Галь Гадот имеет право играть Клеопатру
Больше всего их бесит то, что евреи-ашкеназы, как Галь Гадот, играют (в прямом и переносном смысле) ЛЮБУЮ роль на Ближнем Востоке
В начале недели стало известно, что Галь Гадот, израильская актриса, обретшая мировую известность благодаря фильму «Чудо-женщина», будет играть Клеопатру в одноименном байопике.
Новость о приглашении Гадот на роль египетской царицы была с возмущением встречена как со стороны самозваных «прогрессистов», так и со стороны широких слоев арабского и мусульманского сообщества. Вскоре Интернет заполнился обвинениями в адрес Галь Гадот за ее якобы «обеление» «арабской» роли.
Главный аргумент недоброжелателей Гадот состоит в том, что, взяв ее на роль «египетского фараона», Голливуд снова отдает «белым» актрисам приоритет перед «цветными» и позволяет первым высокомерно выставлять себя напоказ в ролях персонажей, принадлежащих к иным расам, в то же время отказывая в этом «цветным актрисам», которые, по их утверждению, гораздо лучше подходят для таких ролей. Выбор Гадот трактуется как еще один пример «европейского высокомерия по отношению к востоку» и «присвоения достижений коренных культур».
Каждое из подобных обвинений не просто нелепо, но также антиисторично и содержит в себе признаки антисемитизма.
Итак, давайте расставит точки над i.
Во-первых, Клеопатра не была арабкой. Она была египетской царицей (фараоном), правившей в 51-30 гг. до н.э. То есть она умерла по крайней мере за 600 лет до того, как арабы впервые заселили и колонизировали Египет.
Клеопатру даже нельзя назвать коренной египтянкой. Она принадлежала к династии Птолемеев, основанной Птолемеем I Сотером из Македонии за восемь поколений до ее рождения. Она была не египтянкой, а скорее этнической гречанкой частично персидского и ассирийского происхождения (последнее является результатом смешения с Селевкидами).
Во-вторых, Галь Гадот, как ашкеназская еврейка, происходит от древнего населения Палестины, то есть имеет левантийско-ближневосточные корни. Левант и Греция являются частью Восточного Средиземноморья, хотя первая из этих областей, безусловно, прочно занимает восточный конец спектра. Тем не менее фенотипическая граница между левантийцами и любой из вышеупомянутых групп колеблется от узкой до несуществующей.
Так что речь идет о приглашении одной левантийки с Ближнего Востока на роль другой обитательницы Восточного Средиземноморья. Очевидно, что обвинения в адрес Галь Гадот не бросают тень на актрису, а лишь демонстрируют историческую безграмотность ее хулителей, их антисемитизм и принятие арабских колониальных догм. Что понимается под этим? Считается, что, поскольку арабы так долго доминировали в регионе Ближнего Востока и Северной Африки (за исключением Персии и Турции), они практически «владеют» всем регионом со всеми его разнообразными историями и культурами.
Древний Египет? «Это арабы».
Древняя Ассирия? «Это арабы».
Древний Израиль? «Это тоже арабы».
Древний Карфаген? «Это чисто арабское царство».
Ассирийцы, египтяне, финикийцы, копты? «Они арабы».
Евреи? «Они арабы. Или же белые самозванцы из Европы, которые на самом деле к древним евреям отношения не имеют».
Способны ли западные «прогрессисты» признать, что приведенные выше заявления являются проявлениями того же колониального мировоззрения, которое распространено среди белых людей на Западе — и что они в основном эквивалентны утверждению, что белые поселенцы в Северной Америке завладели культурой местного коренного населения — можно только догадываться. Но излишне говорить, что арабы — не коренной народ Египта, Ирака, Ливана, Марокко, Израиля и любой части региона Ближнего Востока и Северной Африки, за исключением Аравийского полуострова. Все эти страны, без исключения, стали «арабскими» благодаря колониальным завоеваниям.
Непосредственные потомки древних египтян — копты — являются в своей родной стране преследуемым меньшинством. Точно так же, как ассирийцы сейчас поступают в Ираке, и точно так же, как мы поступали в Израиле до того, как мы вытеснили арабов и восстановили суверенитет над значительной частью нашей страны. Фактически, это было главным катализатором израильско-арабского конфликта: евреи, возвращающиеся из изгнания, присоединяются к своим соотечественникам, которые все еще находились в стране, и положили конец давнему колониальному статус-кво.
