Американские демократы рискуют «потерять евреев»
Инициативу на том, левом фланге западной мысли постепенно захватывают люди, не любящие евреев
Громкий уход очередной звезды журналистики из The New York Times — это не один скандал, а два. Первый вписывается в общую картину американо-европейской травли тех, кто не угодил либеральной ультраортодоксии по всем обязательным параметрам, от "расизма" до ЛГБТ и далее. А второй скандал… дело в том, что Бари Вайс, демонстративно и эффектно написавшая сейчас письмо об отставке из газеты, не так давно была названа изданием Jerusalem Post седьмой по влиянию еврейкой мира (в рейтинг входят лица обоих полов). Потому что звезда, обладатель премий и прочих регалий — да она просто хорошо пишет.
И тут возникает тема, ранее громко не звучавшая: за кого будет голосовать еврейская община США на президентских выборах 3 ноября? Какие внутри нее возникают сдвиги на фоне нескончаемой идейной истерики, затронувшей и когда-то ведущую газету страны, и вообще всю американскую жизнь?
Что касается газеты, то речь о продолжении истории, хорошо известной: когда этим летом журналистский коллектив затравил руководителя отдела мнений Джеймса Беннета, заставив его уволиться. Потому что Беннет опубликовал комментарий — то есть личное мнение — республиканского сенатора Тома Коттона о том, что надо вводить войска в города и штаты, управляемые демократами, где местные власти мешают полиции остановить погромы, грабежи и прочее.
Бари Вайс, работавшая в отделе мнений под руководством Беннета и сама много писавшая, в окопе отсиживаться не стала — похоже, сразу перешла в наступление. За несколько часов до увольнения своего начальника она публично заявила, что внутри газеты идет гражданская война. И сейчас, после месяца с лишним той самой внутренней войны, она не просто написала письмо об увольнении — она сделала из него событие международного масштаба. В том числе и потому, что синхронизировала его с таким же эффектным письмом 150 писателей и публицистов (включая Джоан Роулинг и Ноама Хомски), которое по сути о том же. Об удушении свободы мнений.
Что в ее письме действительно интересного: Бари позиционирует себя как "центристку", как человека, который пришел в эту газету, чтобы избавить ее от катастрофы, случившейся в 2016 году (когда президентом избрали Дональда Трампа). Да, девушка слегка самонадеянная, но она хороший диагност. Она пишет: демократы, захватившие в редакции власть, не понимали собственную страну, поселились в своем воображаемом мире, поэтому не смогли ни предсказать результаты выборов, ни смириться с ними. В таких ситуациях газете требуется свободная дискуссия людей с разными позициями — для этого, собственно, и существует в любом СМИ раздел "мнения". Вот она туда и пришла.
Но, как мы и сами видим по этой ставшей нечитабельной газете, ситуация там лишь ухудшилась. Сторонников свободного обмена мнениями, включая Бари, просто выживают из команды. Публиковать можно только то, что считают кошерным нынешние демократы. И так по всем США, а также в идейно близких странах.
А теперь маленькая деталь травли этой замечательной женщины: ей в спину шипели "нацистка". Почему? Потому что она постоянно писала "о своих евреях". Кстати, она вдобавок ко всему автор прославленной книги "Как бороться с антисемитизмом".
Так вот, в сегодняшних "прогрессистских" кругах именно это начинают потихоньку называть нацизмом, представьте себе. Перед нами очень существенный сдвиг в сознании тех, кого еще вчера именовали либералами и демократами. И об этом сдвиге — в США и Европе — Бари не раз писала и говорила.
Инициативу на том, левом фланге западной мысли постепенно захватывают люди, не любящие евреев, Израиль, зато состоящие во все более теплых отношениях с исламскими радикалами. Интересуетесь, откуда брались в рядах джихадистов в Сирии вполне европейские европейцы? Вот оттуда. Вспомнили о слегка остывшем сюжете с "сирийскими беженцами" в Европе, некоторые из которых прекрасно вписались в ряды местных демократов и левых радикалов и начали объяснять, как ранят их чувства церкви и кресты? И это о том же.
"Теперь добавьте еще один элемент в эту токсичную смесь: модный антисемитизм крайне левых, который маскируется под антисионизм и антирасизм". Для леваков "Израиль, еврей среди прочих наций, считается последним бастионом белого, расистского колониализма". Евреи умеют улавливать антисемитизм с крайне правого фланга, но теперь есть "ненависть слева, закутывающаяся в плащ прогрессивных ценностей". Кто это писал и где? Понятно, что Бари Вайс, когда она еще работала в The New York Times.
А теперь неожиданная концовка: на днях в одном из закрытых и престижных клубов Москвы выступал Дмитрий Щиглик, член президиума Всемирного сионистского конгресса. Эта та самая, изначальная организация (основана в 1897 году). Он описывает ситуацию в США следующим образом: в стране до пяти миллионов евреев. Из них "русских" — до полутора миллионов, они все традиционно голосуют за республиканцев. Но прочие десятилетиями были не просто за демократов — к выработке идеологии последних причастно множество еврейских мыслителей, публицистов, интеллектуалов. И тут они — или часть их — увидели, что запущенный ими процесс заходит куда-то не туда. Что будут делать, пока не ясно.
