В чем ошиблись экономисты, назвав Тель-Авив самым дорогим городом мира
Резкий рост стоимости шекеля по отношению к другим валютам искажает картину, но это не единственный фактор
Нати Тукеробозреватель The Marker
Согласно анализу, результаты которого опубликовал 30 ноября журнал The Economist, Тель-Авив был признан самым дорогим крупным городом в мире. Это сомнительное достижение заставляет вновь и вновь задавать вопрос, касающийся одной из главных загадок израильской экономики: почему существует существенное расхождение между рейтингами стоимости жизни, которые неоднократно показывают Тель-Авив как очень дорогой город, в то время как из данных Центрального статистического бюро следует, что рост цен в Израиле был незначительным, а уровень инфляции — значительно ниже, чем в других странах?
Так, например, индекс цен 2020 года от ОЭСР, клуба развитых экономик мира, показывает, что Израиль на 22 процента дороже, чем в среднем в странах ОЭСР. Только Швейцария, Исландия и Норвегия оказались дороже.
С другой стороны, когда мы рассматриваем инфляцию (которая, следует помнить, определяется как темп роста цен), мы обнаруживаем, что за последнее десятилетие в Израиле она была очень низкой по сравнению с остальным миром. За последний год инфляция в США выросла на 6,2 процента (самый высокий показатель с 1990-х годов) и более чем на 4 процента в Европе. В отличие от этого, уровень инфляции в Израиле все еще находится в пределах диапазона, установленного национальным центробанком. В октябре он составил 2,3 процента в годовом исчислении.
Итак, вот четыре основные причины, по которым индекс потребительских цен не отражает должным образом разницу в ценах между Израилем и остальным миром — или даже реальные цены, которые мы платим в Израиле.
Стоимость жизни выросла, но выросла и стоимость шекеля
Индекс потребительских цен, который рассчитывается в Израиле Центральным статистическим бюро, устанавливается отдельно в каждой стране как сравнение с ценами предыдущего периода в этой стране. Конечно, можно проводить «внутренние» сравнения цен в данной стране, но сравнение цен на одну и ту же так называемую рыночную корзину в разных странах является более сложной задачей: ведь на стоимость рыночной корзины в любой стране также влияют изменения курсов иностранных валют и покупательной способности.
Однако журнал Economist использовал другой подход: сравнил цены в долларах в Нью-Йорке на основе курсов иностранных валют. На самом деле стоимость жизни выросла и в Тель-Авиве, но разница, которая была обнаружена между Нью-Йорком и Тель-Авивом, также связана с обменным курсом. Резкий рост стоимости шекеля по отношению к другим валютам создает впечатление, что цены выросли больше, если выразить их в долларах, чем в шекелях. Показатели в шекелях более актуальны для людей, живущих в Израиле. Цифры в долларах интересуют в основном иностранных туристов, посещающих Израиль.
Методология журнала Economist может быть основной причиной резкого подъема Тель-Авива в рейтинге. Даже если какой-то товар в течение многих лет продавался за 100 шекелей, теперь иностранным туристам придется выложить за него почти 32 доллара, исходя из курса 3,15 шекеля за доллар, тогда как при стоимости доллара 4 шекеля он стоил бы всего 25 долларов.
С другой стороны, сильный шекель фактически сдерживает рост цен в Израиле как для потребителей, так и для производителей, поскольку позволяет импортировать товары дешевле. Сильный шекель также снижает стоимость зарубежных авиаперелетов для израильтян, а также их расходы в шекелях во время пребывания за границей. В результате индекс цен, измеряемый на местном уровне, может полностью отличаться от индекса, сравниваемого на международном уровне.
Израильский индекс потребительских цен не отражает реальную стоимость жизни, отчасти из-за состава продуктов, которые используются в индексе. Индекс якобы отслеживает стоимость того, что он называет средней корзиной товаров, потребляемых домохозяйством. Так называемая корзина основана на обследованиях расходов домохозяйств, в ходе которых статистическое бюро изучает товары и услуги, потребляемые членами домохозяйств.
Однако в последний раз набор продуктов устанавливался в 2018 году. Новый опрос должен быть опубликован в следующем году. На данный момент ожидается существенное изменение состава продуктов, в основном из-за пандемии коронавируса. Центральное статистическое бюро внесло конкретные коррективы, например, исключив стоимость зарубежных авиаперелетов, когда поездки были запрещены, но в целом набор продуктов и услуг остался прежним.
Израиль не уникален в этом отношении. За исключением США, которые пересматривают корзину товаров, используемую для расчета индекса цен, каждый месяц, большинство стран обычно делают это раз в несколько лет. Проблема этого метода заключается в том, что фиксированная корзина товаров не учитывает изменения, связанные с ростом или падением цен, что приводит к искажениям. Например, если цена на помидоры резко возрастает, люди могут покупать вместо них другие овощи, но индекс не заметит этого изменения в ассортименте и покажет рост цен.
