Дорогие пропалестинские протестующие, вас ничего не смущает?
Я слушал запись, на которой террорист звонит своим родителям 7 октября и хвастается, что убил 10 евреев, а родители благословляют его

Открытое письмо сторонникам палестинских протестов.
Вы протестуете в кампусах, прерываете политические митинги и высказываете свое мнение в других местах. Признаюсь, я не до конца понял вашу систему ценностей, которая защищает террористов, обезглавливающих и сжигающих заживо мирных жителей, изрешечивающих младенцев пулями, совершающих групповые изнасилования женщин, а затем шумно отмечающих свой беспредел.
Я слушал запись, на которой террорист звонит своим родителям 7 октября и хвастается, что убил 10 евреев, а родители благословляют его. Я не знаю, что со мной не так, чтобы понять такую родительскую гордость.
Я также пытался понять вашу поддержку ХАМАСа, который использует мирных жителей в качестве щитов, стреляя из мечетей, жилых домов, туннелей под гражданскими объектами инфраструктуры, школами и т.д.
Например, я не понимаю, как Queers for Palestine поддерживают ХАМАС, когда, если бы они жили под властью ХАМАСа, их бы обезглавили, а под властью Палестинской автономии они бы отсидели 10 лет в тюрьме за гомосексуализм.
Еще у нас есть женщины-протестующие, женщины, которые в «государстве ХАМАС» подвергались бы серьезным ограничениям, включая необходимость иметь опекуна-мужчину, чтобы просто путешествовать.
Прошу прощения за мою интеллектуальную и моральную неспособность разобраться в этом. Мне немного стыдно за себя — это ударило по моей самооценке за то, что я не смог понять, что вы поддерживаете дикость и смертельную дискриминацию во имя гуманизма.
Я беру на себя всю ответственность. Не заблуждайтесь, я пытался. Я пытался и пытался разобраться с этим в своей голове, но безрезультатно. И снова мне стыдно!
Учитывая вашу одержимость Израилем, я также недоумеваю, почему другие злодеяния в мире ускользают от вашего внимания. Узнав о вашей бескомпромиссной приверженности гуманизму, я перечисляю некоторые из этих злодеяний, которым вы могли бы уделить немного протестной энергии. Учитывая ограниченность места, о каждом из них я расскажу лишь вкратце.
Начнем с Судана на северо-востоке Африки.
Миллионам людей грозит голод; женщин ежедневно подвергают групповым изнасилованиям; детей расстреливают в кроватях; этнические чистки — цель вооруженных сил. Сотни тысяч мирных жителей погибли; никто точно не знает, сколько именно.
«В этом есть расистский элемент, — пишет Николас Кристоф, обозреватель New York Times. — Милитанты-арабы называют своих жертв рабами и оскорбляют их на основе их (неарабы часто имеют более темную кожу. Похоже, что ополченцы пытаются систематически уничтожать неарабские племена в этом районе».
Если это вас не интересует, обратите внимание на Йемен.
«Гуманитарный кризис в стране считается одним из тяжелейших в мире из-за широко распространенного голода, болезней и нападений на гражданское население», — пишет Совет по международным отношениям.
ЮНИСЕФ добавляет:
«В Йемене имеет место один из крупнейших гуманитарных кризисов в мире: около 9,8 миллиона детей нуждаются в гуманитарной помощи. После девяти лет конфликта социально-экономические службы Йемена по-прежнему находятся на грани полного краха, а конфликт, масштабное перемещение населения и повторяющиеся климатические потрясения сделали население уязвимым к вспышкам инфекционных заболеваний. Миллионы детей не имеют доступа к чистой воде, санитарии и гигиене, в стране продолжаются регулярные вспышки холеры, кори, дифтерии и других заболеваний, предотвращаемых с помощью вакцин».
Это вам тоже не нравится? Хорошо, а как насчет Пакистана?
