11 ноября 2026, среда1 Кислева 5787 — конвертер дат
Логотип STMEGISTMEGI TVSTMEGI Junior
История, Традиции, Джуури 7 мин чтения 1,8 тыс. просмотров

Экскурсия по Израилю: Дом-музей первого президента Хаима Вейцмана (1874–1952)

Имя Хаима Вейцмана по праву вписано золотыми буквами в историю еврейского народа. Талантливый ученый, прекрасный политик, заботливый семьянин, глава Сионистской комиссии в Палестине (1918), первый президент Израиля (1949–1952), основатель и директор первого научно-исследовательского института в Эрец Исраэль.

СРедакция СТМЭГИ

Имя Хаима Вейцмана по праву вписано золотыми буквами в историю еврейского народа. Талантливый ученый, прекрасный политик, заботливый семьянин, глава Сионистской комиссии в Палестине (1918), первый президент Израиля (1949–1952), основатель и директор первого научно-исследовательского института в Эрец Исраэль.
Чтобы прикоснуться к жизни первого президента Израиля, необходимо обязательно посетить его дом-музей. А располагается он в городе Реховот, на территории названного в его честь научно-исследовательского института. Здесь же, в нескольких метрах от здания, находится могила Хаима и Веры Вейцман. Мемориальный камень на могиле представляет собой уменьшенную копию стандартного обелиска, устанавливаемого на британских военных кладбищах. По просьбе Веры это было сделано в память об их младшем сыне Михаэле (Майкле). Пилот королевских ВВС, он пропал без вести в 1942 году во время боевых действий на юго-западном побережье Франции.
Под стеклянным колпаком напротив дома установлен президентский автомобиль Ford Lincoln Cosmopolitan выпуска 1950 года, которым пользовались супруги. Это одна из 18 машин данной модели, причем единственная за пределами США. Автомобиль был передан президенту Израиля в качестве подарка от американского промышленника Генри Форда II. В 2001 году машину отреставрировали, и вместо номера на ней теперь установлен государственный герб Израиля, выполненный из бронзы.
Прежде чем пригласить в дом-музей, нас провели в просторный зал для демонстрации небольшого документального фильма «Король без королевства». Затем два русскоязычных гида – Броня и Виктория, – разделив группу на две части, провели с нами занимательную экскурсию.
Как поведала нам наша экскурсовод, одновременно с выполнением своих обязанностей председателя Сионистской организации и Еврейского агентства Хаим Вейцман продолжил заниматься наукой, основав научно-исследовательский институт имени Даниэля Зифа в Реховоте, где с 1932 года занимал должность его директора. В это время он приложил немало усилий для организации иммиграции евреев из нацистской Германии. Многие из еврейских ученых были приняты на работу в этот институт.
В настоящее время вряд ли найдется в мире такой президент, который бы совмещал с должностью политика свою основную работу. Действительно, упорную научно-исследовательскую деятельность Хаим Вейцман вел в течение всей жизни, совмещая ее с активной общественной работой, в которой преуспел еще больше. Занимаясь наукой, он прекрасно зарабатывал, у него свыше 120 патентов, один самых известных – на методику производства ацетона.
Дом первого президента Израиля был выстроен по заказу архитектора Эриха Мендельсона в 1934 году и представляет собой необычное трехэтажное здание с винтовой лестницей в центре. Но поначалу для этой цели был приобретен участок земли в 11 акров (44 000 кв. метров) на холме вблизи комплекса зданий института. Обошелся он чете Вейцманов в 5000 палестинских фунтов (сумма по тем временам очень значительная). Строительство завершилось в 1936 году, но Вейцманам тогда довелось прожить в новом доме всего 10 дней – необходимо было вернуться в Англию.
По замыслу архитектора, жилой дом президента должен был демонстрировать высокий статус его владельца, там предстояло принимать высокопоставленных гостей, в том числе и иностранных. При этом дом должен был оставаться жилым. Мендельсон придавал большое значение контексту застройки – климатическому, топографическому, культурному.
После провозглашения Государства Израиль 14 мая 1948 года уже на следующий день Хаим Вейцман был избран главой Временного государственного совета, а 16 февраля 1949 года Кнессет утвердил его в качестве главы государства. В день 75-летия первого президента по соглашению с семьей Зиф в 1949-м, еще при жизни Вейцмана, институту было присвоено его имя.
Скончался Хаим Вейцман 9 ноября 1952 года, Вера пережила мужа на 14 лет.
Как музей этот дом был открыт в 1978 году. Двадцать лет назад, в 1990-х, в нем были проведены реставрационные работы под руководством архитектора Гилеля Шокена.
На первом этаже пять комнат – просторный рабочий кабинет четы Вейцманов, такого же размера гостиная с камином, прихожая, столовая и кухня с подсобными помещениями. Все предметы обихода восстановлены по фотографиям – их увеличили и поместили на стенах как доказательство. Основное время экскурсоводы уделяют именно рабочей комнате, где на двух столах множество черно-белых фотографий – немых свидетелей жизни семьи Вейцманов. Такое впечатление, что жильцы этого дома всё еще здесь...
Поднимаясь на второй этаж, посетители попадают в спальню супругов Вейцманов и их сыновей – Михаэля и Биньямина. На одной из кроватей лежат трость и цилиндр хозяина. На третьем этаже находится небольшая комната для гостей. Связывает этажи спиралевидная лестничная башня, она служит высотной доминантой здания, подчеркивая статус его владельца. Иногда этот дом сравнивают с кораблем (тому подтверждением – круглые окна в рабочем зале, напоминающие иллюминаторы); такое впечатление, что башня играет роль капитанского мостика.
Три основных корпуса здания образуют закрытый дворик с бассейном, служившим для охлаждения в жаркие летние дни (сейчас в целях безопасности бассейн без воды). Все помещения одноэтажных боковых корпусов, выходящие во двор (библиотека, личный кабинет Вейцмана, еще одна комната), спроектированы с большими раздвижными окнами, через которые открывался вид на воду. По сторонам бассейна расположены дающие тень колоннады. Такие патио известны еще со времен Античности, и, по мнению архитектора, как нельзя лучше подходили к субтропическому климату Палестины.
Исключением из общей композиции можно считать небольшую комнату у входа в здание (к ней примыкала гардеробная для почетных гостей). Она была спроектирована специально для супруги президента Веры, которая любила заниматься составлением букетов. Интересный факт: каждый почетный гость получал от Веры букет из цветов, соответствующих цветам флага его государства. Например, когда приезжал премьер-министр Израиля Давид Бен-Гурион, букет состоял из белых и голубых цветов.
Несмотря на все попытки хозяев дома преуменьшить его пышность и значение, жители Реховота сразу же нарекли его дворцом. А после назначения Вейцмана на пост президента Израиля резиденция получила еще одно неофициальное название – «Белый дом».
Рядом с домом-музеем располагается Архив документов и личных вещей семьи Вейцманов, которые он вместе со своим домом завещал государству. Это хранилище является частью мемориального комплекса «Яд Хаим Вейцман» и находится в ведении одноименной израильской компании, действующей в интересах общества.

