Двойные стандарты по-французски
Франция еще не осознала, что ее позиция в отношении Израиля поощряет врагов не только еврейского государства, но и Пятой республики
Циля Гершкостарший научный сотрудник Центра стратегических исследований им. Бегина-Садата при Бар-Иланском университете
Во время конфликта в Газе в мае 2021 года, который начался с залпа ракет ХАМАСа по Иерусалиму, Франция осудила террористическую организацию и выразила поддержку праву Израиля на самооборону. В то же время она потребовала от Израиля сдержанности на том основании, что насилие якобы является результатом отсутствия политического прогресса в отношениях с палестинцами, провокационного характера еврейских поселений на Западном берегу и якобы нарушения Израилем статус-кво Иерусалима.
Франция еще не осознала, что применяемые ею двойные стандарты в отношении борьбы Израиля с терроризмом поощряют не только исламистских врагов Израиля, таких как террористические организации ХАМАС и «Исламский джихад», но и исламистских врагов самой Пятой республики, которые представляют реальную опасность для ее секулярных республиканских ценностей.
8-го августа во Франции открылся «судебный процесс века». Обвиняемые подозреваются в причастности к самому страшному теракту в современной истории страны, который произошел 13 ноября 2015 года. В тот день 130 человек погибли и почти 400 получили ранения в результате скоординированных террористических атак, произошедших одновременно в театре Bataclan, на футбольном стадионе (Stade de France) и в нескольких парижских кафе.
Около года назад был проведен судебный процесс над некоторыми из обвиняемых в причастности к нападениям в январе 2015 года, жертвами которых стали редакция сатирической газеты Charlie Hebdo и кошерный супермаркет. Эти два крупных террористических нападения потрясли французский народ, как и другие чудовищные теракты, совершенные впоследствии во Франции, в основном местными исламистами.
В результате во Франции был принят ряд законов, направленных на борьбу с терроризмом, а также с нелегальной иммиграцией, которая часто воспринимается как угроза национальной безопасности. Эти срочные реформы были несколько ослаблены серьезными политическими разногласиями между левыми и правыми, а также последующей дисквалификацией Конституционным судом Франции некоторых положений новых законов в связи с возможным нарушением прав человека.
В то время как Франция резко осуждает исламских террористов, действующих на ее территории, и часто заявляет о своей решимости бороться с этим явлением, она по-прежнему неоднозначно относится к решимости Израиля делать то же самое.
Это было подчеркнуто во время конфликта в Газе в мае. 13 мая президент Эммануэль Макрон выступил с заявлением, в котором «решительно осудил ракетные обстрелы израильской территории, ответственность за которые взяли на себя ХАМАС и другие террористические группировки, подвергающие серьезной опасности жителей Тель-Авива и других израильских городов и подрывающие безопасность Израиля». В то же время он выразил соболезнования «в связи с многочисленными смертями палестинских гражданских лиц в результате военных операций и столкновений с Израилем».
Макрон проигнорировал тот факт, что ХАМАС намеренно использовала население Газы в качестве живого щита и запускала ракеты из гражданских районов, а также то, что значительная часть жертв среди палестинцев была вызвана неудачными запусками ракет ХАМАСа. Макрон также повторил традиционную французскую теорию о том, что кризис является результатом тупика в мирном процессе с палестинцами, и призвал к мирному решению израильско-палестинской проблемы.
В период с 10 по 21 мая Министерство иностранных дел Франции опубликовало несколько заявлений, в которых осудило действия ХАМАСа, воздержавшись от того, чтобы назвать его террористической организацией. Французские заявления содержали критику в адрес Израиля. Например, 10 мая министерство осудило ракетный обстрел из сектора Газа израильской территории накануне вечером, но в то же время призвало «всех участников конфликта проявлять максимальную сдержанность и воздерживаться от любых провокаций, чтобы спокойствие было восстановлено как можно быстрее».
Министр иностранных дел Жан-Ив Ле Дриан повторил заявление Макрона о праве Израиля на самооборону. Однако 23 мая, когда прекращение огня в Газе уже вступило в силу, он сделал крайне сомнительное заявление. Ссылаясь на массовые беспорядки израильских арабов в нескольких городах Израиля во время вспышки, он предупредил о риске «продолжительного апартеида» в Израиле, если палестинцам не удастся получить собственное государство.