Но я отвлекся.
Таким образом Клеопатра не была арабкой, а Галь Гадот никого не «отбеливает». На самом деле Галь Гадот, вероятно, даже менее белая, чем была Клеопатра. Однако я подозреваю, что критики Гадоль Гадот так расстроены не поэтому. Их не возмущает, что израильтянка «обеливает» греков или даже арабов, или наоборот. Их гнев имеет совсем другой источник.
Безусловно, нет недостатка в людях, которые будут рассматривать любой случай, когда актер еврейского происхождения (особенно израильтянин и особенно ярый сионист) играет неунизительную, нестереотипную главную роль как прямое оскорбление. В конце концов, мы евреи. Мы не имеем права на такие же свободы и привилегии, как неевреи. Мы должны помнить свое место и, как говорится, оставаться там.
Но даже это, я думаю, только половина проблемы. Есть еще одна, более серьезная проблема, которая беспокоит людей. Хотя любое изображение евреев в положительном контексте не может не возмущать антисемитов, я не думаю, что в этом корень проблемы.
Больше всего их бесит то, что евреи-ашкеназы, как Галь Гадот, играют (в прямом и переносном смысле) ЛЮБУЮ роль на Ближнем Востоке. Это становится очевидным, если учесть, что эти обвинения в «обелении» предъявляются людьми, которые не признают законность присутствия евреев-ашкеназов на Ближнем Востоке и никогда не изменят своей позиции.
Выбор «белых» евреев-ашкеназов на роли людей ближневосточного происхождения подтверждает, что на самом деле мы вовсе не белые, напротив, имеем ближневосточные корни. А из этого следует, что сионизм не является и никогда не был поселенческо-колониальным проектом и что еврейское государство Израиль на 100% является легитимным. Учитывая, что вектор прогрессивной арабской и мусульманской политики за последние 60 или около того лет был резко антисионистским, признание любой из этих вещей является полнейшим табу для многих людей.
Я уже много раз говорил об этом, но сейчас стоит повторить: идеология антисемитизма не сможет выжить, если концепция коренного европейского происхождения ашкеназов будет опровергнута. И утверждение Галь Гадот на явно ближневосточную роль пугает их именно по этой причине.
Их логика заключается в том, что если они смогут успешно делегитимизировать право евреев-ашкеназов играть других ближневосточных персонажей, они станут на один шаг ближе к делегитимации всего сионистского проекта и, соответственно, права еврейского народа на самоопределение в Израиле. Не сомневайтесь ни на миг, что эти две проблемы не связаны; что отказ признать право Галь Гадот на эту роли не является проекцией более широкого отказа признать права евреев как коренного народа Ближневосточного региона.
Короче говоря, эти конкретные обвинения в «отбеливании» — на самом деле просто еще один способ сказать, что евреи-ашкенази (то есть евреи, которые провели в изгнании в Европе), такие как Галь Гадот и я, не имеют настоящих корней на Ближнем Востоке и не имеют к нему никакого отношения. В противном случае она бы не столкнулась с этими обвинениями.
Конечно, можно вспомнить множество «белых» актеров-ашкеназов, которые регулярно играют роли выходцев из стран Ближнего Востока и Северной Африки без каких-либо проблем. На ум сразу приходят Одед Фоер, Саша Барон Коэн, Грант Хеслов и многие другие, хотя я догадываюсь, что для них это допускается только потому, что они выглядят настолько «ближневосточными», что никто даже не догадывается об их «ашкеназскости». Зрители просто предполагают: «О, они должны быть арабами, или сефардами, или кем-то еще», тогда как они, вероятно, так же быстро бросили бы те же обвинения в их адрес, если бы знали, что они ашкеназы.
Горькая ирония состоит в том, что те самые люди, которые якобы больше всего поддерживают усилия по деколонизации, также наиболее активно выступают против того, чтобы Гадот играла Клеопатру. Является ли деколонизация чеком, который евреи-ашкеназы не имеют права обналичить? Видимо так и есть. Мы систематически лишаемся наших собственных корней, лишены возможности быть самими собой и не имеем права собственности на наши истинные корни и на то, откуда мы на самом деле пришли.