Из краткой биографии первого президента Израиля

Хаим Вейцман – один из лидеров мирового сионистского движения – родился в 1874 году в еврейском местечке Мотоль рядом с городом Пинск (Брестская область нынешней Белоруссии) в многодетной семье (15 детей, был третьим ребенком). Его отец, Евзор Вейцман, работал служащим в конторе по сплаву леса. Семья придерживалась еврейских традиций, хотя в те времена местечковые евреи уже прониклись веяниями сионистских идей национального возрождения. Его мать, Рахель-Леа Чмеринская (1852–1939), после смерти мужа в 1920 году переселилась в Эрец Исраэль, где основала первый дом для престарелых в Хайфе.
Начальное образование Хаим получил в хедере, по окончании которого он поступил в реальное училище Пинска. Первую академическую степень получил в Германии, в Дармштадтском политехническом институте. Затем он продолжил обучение в Королевском техническом колледже в Берлине. Вторую академическую степень и докторское звание защитил в 1899 году во Фрибурском университете в Швейцарии. В 1901-м он вступает в должность преподавателя биохимии в Университете Женевы. А спустя три года, в 1904-м, получает приглашение от Манчестерского университета и переезжает в Англию. Вскоре после переезда Хаим Вейцман женится на студентке медицинского факультета Манчестерского университета Вере (Ревеке) Хацман, дочери купца из Ростова-на-Дону.
Будучи студентом, присоединяется к сионистскому кружку, вдохновляемому идеями Теодора Герцля, и в 1897 году принимает участие в работе Второго Сионистского конгресса. Но вскоре, ввиду наметившихся идеологических расхождений с Герцлем, вместе с единомышленниками создает Демократическую фракцию внутри сионистского движения. В 1903 году Вейцман примкнул к противникам «плана Уганды», предполагавшего создание временного еврейского национального центра вдали от Эрец Исраэль. В 1910 году он становится подданным британской короны. В эти годы он завязывает близкое знакомство с лордом Артуром Бальфуром, будущим британским министром иностранных дел. Ему удается убедить Бальфура в правоте идеи еврейского национального дома на Земле Израиля. «Декларация Бальфура» способствовала тому, что Вейцман стал наиболее популярным среди лидеров сионистского движения и одним из признанных вождей еврейского народа.
В 1947 году в составе еврейской делегации он принял активное участие в работе Генеральной Ассамблеи ООН, обсуждавшей проблему раздела Палестины на два независимых государства – еврейское и арабское. Именно заслугой Вейцмана считается включение пространств Негева в территорию предложенного ОНН еврейского государства и обеспечение признания Соединенными Штатами новопровозглашенного Государства Израиль.
В феврале 1949 года Вейцман избран первым президентом Государства Израиль, за создание которого он последовательно выступал в течение нескольких десятилетий. Хаим Вейцман всегда верил, что, несмотря на враждебное арабское окружение, Израиль станет процветающим государством.