Предполагается, что исследования ЦСБ измеряют цену на один и тот же продукт месяц за месяцем, но иногда происходят качественные изменения продукта или услуги, включая более низкий уровень обслуживания или продукт, который теперь производится из заменителей. Влияние изменений в качестве продукта называется гедонистической регрессией — в ней изучается качество ингредиентов, а также влияние на цену.
Однако во время пандемии COVID-19 из-за ограничений произошли изменения, которые невозможно учесть — в том числе снижение качества обслуживания в гостинице или закрытие ряда ресторанов и кафе. Шай Берман, председатель организации, представляющей рестораны и бары страны, сказал, что «мы наблюдаем четкую тенденцию отказа от обслуживания за столом и перехода к продажам через прилавок в кафе Израиля. Это началось еще до коронавируса и ускоряется в результате проблемной бизнес-модели в этой сфере».
Источники в ЦСБ заявили, что они знают об этих изменениях и постоянно отслеживают компонент качества и соответственно пересматривают цены на продукты. Тем не менее, вполне возможно, что произошли изменения, которые индекс цен пропустил.
Рост цен, который мы не замечаем
Когда индекс потребительских цен растет, это означает, что общая цена товаров, рассчитанная в соответствии с их долей в индексе, в среднем увеличилась. Однако возможно, что некоторые из подорожавших товаров повлияли на обычное потребление больше, чем другие. Так, например, даже если цена на товар, который покупает большинство из нас, резко возросла, снижение цен на менее важные категории привело бы к снижению индекса цен.
Если мы посмотрим на изменение структуры индекса цен по годам, то обнаружим, что категория, в которой наблюдался наибольший рост в период с 2010 по 2021 год, — это жилье. Но категория жилья не включает в себя покупку дома (поскольку покупка дома считается оплатой актива, а не потребительским потреблением). А стоимость покупки жилья в среднем выросла почти на 80 процентов за десятилетие.
Вместо этого индекс в основном отражает расходы на жилье через стоимость аренды, которая с 2010 года выросла на 32 процента — менее половины роста продажной цены жилья.
Поэтому, если индекс The Economist включает реальный рост цен на жилье, то израильский индекс потребительских цен отражает менее половины скачка цен. А рост цен на жилье также влияет на общее ощущение стоимости жизни, потому что тогда больше нашего располагаемого дохода направляется на жилье и меньше остается на повседневные потребительские расходы. Напротив, тот, кто уже владеет жильем, не почувствует резкого роста цен. Их положение фактически улучшилось, но это также не отражается в индексе цен.
Другие категории, цены на которые резко выросли, — это в основном товары, не подлежащие обсуждению и не подверженные конкуренции со стороны импорта. Вы не можете импортировать квартиру или ремонт квартиры — поэтому их стоимость резко возросла. На рост цен на продукты питания, включая фрукты и овощи, в основном влияют барьеры на пути импорта из-за защитных тарифов. Это те продукты, которые мы каждую неделю видим в супермаркете подорожавшими и к которым мы более чувствительны.
С другой стороны, цены на товары, которые подверглись конкуренции со стороны зарубежных. интернет-магазинов, снизились. В этот список входят одежда и обувь, мебель и товары для дома. Это товары, которые мы покупаем реже, и мы можем меньше обращать внимание на изменения цен на них.
Haaretz, перевод Ильи Амигуда
Почему дню памяти жертв Холокоста не нашлось места в календаре
Наряду с 9 Мая это единственная дата, когда мир вспоминает подвиг Красной армии
Илья Альтмансопредседатель Научно-просветительного Центра «Холокост», профессор РГГУ
На недавно прошедшей в Москве III международной конференции по противодействию ксенофобии, антисемитизму и расизму «Защитим будущее» руководитель образовательных программ центра «Холокост» Светлана Тиханкина сообщила, что Министерство просвещения РФ отказывается вернуть в Календарь образовательных событий на текущий учебный год дату 27 января – Международный день памяти жертв Холокоста. Приуроченная к освобождению Красной армией лагеря смерти Аушвиц (Освенцим), эта дата начиная с 2016 года неизменно присутствовала в календаре. Что давало возможность образовательным учреждениям проводить внеклассные мероприятия и уроки по непростой теме Холокоста, которая хоть и присутствует на страницах учебников, но требует специального разговора. В том числе – о подвиге Красной армии, спасшей народы Европы.
