На этот вопрос есть масса частных ответов. Некоторые я сейчас приведу, а затем попытаюсь дать на него свой системно-стратегический ответ.

Итак, тактика. Во-первых, у Трампа есть проблемы с нефтяниками, в том числе сланцевыми. Они несколько лет «затягивали пояса», стимулируя экономику США, резко потеряли в капитализации (напомню, что лет пять назад мировой рейтинг компаний возглавлял Exxon Mobil), многие, особенно сланцевые, сидят в глубоких убытках. Они требуют поддержки, и игнорировать их влияние не стоит, особенно с учетом того, что в целом они поддерживали как раз Трампа.

Во-вторых, Трамп многим обязан еврейскому лобби. Оно очень испугалось Клинтон, которая чуть ли не прямо говорила о том, что Израиль необходимо ликвидировать, стереть с карты мира, и довольно много для этого делала. Именно по этой причине приход Трампа не просто обрадовал это лобби, но оно попыталось, используя свое влияние в части защиты Трампа от потенциального импичмента, ликвидировать все завоевания предыдущей администрации, в том числе «иранскую сделку». Ну и, конечно, Трамп был вынужден исполнить свое предвыборное обязательство перед этим лобби в части реального переноса американского посольства в Иерусалим. Что тоже не добавило тишины и спокойствия в регионе.

В-третьих, Трампу грозит очередной импичмент. По обвинению в связи с какой-то дамой с «пониженной социальной ответственностью». И Трампу нужно продержаться до ноября, поскольку если в ноябре он победит на промежуточных выборах, то и враги его резко ослабнут. И начавшаяся война, в которой он будет выступать в качестве верховного главнокомандующего, вполне тут поможет. А если он выборы проиграет (пока, правда, не похоже), то даже евреи ему не помогут. Кстати, под словом «выиграет» я имею в виду не только то, что республиканцы сохранят за собой большинство в обеих палатах Конгресса, но и то, что внутри республиканской делегации позиции тех, кто лично поддерживает Трампа, усилятся.

Собственно, уже сказанного вроде бы достаточно для того, чтобы принять решение о том, что крайне желательно расшевелить ситуацию на Ближнем Востоке, «закрыв» при этом проекты предыдущей администрации. Однако это только рассуждения «за», а есть не менее сильные аргументы «против». Прежде всего, речь идет о колоссальных рисках. Связанных и с тем, что Иран — это не Сирия, и его мощь, скорее всего, существенно больше, чем многие думают. И с тем, что любое усиление конфронтации резко усиливает агрессивных исламистов типа ИГИЛ, которые только и ждут, что внимание от них будет отвлечено.

Наконец, с учетом того, что Иран и Израиль таки пришли в прямое соприкосновение на Голанских высотах, не исключено, что война между ними все-таки начнется. А их экономический потенциал абсолютно несовместим, Израиль не сможет выжить без прямой поддержки США. И опыт победы над арабами тут не очень поможет, персы — это не арабы, они дерутся куда сильнее. США только еще одного Афганистана не хватает! С учетом того, что ситуация реально очень напряженная и далеко не все риски могут быть просчитаны (Израиль и Иран никогда ранее не пересекались, если не вспоминать библейские времена), риск может быть запредельным. Вплоть до того, что само существование Израиля будет поставлено под вопрос. То есть, получается, что те силы, с которыми боролся Израиль, поддерживая Трампа, вновь сумели навязать свою повестку дня. Причем на этот раз, возможно, вопреки своему реальному желанию, с помощью нынешнего руководства Израиля. Да, понятно, что Нетаньяху, как и Трамп, сам сидит на раскаленной сковородке, но не ценой же таких рисков для самого существования своей страны нужно выкручиваться?

