Три сценария демократической отставки Нетаниягу
Даже самое минималистское определение демократии рассматривает их как процесс мирной смены лидеров
Наоми Хазанпрофессор политологии Еврейского университета в ИерусалимеИзраильский политолог Наоми Хазан описала три варианта мирного отстранения от власти нынешнего премьер-министра Израиля.
«Первый – безжалостное общественное давление, ведущее к отставке лидера и созданию альтернативного правительства. Это случалось уже много раз в прошлом в других странах, есть прецеденты и в Израиле. Голда Меир была вынуждена уйти в отставку после публичных демонстраций против политики, приведшей к Войне Судного дня. После протестов и резни в Сабре и Шатиле позиции Менахема Бегина перестали быть прежними. Эхуда Ольмерта прогнал с поста не кто иной, как сам Биньямин Нетаниягу. Тем не менее нет никаких признаков того, что Нетаньяху намерен отказаться от своего места, несмотря на открытие против него судебного процесса, его политику в период кризиса COVID-19 и отношение к социально-экономическим последствиям вируса. Напротив, несмотря на многочисленные призывы к отставке, он, кажется, еще более решительно настроен остаться. Без применения насилия – явно антидемократического инструмента – становится все более сомнительным, что давление снизу само по себе может привести к желаемым переменам», – отмечает она в колонке для The Times of Israel.
Вторая возможность отстранения премьер-министра, по ее мнению, может быть реализована через перестановки в правительстве и нынешнем созыве Кнессета: «Эта альтернатива уже рассматривается премьер-министром, который изучает способы избавиться от паритетной коалиции с Бени Ганцем и создать вместо нее правое правительство, в которое вошли бы его бывший заклятый враг Нафтали Беннет и его партия «Ямина», а также горстка перебежчиков из рядов «Кахоль-Лаван». Однако теперь стало совершенно ясно, что цифры не складываются. Цви Хаузер и Йоаз Гендель, наиболее претенденты на роль «перебежчиков, объявили, что они не намерены этого делать». Чазан считает, что теоретическая возможность перемен посредством правительственной перестройки, какой бы заманчивой она ни казалась, рушится перед лицом нынешних реалий.
Третьей альтернативой она называет выборы: «Даже самое минималистское определение демократии рассматривает их как процесс мирной смены лидеров через избирательную урну. Либерал-демократы добавляют к этой формалистической интерпретации также ценностное содержание, относящееся к гражданским свободам и правам меньшинств. Якобы, что может быть демократичнее выборов? Не для многих израильтян. Общественность все еще травмирована опытом трех электоральных кампаний, проведенных в 2019-2020 годах. После этих выборов многие чувствуют себя глубоко преданными политиками, которым они доверяли. После неоднократных тупиковых ситуаций они на собственном горьком опыте убедились в том, что выборы могут оказаться неэффективным инструментом для смены руководства. У них нет оснований полагать, что все может быть иначе. Кроме того, недоброжелатели премьера опасаются, что предстоящие выборы только укрепят власть Нетаньяху».
Наоми Хазан убеждена, что проведение честных выборов позволит предотвратить дальнейший крах Израиля. «Они станут жизненно важным первым шагом к восстановлению экономики и управляемости Израиля, а также к возрождению основанной на ценностях политики и инклюзивного общества. И, прежде всего, выборы являются единственным демократическим механизмом ненасильственных политических изменений», – резюмировала она.
Пандемия — генеральная репетиция
Covid-19 — не просто случайный временный сбой, после которого мир вернется к стабильности, а генеральная репетиция будущих вызовов
Уолтер Рассел Мидамериканский политологМир вступает в эпоху преобразований. Ждите еще больше хаоса и нестабильности.
С тех пор, как новый коронавирус вырвался из китайского Уханя, прошло восемь месяцев. За это время он привел к беспрецедентным экономическим и социальным потрясениям: экономика по всему земному шару рухнула, и предстоят новые разрушения. Десятки миллионов людей потеряли работу, а миллионы других - свои сбережения, поскольку правительства закрыли рестораны, бары и другие предприятия малого бизнеса.