Из Википедии:
«В октябре 2023 года правительство Пакистана объявило о плане депортации иностранных граждан, которые либо не имеют действующих виз, либо просрочили их более чем на год. Массовые депортации должны затронуть в первую очередь афганцев, которые бежали в Пакистан после захвата Афганистана талибами. На момент объявления приказа о депортации в Пакистане проживало 3,8 миллиона афганцев. Афганцы составляли 95% иностранных граждан в Пакистане».
Можете считать меня придирчивым, и хотя мне не хватает вашей приверженности морали, я бы подумал, что любой из этих трех пунктов заслуживает возмущения. Но я дам вам преимущество и позволю выбрать из других гуманитарных катастроф в мире, в том числе в Сирии, Демократической Республике Конго, Афганистане, Эфиопии, Мьянме, Гаити.
New Humanitarian, который называет себя независимой некоммерческой редакцией, отмечает: «...Важно помнить, что многие... кризисы... слишком легко забываются СМИ и игнорируются донорами помощи [и протестующими] — часто просто из-за их сложности или относительного отсутствия геополитической значимости».
Уважаемые антиизраильские активисты, если ничего из вышеперечисленного не разбудит ваши протестные аппетиты, то, согласно различным сайтам в Интернете, в настоящее время 32 страны находятся в состоянии войны. Недостатка в потенциальных местах протеста нет; есть из чего выбрать.
Если вы решите рассмотреть другие возможные цели для своего возмущения, вам не придется отказываться от дела Газы. Почему бы вам не разделиться на группы, каждая из которых займется одним кризисом.
Я уверен, что убийцы мирных жителей, насильники и террористы в воюющих странах с уважением отнесутся к вашим претензиям на «свободу слова» и с нетерпением будут ждать возможности вступить с университетскими профессорами в дискуссию об академической свободе.
Выбирая новые места для протестов, приглашайте представителей ООН, мировых лидеров, разделяющих ваши «ценности», особенно из ЮАР, которые постоянно выдвигают обвинения против Израиля в Международном суде и Международном уголовном суде, но игнорируют гуманитарные кризисы на своей собственной территории. Судя по всему, Южная Африка вас полностью понимает.
Наконец, предупредите ведущие средства массовой информации, потому что они, как и вы, страдают от тяжелого случая политической, моральной и гуманитарной амнезии.
Times of Israel, перевод Якова Скворцова
Есть ли разница между сжиганием книг и их запретом?
Америка 2024 года — это не нацистская Германия, однако в ней все чаще и чаще происходит «отмена» (запрет) книг

Хрустальная ночь 1938 года вошла в историю как одна из самых трагических дат в еврейской (и немецкой) истории — и по праву. Захватив множество книг из еврейских частных домов и библиотек, нацисты сожгли их на огромных кострах — как бы предвещая грядущий пожар в Европе и Холокост.
Америка 2024 года — это не нацистская Германия, однако в ней все чаще и чаще происходит «отмена» (запрет) книг (и не только книг) «сионистов» (читай: «гордых евреев», поддерживающих Израиль) и других авторов, чьи идеи и философия считаются неприемлемыми и, следовательно, незаконными (несколько дней назад в школьной системе штата Юта было отменено несколько книг лауреата Букеровской премии Маргарет Этвуд). Возникает вопрос: сжигание книг и их запрет — это одно и то же? Мой ответ: нет, но...
Сначала «Нет». На самом деле, несколько «нет». Во-первых, Америка сегодня страдает от повсеместной отмены книг. В одних случаях это инициированные или одобренные властями проекты, в других — проекты частных лиц, в третьих — гибриды. Например, губернатор Флориды Рон Десантис в 2022 году подписал закон, который расширил участие общественности в проверке материалов, используемых в школах, и позволил неограниченно требовать запрета книг в школьных библиотеках по всему штату. Это явление вскоре вышло из-под контроля, так что позже губернатору пришлось частично отступить, приняв в 2023 году закон, ограничивающий не родительские жалобы на то, как в школах преподается информация о сексе, гендере и других «будоражащих» темах — но родители школьников могли и дальше продолжать ополчаться на подборки своих библиотек.