Это заявление было резко осуждено тогдашним премьер-министром Биньямином Нетаньяху, который назвал комментарии Ле Дриана «наглым, ложным утверждением, не имеющим под собой никаких оснований», добавив, что Израиль «не потерпит лицемерной и лживой морализаторской проповеди». Министр иностранных дел Израиля Габи Ашкенази вызвал французского посла и сказал ему, что комментарии Ле Дриана «неприемлемы, безосновательны, далеки от реальности, и Израиль отвергает их с порога». «Израиль ожидает, что его друзья не будут выражать свое мнение безответственным образом», — добавляется в заявлении МИДа. Ашкенази назвал комментарии Ле Дриана «подарком экстремистским элементам и террористическим организациям».
Очевидно, что реакция Франции была вызвана не только заботой о жителях Газы, но и внутриполитическими соображениями. Франция опасалась, что события в Газе приведут к бурным демонстрациям местных мусульман и росту антисемитских нападений на французских евреев (как это происходило во время предыдущих раундов войны между Израилем и террористическими группировками, базирующимися в Газе). Действительно, министр внутренних дел Франции запретил демонстрацию «сторонников Палестины в Париже» 14 мая. Несмотря на запрет, сотни французских сторонников ХАМАСа собрались на демонстрацию, отказались от требований полиции разойтись и напали на полицейских.
Эти события во Франции иллюстрируют уязвимость ее борьбю с растущими очагами бедности и преступности, зачастую расположенными в пригородах со значительным мусульманским населением. Очевидно, что попытка угодить французским мусульманам, заняв показную «сбалансированную» позицию по палестино-израильской проблеме, не решает серьезных проблем, связанных с отношениями Французской Республики со своим мусульманским населением. Многие мусульманские иммигранты, особенно североафриканского происхождения, не интегрировались во французское общество и экономику и отчуждены от Франции. Рост влияния радикальных исламистов среди французских мусульман выражается, в частности, в увеличении числа тех, кто считает законы шариата выше законов Французской Республики.
К числу других тревожных явлений относится потеря французскими властями контроля над населенными мусульманами пригородами, участившиеся нападения на полицейских и повергающие в ужас террористические акты, совершаемые радикально настроенными французами.
Один из самых ужасных инцидентов произошел в октябре 2020 года, когда учитель средней школы Самуэль Пати был обезглавлен мусульманским иммигрантом в качестве мести за то, что он показал своим ученикам карикатуры на Мухаммеда из Charlie Hebdo. Заявление Макрона о поддержке публикации карикатур как соответствующего французскому республиканскому идеалу свободы выражения мнений привело к массовым антифранцузским демонстрациям по всему арабскому и мусульманскому миру. Макрон, который был удивлен масштабами массовых демонстраций ненависти к Франции, принес своего рода публичные извинения в интервью «Аль-Джазире». Макрон сказал, что понимает чувства мусульман, которые были шокированы демонстрацией карикатур на Мухаммеда, но добавил, что «радикальный ислам... представляет угрозу для всех людей, особенно для самих мусульман». Он добавил: «Карикатуры не являются государственным проектом, а появились в свободных и независимых газетах, которые не связаны с правительством».
Исторический судебный процесс по делу Bataclan, хотя и принес определенное возмездие для жертв, не обязательно свидетельствует о том, что Франция полностью осознала зловещие угрозы, исходящие от радикального исламизма. Франция также не осознала настоятельную необходимость настойчивого и бескомпромиссного осуществления антитеррористических мер. Франция еще не осознала, что ее двойные стандарты в отношении борьбы Израиля с терроризмом поощряют не только исламистских врагов Израиля, таких как ХАМАС и «Исламский джихад», но и радикальных исламистских врагов самой Франции, которые представляют реальную опасность для светских республиканских ценностей и образа жизни Пятой республики.
Исраэль а-йом, перевод Ильи Амигуда
Для чего США потребовалось консульство в Иерусалиме?
Посольство США в Иерусалиме уже предоставляет консульские услуги палестинцам. Зачем им нужно независимое консульство в том же городе?
Администрация Байдена пытается частично отменить одно из величайших дипломатических достижений Израиля за последние десятилетия — признание суверенитета еврейского государства над всем Иерусалимом со стороны США, которое поддержали многие другие страны. Хорошая новость заключается в том, что в отличие от других дипломатических атак, у израильского правительства есть возможность противостоять этому.