Именно Тиханкина, работая завучем одной из школ Вологды, инициировала общероссийский поисковый проект «Освободители». Он позволил установить биографии и собрать личные документы представителей 32 национальностей нашей страны, участвовавших в освобождении и лечении узников Аушвица. Среди спасенных – отец Анны Франк, а также знаменитый писатель Примо Леви. А командиром полка, освободившим Аушвиц-Биркенау, был мусульманин – дагестанец Магомед Танкаев.
Подготовленная на основе собранных школьниками и архивных документов передвижная выставка была показана в большинстве регионов России. При поддержке МИД РФ и Россотрудничества, она экспонировалась в 15 странах мира на четырех континентах, в том числе – в ООН, ЮНЕСКО, Совете Европы, ОБСЕ. А электронная версия выставки в ходе Недели памяти, проводимой Федеральным агентством по делам национальностей, Российским еврейским конгрессом и центром «Холокост», в январе этого года была предоставлена в учебных заведениях 82 регионов России.
Неудивительно, что новость об изъятии столь знаменательной даты не оставила равнодушными участников конференции. Академик РАО, член президентского Совета по правам человека Александр Асмолов немедленно связался с руководством Минпроса. Комиссия СПЧ под председательством Николая Сванидзе выступила с заявлением, член СПЧ Александр Брод опубликовал открытое письмо министру просвещения.
К сожалению, некоторые новостные статьи в СМИ об этих документах вышли под броскими заголовками об изъятии темы Холокоста из школьной программы. Что позволило чиновникам Минпроса в опубликованном 1 декабря заявлении виртуозно уйти от ответа на вопросы: почему даты нет в календаре и вернут ли ее? Именно в этом и была суть обращений СПЧ, а не в содержании школьного курса и учебников истории, где тема Холокоста действительно отражена.
Так почему же дату 27 января изъяли из календаря? Узнав об этом в июне, мы обратились к министру просвещения Сергею Кравцову. В течение нескольких месяцев сотрудники Минпроса убеждали центр «Холокост», что это техническая ошибка. В сентябре мы повторно обратились в Министерство просвещения с просьбой дать официальный ответ. Он последовал в октябре. В письме сообщалось, что в нашей стране есть День памяти 22 июня и появилась новая дата – 19 апреля, День памяти геноцида советского народа. По мнению министерства, этого достаточно для того, чтобы почтить память всех жертв нацизма.
Подобная трактовка нацистской политики на оккупированной территории СССР заслуживает отдельной дискуссии. В России в последние два года активизировалась тенденция называть воинские преступления и преступления против человечности – именно так они были квалифицированы Нюрнбергским трибуналом – «геноцидом советского народа». Трактовка этого термина по принципу гражданства, а не этнической принадлежности жертв, на наш взгляд, полностью выхолащивает его содержание.
Не случайно в методических рекомендациях, которые получили органы образования весной этого года по проведению единых уроков 19 апреля, говорилось о том, что геноцид советского народа нацисты и их пособники проводили независимо от национальной и этнической принадлежности мирных жителей. Не возвращаемся ли мы к идеологеме, что не евреи, а «мирные советские граждане» были казнены в Бабьем Яру и бесчисленных ярах на всей оккупированной территории?
Бесспорно, что именно на территории СССР проводился самый жестокий террор оккупантов и их пособников. Более 8 млн мирных жителей – граждан Советского Союза (в том числе не менее 2,6 млн евреев) были физически уничтожены, а несколько миллионов умерли от голода, болезней, изнурительного принудительного труда. Но по этническому признаку убивали лишь евреев и цыган.
В чем еще, с моей точки зрения, опасность исключения Международного дня памяти жертв Холокоста из календаря образовательных событий? В январе 2021 года профессор Матвеев, выступая перед учителями Ленинградской области, объявил, что Холокост – это миф и отмечать эту дату в российских школах совсем необязательно. Реакция последовала незамедлительно – Матвеева уволили, возбуждено уголовное дело, осуждение подобных взглядов получило широкую общественную поддержку.
В связи с этим очень странно, что Министерство просвещения официально лишает наших педагогов возможности проводить мемориальные мероприятия в своих учебных заведениях. Речь идет о специальных уроках, исследовательских проектах, обсуждении документальных фильмов, рассказах о праведниках народов мира и воинах-освободителях, которые родились или жили в данном регионе.
Этот досадный инцидент заставляет нас в очередной раз задать вопрос: почему до сих пор в нашей стране нет официального Дня памяти жертв Холокоста и воинов-освободителей? Ведь именно Россия была одной из пяти стран – инициаторов введения Генеральной Ассамблеей ООН Международного дня памяти жертв Холокоста. И более 30 стран мира, включая Украину, Эстонию и даже Албанию, решением своих парламентов его официально отмечают. И это единственная дата, кроме 9 Мая, когда мир вспоминает подвиг Красной армии.