Однако стоит отметить, что «отменяет» здесь не само правительство, а общественность (Хрустальная ночь была явно разжигаема и возглавлялась провластными лакеями). Первая поправка к Конституции Америки все еще действует — или, лучше сказать, «буксует». Попадет ли она полностью в руки толпы, отменяющей книги, — это вопрос, который предстоит решить нынешнему гиперконсервативному Верховному суду.
Второе различие между тем временем и сегодняшним — это источник (или, лучше сказать, источники) таких антикнижных нападок. Если в нацистской Германии они исходили исключительно от крайне правых, то в Америке 2024 года они исходят от крайних флангов обоих идеологических лагерей. Правые пытаются задушить «проснувшиеся» темы (антирасизм, разнообразие, мультикультурализм, даже равенство!); левые пытаются предотвратить публикацию и продажу книг, а также предоставление микрофона ораторам, если считают их сионистами, расистами, гомофобами и т. д. и т. п.
Последний вопиющий пример последнего: Габриэль Зевин — автор бестселлеров, чья книга «Завтра, завтра, завтра», роман о дизайнерах видеоигр, уже два года находится в списке бестселлеров. Недавно New York Times включила его в список ста лучших книг XXI века. Зевин имеет еврейские и корейские корни — более мультикультурной книги и не придумаешь! Но теперь американские сторонники палестинского движения в литературном мире обвиняют ее в том, что она «сионистка» и поэтому ее произведения (у нее есть еще девять опубликованных книг) должны бойкотироваться. Что в этом такого? Она никогда не публиковала и не высказывала никакого мнения об Израиле! Очевидно, что крайне левые сошли с рельсов не меньше, чем крайне правые.
И это в стране, где свобода слова считается высшей ценностью (именно поэтому она прописана в ПЕРВОЙ поправке к Конституции). В каком-то смысле тот факт, что такое кардинальное право подвергается нападкам с обеих сторон, пожалуй, даже опаснее, чем официальное участие правительства в цензуре, поскольку это отражает очень глубокий раскол в американском обществе. А если к этому добавить еще и участие правительства (на уровне штатов), то все становится еще более тревожным.
Сравните это с Израилем, где нет писаной Конституции. В еврейском государстве не существует культуры отмены, возможно, потому, что народ Книги по-прежнему высоко ценит, если не сказать сакрализирует, любую литературу. Правда, нынешнее правительство пытается косвенно (но не так тонко) контролировать прессу. Обвинительное заключение премьер-министра Нетаньяху по «Делу 2000» — самый вопиющий, но не единственный пример (посмотрите на поддерживаемую правительством подоплеку появления 14-го канала или недавнее отстранение Равива Друкера от участия в программе расследований на 13-м канале). Тем не менее, израильская пресса свободна и язвительна, о чем хорошо знает любой читатель Times of Israel (и Haaretz, Yediot Ahronot).
Дело не в том, что идеологически Израиль — это Швейцария, страна крайней умеренности и компромисса (оксюморон нарочитый) — далеко не так. Идеологические расхождения, разногласия и споры в еврейском государстве — явление эндемическое. Несмотря на все это, талмудическая этика все еще жива и процветает: elu v'elu divrei elohim cha'yim (в вольном переводе: и это мнение, и то мнение по-своему правильны).
Америка вроде бы придерживается иудео-христианских ценностей. Независимо от того, существует ли такое животное или нет, дяде Сэму не повредит вернуться к некоторым из своих мнимых иудейских корней. В противном случае, хотя, возможно, он и не находится на пути к очередной хрустальной ночи, все же дальнейшая отмена книг и людей сделает его просто еще одной закрытой страной, а не лидером свободного мира, к чему он стремится.
Times of Israel, перевод Якова Скворцова