Богатые страны могут и дальше печатать и качать деньги в надежде хоть как-то смягчить социальный и экономический ущерб, но такие меры не могут продолжаться вечно. Впервые с 1940-х годов политические власти во всем мире противостоят целому потоку экономических и политических проблем, который грозит снести гарантии, встроенные в систему.
В более бедных странах ситуация гораздо хуже. Вспышки коронавируса вышли из-под контроля в Южной Африки и Бразилии, где цены на сырье рухнули, а денежные переводы и спрос на промышленные товары сократились, что вкупе с утечкой капитала привело к беспрецедентному экономическому шоку. Страны вроде Ливана и Эфиопии, которые столкнулись с серьезными кризисами еще до пандемии, едва справляются с поддержанием элементарного правопорядка.
Остается надеяться, что наука придет на помощь с вакциной или лекарством до того, как наши ресурсы исчерпаются. И пока мир ломает руки и ждет чудесного исцеления, надо признать, что окончание пандемии отнюдь не означает, что мы вернемся к относительно стабильной эпохе после холодной войны.
Правительствам и другим властям всегда приходилось решать задачи, которые нельзя предсказать. То и дело обрушивались болезни, голод и нашествия варваров, и народам приходилось бороться за выживание. Промышленная революция принесла новые опасности: финансовую панику, цикл спадов и подъемов и социальные потрясения. У миллионов людей была выбита почва из-под ног, и они стали зависеть от современной экономики. Революционные движения, бросающие вызов устоявшемуся порядку, стали столь же разрушительными и загадочными, как некогда стихийные бедствия и мор.
После Второй мировой войны, когда на заднем плане замаячила угроза ядерной войны, возобладала мысль, что с большинством стихийных бедствий, болезней и перепадов делового цикла человечество справится. Это не было утопией: жизнь казалась более предсказуемой, чем прежде. С распадом Советского Союза угроза ядерной войны отошла на второй план, и уверенность Запада в себе достигла новых высот. За последние 30 лет в мире сложилась сложная, прихотливая, крайне эффективная и чрезвычайно динамичная глобальная цивилизация.
Пандемия - на фоне великих бедствий истории относительно мягкая - демонстрирует, что сложность глобальной цивилизации несет с собой новые уязвимые места. А поскольку легитимность многих институтов зиждется на их способности быстро и эффективно решать проблемы, covid-19 бросает политическим лидерам и институтам вызов, с которым им не так-то просто справиться.
Миру пора привыкать к этому чувству. Наследием пандемии станет кризис и хаос, и траектория человеческой цивилизации изменилась так, что политические лидеры и воротилы мировой экономики столкнутся с вызовом, невиданным со времен Второй мировой войны. Отчасти потому, что откат к соперничеству великих держав чреват для международной системы новыми рисками и осложнениями. А если копать глубже, то еще и потому, что информационная революция рушит мир столь же болезненно, как промышленная революция пошатнула мир XIX века.
Светлым пятном пандемии стало преображение рабочего места посредством информационных технологий - благодаря им многие жизненно важные предприятия и учреждения смогли продолжить работу даже когда ключевые сотрудники остались дома. Но это же преображение движет силами, которые гнетут наше общество: число стабильных рабочих мест в производстве снижается, от экономических перемен страдают целые регионы, профессиональная журналистика в кризисе, а социальные сети крепнут. Наконец, традиционная розничная торговля рушится, а самоуправляемые автомобили и другие технологические новинки угрожают рынку труда.
Изобилие проблем XXI века грозит парализовать институты национального и глобального управления: это и появление Китая как экономического и геополитического противника нового типа, и эскалация гонки вооружений в киберпространстве и биологическом оружии, и глобальный всплеск популизма и национализма, и крепнущие риски из-за плохо понятых рисков на шатких и переменчивых финансовых рынках. Любой из них может толкнуть мир в череду кризисов и конфликтов наподобие первой половины XX века.
Covid-19 - не просто случайный временный сбой, после которого мир вернется к стабильности, а генеральная репетиция будущих вызовов. История ускоряется, и предстоящие невзгоды проверят на прочность лидеров, ценности, институты и идеи, на которых стоит общество.
The Wall Streat Journal, перевод ИноСМИ