Уважаемая БАПОР, граждане Палестины не могут одновременно быть палестинскими беженцами
Международное сообщество не предоставило статус беженца ни одному другому человеку в аналогичных обстоятельствах
Стивен Ципперштейннаучный сотрудник Центра ближневосточных исследований Университета Калифорнии в Лос-Анджелесе
Если Западный берег, Газа и Восточный Иерусалим являются независимым государством, каков будет статус того, кто родился в Рамалле после 49-го года?
На протяжении последних 76 лет БАПОР работает на Западном берегу, в Восточном Иерусалиме и Газе, обслуживая палестинских «беженцев». БАПОР определяет палестинских беженцев как палестинских арабов, покинувших свои дома во время войны 1948-1949 годов, и их потомков в любом поколении.
БАПОР также утверждает, что нет никакой разницы, переселились ли палестинцы, покинувшие свои дома в 1948-1949 годах, в третьи страны или просто переехали из одной части Палестины в другую часть Палестины. Так, по мнению БАПОР, если кто-то переехал из Лода (внутри признанных границ государства Израиль) в Рамаллу на Западном берегу, его статус беженца такой же, как и у того, кто переехал из Хайфы в Ливан.
Однако существует концептуальная проблема, связанная с тем, что БАПОР определяет беженцев как людей, родившихся и выросших на палестинской территории после 1949 года. Палестинская администрация и международное сообщество рассматривают Западный берег реки Иордан, сектор Газа и Восточный Иерусалим как «государство Палестина». Если это так, то как может человек, родившийся и выросший в Рамалле после 1949 года, считаться одновременно палестинским гражданином и «палестинским беженцем»? Более того, почему БАПОР вообще работает на территории Палестины?
Единственное возможное объяснение заключается в том, что палестинцы, живущие в лагерях беженцев, расположенных в Палестине, ведут свое происхождение из других районов Палестины, таких как Хайфа и Яффо, которые Организация Объединенных Наций выделила для создания еврейского государства в соответствии с планом раздела в ноябре 1947 года — планом, который евреи приняли, а арабы отвергли.
Большинство арабов, живших в Хайфе и Яффо, остались там и стали израильскими гражданами после мая 1948 года. Те, кто переехал на небольшие расстояния на юг, в Газу, или на восток, в Рамаллу и Наблус, просто переехали из одной части Палестины в другую часть Палестины, подобно тому, как в Нью-Джерси переезжают из Ньюарка в Трентон.
Тех, кто уехал из Палестины в Ливан или Иорданию, вполне корректно назвать беженцами, но не тех, кто остался в Палестине. Если они переехали из одной части Палестины в другую, как они могут считаться беженцами? Как их дети и внуки, которые родились в Палестине, могут считаться палестинскими беженцами?
Международное сообщество не предоставило статус беженца ни одному другому человеку в аналогичных обстоятельствах. Например, никто не считает «беженцами» индусов, покинувших Пенджаб и переехавших в Дели в 1947-1948 годах. Международное сообщество также не предоставило статус беженцев почти миллиону евреев (или их потомкам), которые бежали из Северной Африки и других арабских стран в 40-60-х годах прошлого века.
Так почему же иначе обстоит дело с палестинцами, которые просто переехали из Яффо в Газу, особенно после того, как их собственные лидеры отвергли предложение ООН о двухгосударственном решении в плане раздела в ноябре 1947 года?
Это возвращает нас к вопросу о том, почему БАПОР работает на палестинской территории. БАПОР ведет свою историю от трех резолюций Генеральной Ассамблеи ООН. Первая, Резолюция 212 (III) от 19 ноября 1948 года, просила генерального секретаря назначить директора Организации Объединенных Наций по оказанию помощи палестинским беженцам. В тексте резолюции четко указано, что ее целью является оказание помощи людям, которые были живы на тот момент, фактически покинули свои дома и находились под угрозой голода и бедствия. В резолюции ничего не говорится об их будущих потомках.
Вторая, Резолюция 194 (III) Генеральной Ассамблеи от 11 декабря 1948 года, провозгласила так называемое «право на возвращение». Но формулировка ясно говорит о том, что право на возвращение не предполагалось понимать широко: «Беженцам, желающим вернуться в свои дома и жить в мире со своими соседями, должно быть позволено сделать это».
Третья резолюция Генеральной Ассамблеи, 302 (IV) от 8 декабря 1949 года, официально учредила БАПОР. Эта резолюция вновь была посвящена оказанию помощи беженцам, которые были живы на тот момент и которым грозила опасность «голода и бедствий». В ней ничего не говорилось о потомках беженцев. В ней также не было дано определения понятия «беженцы», которое включает людей, переехавших из одного района Палестины в другой район Палестины.
Ни одна из трех резолюций не дает БАПОР никаких юридических полномочий для работы на палестинской территории сегодня.
Во-первых, из текстов резолюций ясно следует, что они относятся только к определенного рода конкретным беженцам (the refugees). Использование определенного артикля «the» перед словом «refugees» означает, что их авторы ограничили сферу действия резолюций теми, кто был жив в 1948 году и кто действительно покинул свои дома в этом году. Таким образом, термин «беженцы» не распространяется на потомков первоначальных беженцев. Как только первоначальные беженцы уйдут из жизни, у БАПОР больше не будет никаких правовых оснований для работы где бы то ни было.
Во-вторых, ни в одной из резолюций нет определения термина «беженцы». Логичнее считать, что этот термин охватывает тех, кто покинул Палестину в 1948 году и уехал в третьи страны, такие как Иордания или Ливан, а не тех, кто просто переселился из одной части Палестины в другую.