Выражаю благодарность за помощь в составлении статьи начальнику методического центра Анат Фуксельбаум и экскурсоводу Дома-музея Хаима Вейцмана Броне Левак.
Автор: Материал подготовила Хана Рафаэль

Следующая статья· История, Традиции, Джуури
История, Традиции, Джуури 4 мин чтения 909 просмотров

Любителям истории: книга «Феликс Шапиро и горские евреи»

На прошедшей в начале февраля «сэферовской» конференции в Москве доктор исторических наук Лия Микдаш-Шамаилова провела презентацию своей книги «Феликс Шапиро и горские евреи».

СРедакция СТМЭГИ

На прошедшей в начале февраля «сэферовской» конференции в Москве доктор исторических наук Лия Микдаш-Шамаилова провела презентацию своей книги «Феликс Шапиро и горские евреи».
Феликс Львович Шапиро (1879–1961) более известен как автор первого и единственного в СССР иврит-русского словаря и преподаватель иврита в Высшем дипломатическом корпусе в Москве – и менее как человек, проработавший с 1913 по 1923 годы в синагоге «Талмуд-Тора» в Баку учителем и заведующим еврейскими школами, в том числе теми, в которых учились горские евреи.
Все эти 10 лет он часто ездил в экспедиции в Кубу, Дербент и другие места проживания горских евреев, делал записи об их жизни. Прочитав их, я пришла к выводу, что интерес автора к нашему народу был не только научными, но и личным. Шапиро очень интересовал вопрос происхождения горского еврейства. Он постоянно пишет о горских евреях как о людях, находящихся с ним в безусловной родственной связи и являющихся одной из ветвей еврейства.
Да, они другие, они отстали от своих европейских единоверцев в социально-экономическом развитии, научном отношении, не скрывает он, но у него не найдете и тени сомнения в еврейской генеалогии горских евреев.
В своих работах Шапиро доказывает, что база, как бы «нижний пласт», у горских евреев – еврейский, а всякие суеверия и поверья – это последующие «наслоения», заимствованные у местных народов в результате многовекового соседского проживания.
Шапиро пишет о почтении нашего народа к священному языку. Современники его – горские евреи 100 лет назад обучали своих сыновей древнееврейскому языку с 5–6-летнего возраста. В маленькой Кубе было 11 синагог, 14 хедеров – учебных заведений для изучения священного языка Торы и Талмуда. И ученый общался со своими горско-еврейскими современниками именно на этом древнееврейском языке.
Тысячелетиями горские евреи не отступали от веры своих праотцев (предков), храня убеждение, что именно она защищает их от врагов, а не наоборот, приносит страдания. Никогда они не видели в своем происхождении источник своих несчастий, у них даже мысли не возникало поменять веру предков с целью облегчения своей доли на религию соседних народов – мусульман или христиан. Несмотря на множественные деловые контакты с представителями окружающих народов, в личной жизни они старались обособиться, не смешаться с иноверцами. В этой связи Шапиро пишет о наших сказках и легендах, которые выглядят преувеличено суровыми, сгущающими краски. Например, в сказании о еврейской девушке и мусульманском юноше народная мудрость предпочитает погубить их, нежели оставить жить и обрести счастье, пусть и в лоне другого народа. Цель понятна: запугивание горских евреев, что наказание за грех отступничества от веры и правильного принятого пути неминуемо.
В книге Шапиро есть и рассказы о происхождении кварталов Еврейской Слободы в Кубе. Производит впечатление рассказ о появление квартала Мизрахи (Восточный), когда люди, снимаясь со старого места проживания и переселяясь к своим, в Слободу, разобрали по камням стены синагоги и именно из них сложили новую синагогу на новом месте. Настолько в этих людях было сильно почитание своей веры, что даже камни им были дороги, даже их они не могли бросить и уйти!
Шапиро не простой бесстрастный наблюдатель жизни горских евреев. Посмотрите, как романтичны и красивы его строки: «Каким-то мановением волшебной руки Истории здесь много веков назад все застыло и окаменело, чтобы предоставить будущим поколениям возможность наблюдать прошлое на натуре настоящего…»
Кстати, важный факт: в своих работах Феликс Шапиро ни разу (!) не называет горских евреев «татами».
Предисловие к книге, написанное Лией Микдаш-Шамаиловой, пронизано огромной любовью к своей общине и к ее прошлому. Не скрою, что некоторыми своими высказываниями Лия меня немного заинтриговала. «Я уничтожила три предложения, 26 слов…», – не скрывает историк. Почему при бережном отношении к записям Шапиро и уважении к его личности она это сделала?
Чем был вызван такой поступок – «закрашиванием» истории или всего лишь стиранием какой-то, например, досадной ошибки Феликса Шапиро, что тоже случается в истории? Может, она должна была их оставить и дать к ним свой комментарий? Надеюсь получить ответ на этот и другие вопросы, которые возникли у меня после прочтения книги, в интервью с самой Лией.
На мой взгляд, этот труд будет еще переиздаваться, но уже дополненный научными комментариями Лии Микдаш-Шамаиловой. Однако в любом случае эта книга – ценный подарок всем любителям и знатокам еврейской и горско-еврейской истории.

Автор: Материал подготовила Тамара Рафаилова