Впрочем, как раз эти аспекты я разбирать не буду. А перейду, с моей точки зрения, к базовой проблеме всего современного мира. Дело в том, что раньше, до конца 80-х годов, в мире было две силы. И каждая страна (даже ближневосточная) должны была просто выбрать себе сюзерена и с ним договариваться, о том, какие условия нужно выполнять для того, чтобы ее «крышевали». Причем условия эти были часто достаточно комфортными и не очень обременительными. Иногда даже можно было менять сюзерена (например, так поступил Египет в начале 70-х годов). Но по общим вопросам договаривались уже сами сюзерены. Затем наступило время гегемонии США. Которые нарисовали себе некоторую картину мира и начали ее реализовывать. К сожалению, у них было две проблемы. Первая — эта картина далеко не всегда согласовывалась с реальностью. Ну, например, невозможно мусульманам объяснить про «свободу» и «демократию»! Ну какая свобода, если Аллах уже все, что нужно, сказал, устами Мохаммада! А то, что он недосказал, говорят в виде фетв уважаемые муллы, причем без какой бы то ни было оглядки на результаты выборов! Но это еще полбеды!

Вторая проблема в том, что смена власти в США приводила к тому, что в их единой и системной картине мира делались косметические изменения. Беда в том, что это при взгляде на глобус они косметические, а для конкретных стран и даже иногда целых регионов, это принципиальное изменение всей жизненной среды! Достаточно вспомнить устроенную Клинтон «арабскую весну»! А начало экономического кризиса в Западном мире привело к тому, что даже ту системную картинку, которая была нарисована на глобусе, стало невозможно реализовать.

И вот тут начались самые серьезные проблемы. Это раньше проблема «А» и проблема «Б» друг другу не мешали, поскольку все, кто их реализовывал, знали, что если что-то не так, то нужно обратиться в соответствующее американское посольство и там всех аккуратно разведут. А сейчас все изменилось. Попытки решения проблемы «А» не просто требуют ресурсы, которые категорически необходимы для решения проблемы «Б», но и, в связи с нехваткой базовых ресурсов (ну, то есть, денег!), приходится задействовать разного рода местные, в том числе административные, ресурсы. Которые начинают конфликтовать с теми, кто реализует проблему «Б». И обращаться в посольство бессмысленно — как только оно начнет вмешиваться во внутренние разборки на местах, тут же начинается катастрофа.

Единственный вариант, это резко упрощать картину мира, сокращать количество решаемых проблем и концентрировать ресурсы на них. Но у каждой проблемы из базовой картины мира в США есть свои лоббисты (или кто-то думает, что распил бюджетов придумал «кровавый тиран» Путин?), которые уступать друг другу не собираются. В результате сокращающийся ресурс растаскивают на все старые проблемы, так, что уже никакую решить просто нельзя, не говоря уже о появляющихся новых. Более того, попытки концентрировать ресурс на какой-то одной конкретной проблеме приводит к тому, что она начинает противоречить каким-то другим, от которых, по политическим, идеологическим или экономическим причинам отказаться никак нельзя. Теоретически, такая ситуация требует нарисовать принципиально новую картину мира. Согласованную с новыми реалиями и новыми (сильно сократившимися) ресурсами. Но такую работу никак невозможно сделать в условиях демократии быстро! Тем более в условиях постоянно меняющейся обстановки!

В результате получается потрясающая ситуация: чем больший ресурс удается сконцентрировать на решении какой-то конкретной проблемы, тем сильнее обостряются все остальные, тем больший пласт политических противников появляется в самих США у тех, кто эту проблему пытается решить! Те, кто следил за ситуацией в СССР в конце 80-х хорошо помнит эту ситуацию, которая у очень многих людей вызывала тяжелую депрессия со всеми вытекающими последствиями. Собственно, резко выросшая смертность в стране, частично именно с этим и связана. США сейчас только подходят к этой ситуации и уже почти очевидно, что они в нее войдут, причем куда более резко, чем наша страна.

И сегодня на Ближнем Востоке мы видим именно этот эффект: как только мы берем какую-то разумную позицию и начинаем пытаться смоделировать, что нужно сделать для того, чтобы ее реализовать, мы обнаруживаем, что требуемые действия начинают противоречить другим вполне разумным позициям. А согласовать эти разумные позиции ну никак не получается… Поскольку ресурсов удовлетворить всех участников на согласование действий просто нет… Физически… А это значит, что общая картина мира, в том числе и Ближнем Востоке, будет выглядеть все менее и менее устойчивой. И пока ничего с эти сделать нельзя.

Источник: Колокол России