США настаивают на открытии нового дипломатического представительства в Иерусалиме — такого, которое будет обслуживать Палестинскую автономию. Посольство США в Иерусалиме уже предоставляет консульские услуги палестинцам. Это неслыханная практика: иметь независимое консульство в том же городе, где находится посольство. Смысл создания отдельного консульства заключается в том, чтобы дезавуировать признание Иерусалима бывшим президентом США Дональдом Трампом. Однако согласно международному праву, США потребуется разрешение Израиля на этот шаг.
США не хотят открывать консульство только ради дипломатических связей с ПА. Если бы они хотели только этого, они могли бы легко сделать это, открыв представительство в Абу-Дисе или Рамалле — там, где большинство других стран держат свои миссии. Или они могли бы вновь открыть палестинскую миссию в Вашингтоне, которую Трамп также закрыл. Но, требуя от Израиля консульства в Иерусалиме, администрация Белого дома показывает, что речь идет не только о том, чтобы иметь удобное место, где можно выпить кофе с Махмудом Аббасом.
На самом деле целью открытия консульства является признание палестинских претензий на Иерусалим. Если у ПА нет законных притязаний на Иерусалим, то нет причин для открытия там консульства. Конечно, именно поэтому открытие консульства является главным требованием радикально антиизраильски настроенной Ильхан Омар, члена Палаты представителей. Бывший посол США в Израиле Дан Шапиро еще до последних выборов в США ясно дал понять, что открытие отдельного консульства для палестинцев призвано сигнализировать о поддержке США статуса Иерусалима как палестинской столицы.
В самом деле, с 1844 года у США было отдельное от посольства консульство в Иерусалиме. Но это было сделано потому, что США не признавали Иерусалим даже находящимся на территории Израиля (и очевидно, что это консульство было создано без всякой связи с палестинцами). Когда Трамп признал Иерусалим столицей и перенес посольство, ему пришлось закрыть консульство, потому что его существование было просто несовместимо с этим признанием. Открытие консульства вернуло бы время назад, как было до признания США Иерусалима. Администрация Байдена знает, что у нее нет внутренней поддержки на полное непризнание Иерусалима — поэтому она идет навстречу требованиям крайне левых, отменяя естественные последствия признания.
Это было бы большой проблемой: с момента создания государства ни одно израильское правительство любой политической ориентации не разрешало открывать дипломатическую миссию не в Израиле. Это было бы беспрецедентно. Хотя в Иерусалиме есть несколько европейских консульств, не аккредитованных в Израиле, они возникли еще до создания государства.
Если Израиль разрешит открытие такого консульства, трудно представить, как какая-либо страна в будущем будет дипломатически способна открыть посольство в Иерусалиме без открытия параллельной миссии в ПА. Это закрепило бы представление о том, что «обе стороны имеют законные претензии на город».
К счастью, правительство Израиля понимает, насколько это принципиальный вопрос, и решительно отвергло предложения США. Министр иностранных дел Яир Лапид выразил свое несогласие даже более решительно, чем Биньямин Нетаньяху, когда новая администрация впервые подняла этот вопрос. Нетаньяху никогда не приходилось выдерживать значительного давления, которое продолжает оказывать Госдепартамент США. Лапид дал понять, что он понимает, что речь идет не о дипломатическом представительстве, а о статусе Иерусалима.
Но история еще далека от завершения, поскольку США недавно активизировали свои настойчивые требования. Администрация США пытается запугать Израиль, называя консульство «предвыборным обещанием» Байдена — хотя трудно найти какое-либо публичное заявление по этому вопросу во время его предвыборной кампании. Правительство Израиля должно ясно дать понять, что единоличный суверенитет Израиля над Иерусалимом не является «предвыборным обещанием» — это фундаментальная, очевидная аксиома.
Американцы показывают, что они могут просто попытаться надавить, объявив, что откроют консульство и рассчитывая, что Израиль согласится. Израилю необходимо уже сейчас заявить, что он не примет свершившийся факт. Дипломатическая миссия нуждается во многих вещах от правительства принимающей страны, от дипломатических виз и номерных знаков до координации действий по обеспечению безопасности. Если Беннет и Лапид хотят удержать США от попыток применить жесткую тактику, им следует уже сейчас заявить, что правительство ни в коем случае не признает новое диппредставительство, открытое без его согласия.
Исраэль а-йом, перевод Ильи Амигуда