лидеров, надеясь, что они уйдут.

Другое дело — военные. Махинации ХАМАСа не должны были поколебать Армию обороны Израиля. В военном деле обман является основополагающим принципом; враг неизменно стремится к элементу неожиданности. Победа зависит от использования всех имеющихся преимуществ. Поэтому первостепенная обязанность военного руководства — быть готовым к возможностям противника, а не становиться жертвой спекулятивных намерений.

К счастью, такие слова, как «честь» и «долг», имеют глубокий смысл для женщин и мужчин, служащих в ЦАХАЛе. Они понимают, что пошло не так: их неготовность. В отличие от политического класса, они не ждут комиссий по расследованию, чтобы исправить свои ошибки. В условиях войны они спешат сделать то, что необходимо.

В краткосрочной перспективе военная разведка будет игнорировать заявления Хасана Насраллы, сигнализирующие о незаинтересованности в эскалации. ЦАХАЛ, бдительный и решительный, укрепит свою оборону на севере, юге и востоке, готовый отразить любые угрозы со стороны «Хезболлы», йеменских хуситов или ополченцев ФАТХа на Западном берегу. Кроме того, армия будет бдительно следить за тем, чтобы не допустить вторжения боевиков из Иордании или с Синайского полуострова.

Но как долго продлится эта бдительность? Не поддадутся ли политики израильской национальной склонности к непреклонному оптимизму через пять, десять или двадцать лет? Как скоро военные тоже попадутся в медовую ловушку самоуверенности? Провал 7 октября был не единичным случаем самонадеянности, а частью закономерности рецидивов и ремиссии.

Израиль преуспел в достижении невозможного. Когда-то новорожденная, не обладающая никакими богатствами нация провозгласила независимость и дала отпор семи хорошо вооруженным арабским армиям, несмотря на международное эмбарго на поставки оружия. Она разработала лекарство от малярии, осушив кишащие комарами болота, и изобрела ирригацию, чтобы заставить пустыню цвести. Достижения многочисленны: революционные изобретения, стартапы, нобелевские премии, Шестидневная война и чудодейственный «Железный купол». Этот шлейф успехов укрепляет непоколебимую веру в то, что любая мечта достижима.

Однако раз за разом вера Израиля в то, что все будет хорошо, приводит к иррациональным решениям. После эйфорической войны 1967 года нация полагала, что Египет и Сирия навсегда поражены, что создало предпосылки для катастрофической Войны Судного дня 1973 года.

Поселенческое движение в Газе и на Западном берегу было проникнуто почти религиозной убежденностью в том, что, поскольку мы, евреи, коренные и избранные Богом, все решится само собой с палестинцами — народом, который не перестал считать нас злобными узурпаторами.

Мы строили долгие годы, не предлагая им ни собственного государства, ни израильского гражданства. Когда мы наконец осознали свою ошибку, мы обратились за миром к террористу Ясиру Арафату. В какой реальности мы пребывали, отсоединившись от Газы, убедив себя, что выбор между ФАТХом, ХАМАСом и «Исламским джихадом» положительно повлияет на регион? Америка, укрывшись в далекой гавани, может предаваться испытаниям джефферсоновской демократии в таких местах, как Афганистан, Ирак или Египет. Мы не можем позволить себе подобной экспансии.

Израиль расположен в суровом и нестабильном регионе. Тем не менее, любой намек на прогресс вызывает восторг. Мирные договоры с Иорданией, Египтом, ОАЭ и, возможно, Саудовской Аравией не превращают монархии и диктатуры в демократические государства западного образца. То, что различные арабские лидеры мудро видят экономические и военные выгоды от союза с Израилем, не меняет их глубинную ментальность. Женщины не могут появляться на публике без сопровождения. Мужчины берут несколько жен. Суды наказывают преступников плетьми, отсечением конечностей или обезглавливанием, иногда вообще минуя судебные процедуры. В стране нет никаких гарантий свободы слова, гомосексуальных отношений или религиозных меньшинств. Ислам остается неизменным на протяжении тысячелетия. Стихи Корана всегда буквальны и неопровержимы. В мечети учат, что наша библейская традиция порочна. Благодаря технологиям слово Аллаха распространяется с помощью новых средств. Но это не прогресс, если послание Мухаммада остается неизменным.

Поэтому, дорогой Израиль, прибереги оптимизм для других начинаний: посевов в кибуце, учебы в университете, изучения Торы. Но давайте не будем смешивать политику с романтикой. Конечно, правильно и достойно отвечать взаимностью, когда мусульманин протягивает руку в знак мира. В Писании сказано: «Кто благословит нас, тот сам будет благословлен». Но давайте не будем слепыми. Цель государства Израиль — обеспечить еврейскому народу безопасность, мир и свободу. Чтобы выполнить эту задачу, Израиль должен постоянно быть готовым к войне.

Times of Israel, перевод Якова Скворцова