Чем ближе к ноябрьским выборам, тем чаще идеологи с обеих сторон американского противостояния триумфально фиксируют судорожные метания существенных групп избирателей. Демократы восторгаются тем, что рабочие и тому подобные персонажи из "красных" штатов перебегают в лагерь "Трамп — никогда". Республиканцы с удивлением видят, что к ним начинает тяготеть все больше черных. Предсказать итоги выборов поэтому предельно трудно, а тут еще евреи, которым все менее комфортно среди старых друзей-демократов…
Евреи и рабовладение: мифы и реальность
История о выходе из рабства в Торе стала символом для народов, стремящихся к независимости
Антисемиты воспользовались волной Black Lives Matter и утверждают, что евреи доминировали в работорговле.
Одним из самых опасных антисемитских утверждений стал тезис о доминировании евреев в атлантической работорговле и порабощении африканцев в Новом Свете. Существует опасение, что движение BLM находится под влиянием этой антисемитской риторики.
Как и во всех формах лжи, здесь есть зерно истины: небольшое количество евреев были работорговцами и рабовладельцами. Еврейская библия (Тора) принимает рабство как факт жизни; иудаизм не развивал аболиционистского движения. Тем не менее можно утверждать, что иудаизм по сути своей является аболиционистской религией.
Все древние культуры видели рабство, как норму; Тора же видит массовое рабство в Египте и Месопотамии с точки зрения раба — как явление отвратительное. Борьба евреев с рабством проходит лейтмотивом через всю историю этого древнего народа.
Греко-римское понятие «естественного рабства» было несовместимо с иудео-христианской верой в равенство всех перед Богом.
Тора подчеркивает ценность свободной личности, созданной «по образу Бога». В иудейской вере каждая человеческая жизнь имеет значение — это целый мир. Тора выступает против злоупотреблений властью, особенно против рабства, и посвящена разрушению жестоких империй. Главный нарратив Танаха — о порабощенном народе, который вырвался на свободу, принял свои законы и создал независимое государство.
Исход евреев из египетского рабства каждый день упоминается в еврейских молитвах и почти во всех праздниках.
Тора критикует рабство. Пророк Шмуэль осуждает царей за порабощение народа посредством налогов, принудительного труда и военной службы, а также конфискации земли. Более поздние пророки были встревожены тем, что в период существования Израильского и Иудейского царств рабство стало распространенным, заурядным явлением.
Царь Ровоам, сын Соломона, ухудшил положение: «Отец мой наказывал вас плетьми, а я буду наказывать скорпионами»0 (I ЦАР 10: 11). Высокомерие царя привело к первому восстанию рабов. Царство раскололось на Израиль и Иудею.
Пророческое противостояние рабству, продолжалось в течение всего монархического периода. Последний царь Иудеи, Цидкияху, столкнувшись с вавилонским нашествием в VI веке до н. э., провозгласил освобождение рабов, но не смог довести его до конца. Пророк Иеремия, осудил государство и предупредил о поражении и изгнании из страны как о Божественном наказании. Предсказание сбылось и, что еще хуже, евреи были вынуждены стать рабами в Вавилонии (II летопись 36: 20).
Затем евреи вернулись в землю Израиля и через несколько веков на них снова обрушилась теперь уже Римская империя, после того как римляне подавили три еврейских восстания в I и II веках н. э., многие евреи опять были проданы в рабство.
Эта печальная история народа, обретавшего свободу, а затем снова попадающего в рабство, породила отвращение к рабству в Торе и еврейской жизни. Рабства невозможно было полностью избежать, но оно не поощрялось.
Исторически иудаизм стремится ограничить рабский труд, особенно евреев среди своих собратьев, настаивая на правах рабов и обязанностях господ: приобрести еврейского раба означало приобрести господина (Киддушин 20а).
Недавнее символическое снесение статуй исторических деятелей, связанных с рабством, таких как Эдвард Колстон в Бристоле, имеют прецедент в Торе: в книге Даниила (2 век до н. э.) говорится о большой статуе из золота, серебра и меди, с глиняными ногами — символе могущественных древних империй, построенных рабами — эта статуя была повержена.
На пасхальном седере, посвященном исходу евреев из Египта, вспоминают ужасы рабства. Талмуд подчеркивает, что даже самый бедный человек должен принимать участие в пасхальной трапезе и радоваться свободе (Песахим 108а).
Монотеистическая вера, как и образование – защищала людей от рабства. К средневековью еврейское рабство было редкостью; когда евреи попадали в плен, еврейские общины делали все, чтобы выкупить собрата.
В современную эпоху бесчисленное множество евреев были порабощены немцами, прежде чем быть убитыми в Холокосте. Еще свежа память о тех страшных годах и по этой причине Песах для современных евреев имеет особое значение как праздник освобождения.
История о выходе из рабства в Торе стала символом для народов, стремящихся к независимости. Так, американцы во время войны за независимость (1776-1783) видели в Вашингтоне Моисея, а в короле Георге III — фараона. Оригинальная печать США изображала еврейских рабов, пересекающих море, чтобы обрести свободу.
В Италии «Хор еврейских рабов» Джузеппе Верди в опере «Набукко» (1842 г.), написанной за два десятилетия до обретения Италией независимости, представляет собой лоскутное одеяло библейских текстов, выражающих мечту израильских рабов об освобождении. «Хор еврейских рабов» стал неофициальным национальным гимном Италии.
Ветхий завет — Тора вдохновлял тех, кто боролся с рабством и эксплуатацией, включая Уильяма Уилберфорса и Авраама Линкольна, Мартина Лютера Кинга и Нельсона Манделу.
Теология освобождения, как правило, звучит в странах, где нарушаются права человека, например, в Африке, Латинской Америке, Китае и других. Гораздо реже она звучит в синагогах и церквях Европы.
Jewish Chronicle, перевод Эфрат Шалем