В-третьих, в формулировке четко указано, что возвращение будет разрешено только тем, кто желает жить в мире со своими израильскими соседями. Такая формулировка возлагает на желающих вернуться бремя доказывать свое намерение жить мирно в пределах Израиля. К сожалению, у нас слишком мало доказательств того, что кто-либо из так называемых беженцев может выполнить это обязательство, учитывая то, как пропаганда БАПОР раздувает ненависть к сионизму и израильтянам на протяжении последних 75 лет, и особенно с тех пор, как БАПОР признала ООП в 1975 году. Дополнительным доказательством может служить быстрая прогулка по «лагерю беженцев» Аль-Амари в Рамалле (который на самом деле является городским районом, а не «лагерем»), где стены заклеены плакатами, воспевающими террористов-самоубийц.
Таким образом, поскольку палестинцы, живущие в Палестине, не являются настоящими «беженцами», БАПОР не имеет законных полномочий действовать на территории Палестины. Это не просто техническая аномалия. Это огромная трата денег американских и европейских налогоплательщиков, которые выплатили львиную долю огромных сумм, потраченных на операции БАПОР в Палестине за последние почти восемь десятилетий.
Наконец, теперь мы знаем, что несколько сотрудников БАПОР в Газе были членами ХАМАСа и участвовали в массовых убийствах и захвате заложников 7 октября 2023 года. По крайней мере один сотрудник БАПОР держал одного или нескольких заложников в качестве пленников в своей квартире в Газе. Освобожденная заложница Эмили Дамари, находясь в плену, содержалась в одном из учреждений БАПОР.
Более того, на протяжении последних 18 лет ХАМАС использовал школы БАПОР в Газе в качестве баз для ракетных обстрелов Израиля, а дети исполняли роль живого щита. ХАМАС даже спрятал командно-контрольный пункт в туннеле прямо под зданием БАПОР.
В итоге БАПОР не имеет законных оснований для работы на территории Палестины, обслуживая палестинцев, которые не являются настоящими беженцами, и оказывая как скрытую, так и явную поддержку ХАМАСу. Пришло время прекратить деятельность БАПОР в Палестине раз и навсегда.
Times of Israel, перевод Ларисы Узвалк
2025: станет ли Ближний Восток ареной новой войны?
Слова Замира свидетельствуют о готовности Израиля к более решительным действиям на Ближнем Востоке
Алекс Векслеризраильский политический и военный комментатор
Назначение Эяля Замира на пост начальника Генштаба Армии обороны Израиля ознаменовалось громким заявлением о том, что 2025 год станет годом войны между Израилем, ХАМАСом и Ираном. Это заявление не только привлекло внимание международного сообщества, но и вызвало оживленные дискуссии в экспертных кругах. В условиях растущей напряженности на Ближнем Востоке, где конфликт между Израилем и ХАМАСом продолжает оставаться одной из главных угроз региональной стабильности, слова Замира приобретают особую значимость.
Эяль Замир объявил, что «2025 год станет годом войны между Израилем, ХАМАСом и Ираном». При этом он воздержался от раскрытия конкретных изменений в тактике ЦАХАЛа, но заверил, что все заложники, удерживаемые ХАМАСом с 7 октября 2023 года, обязательно вернутся домой. Он также подчеркнул, что вооруженные силы продолжат концентрировать внимание и на других фронтах.
Слова Замира свидетельствуют о готовности Израиля к более решительным действиям на Ближнем Востоке, но при этом руководство страны должно учитывать не только внутренние решения, но и внешние факторы, включая отношения с США.
Отношения Израиля и США могут сыграть ключевую роль в определении будущей стратегии ЦАХАЛа. «США и Израиль — давние стратегические союзники. Однако для Израиля представляется рискованным действовать исключительно в одиночку, особенно если это усложнит взаимодействие с Вашингтоном и другими западными союзниками.
Замир, вероятно, будет стремиться заручиться поддержкой западных союзников, включая США, чтобы минимизировать риски в случае эскалации конфликта с ХАМАСом и Ираном.
Можно предположить, что ближайшие недели могут последовать кадровые перестановки в командовании ЦАХАЛа. Новый начальник Генштаба мог после консультаций принять решение о перестановках в командной структуре для укрепления военной позиции Израиля в регионе.
Потенциальные перестановки в генеральском корпусе могут свидетельствовать о готовности Израиля к серьезным и продолжительным военным операциям.
Что касается конфликта с ХАМАСом, то завершение операции против этой группировки остается одной из ключевых задач ЦАХАЛа. Мы нанесли ХАМАСу серьезный удар, но до окончательной победы еще далеко.
Коренным образом изменить ситуацию в этом направлении мог бы Дональд Трамп, который всегда занимал решительную позицию в отношении ХАМАСа. Он способен, например, приостановить поставки гуманитарной помощи в Газу, что позволило бы Израилю завершить начатое.
Особое внимание следует уделить вопросу переговоров с террористическими группировками. Диалог с ХАМАСом не может быть долгосрочной стратегией для Израиля, поскольку переговоры с террористами лишь укрепляют их позиции и не ведут к конструктивному решению. Израиль должен раз и навсегда покончить с этой угрозой, не позволяя ХАМАСу использовать переговоры как тактическую паузу.
В ближайшие месяцы ситуация в регионе будет стремительно меняться. Внешние экономические и политические факторы, а также возможные изменения в руководстве США, будут играть важную роль в развитии событий. Израилю предстоят серьезные испытания, и от решений Замира и его команды будет зависеть не только будущее страны, но и баланс сил на всем Ближнем Востоке.