Правда в том, что между евреями-ашкеназами и населением Ближнего Востока нет «расовой пропасти». Евреи-ашкеназы — это жители Ближнего Востока. Галь Гадот не чешка, не полька, не русская. Наши корни не в Восточной Европе. Нас сослали в эти места. Белые европейцы нам не «кузены». Они наши колонизаторы. Во всяком случае, сказать нам, что мы не должны играть представителей других этнических групп из нашего региона и что нам разрешено играть только наших колониальных захватчиков, — это самый наглый акт «отбеления», который только можно вообразить.
Проще говоря, если вы не можете согласиться с тем фактом, что этнические евреи (в том числе ашеназы) происходят с Ближнего Востока, и что актрисы-ашкеназки, такие как Гадот, исполняя роли представителей этносов Ближнего Востока или Восточного Средиземноморья, совершенно естественны, вы не прогрессист и не противник расизма, а просто антисемит.
Times of Israel, перевод Ильи Амигуда
Израиль должен изменить стратегию борьбы с коронавирусом
Ради спасения экономики правительство должно принять политику, основанную на предположении, что быстрого конца пандемии не будет; вместо своих сегодняшних действий оно обязано, защитив уязвимых, позволить бизнесу работать.
Ради спасения экономики правительство должно принять политику, основанную на предположении, что быстрого конца пандемии не будет; вместо своих сегодняшних действий оно обязано, защитив уязвимых, позволить бизнесу работать.
В области науки и техники четко сформулированная проблема приводит к успешному решению. Это общепризнанная истина.
Разногласия, которые мы все наблюдаем в настоящее время среди ученых и врачей по поводу борьбы с пандемией коронавируса, в первую очередь связаны с отсутствием обсуждения того, какую именно проблему мы надеемся решить.
Предположим, что вакцины от коронавируса не будет. Будем ли мы продолжать сглаживать остроту ситуации, время от времени и до конца времен вводя ограничения? Скорее всего, нет.
Теперь предположим, что вакцина станет доступной для всего израильского населения в течение какого-то срока.
Но варианты отсутствия и наличия вакцины только через 18 месяцев окажут влияние на нашу экономику и наше общество.
Теперь давайте рассмотрим базовую концепцию теории игр: есть игры, которые конечны, а есть, которые бесконечны.
Цель конечной игры – обыграть противника и довести игру до конца. В бесконечной игре цель – остаться на игровой доске, и окончательной победы не существует.
В случае пандемии жизнь в тени вируса, который может оставаться в нашем мире бесконечно долго, и есть бесконечная игра.
Другими словами, это означает принятие стратегии, которая предполагает, что не будет вакцины, коллективного иммунитета или любого другого решения, которое могло бы победить COVID-19.
Люди в масках на иерусалимском рынке Махане Иегуда. Фото: AFP
Правительство Израиля приняло стратегию конечную: разрыв цепочек заражения с помощью эпидемиологического отслеживания и локальных блокировок. Эта стратегия получила название «светофор»: области страны определяются как красные, оранжевые, желтые или зеленые в зависимости от уровня заражения.
Пока это успехом не увенчалось. Чтобы разорвать цепочку заражения, когда ежедневное количество заболевших исчисляется тысячами, требуется система отслеживания, которой до сих пор нет в Израиле.
Даже если Израиль действительно внедрит подобную систему, уровень сотрудничества со стороны широкой общественности все равно будет неизвестным фактором – в готовности людей пройти тестирование, в готовности подвергнуться социолого-эпидемиологическим исследованиям, которые могут повлечь за собой карантин. Тем более что исследования показали, что до 46% израильтян отказываются сотрудничать с эпидемиологами.
Молодые люди часто игнорируют тревожные симптомы и не указывают тех, с кем были в контакте, беспокоясь за свои средства к существованию и полагая, что вероятность серьезного заболевания и особенно смерти среди их сверстников очень мала. Вместо этого они ждут, пока эти симптомы не усилятся или не исчезнут.
Карантины также показали себя неэффективными, и, учитывая характер израильтян, нет оснований полагать, что общественное отношение к ним изменится.
Так какая же альтернатива?
Мы должны определить максимальное количество зараженных, которое можем допустить, сохраняя при этом функционирующую экономику.
Опора на тех, кто не подвержен риску, позволит экономике функционировать.
Магазины закрыты. Иерусалим. Фото: Amit Shabi / Ynetnews
Основное различие между этими двумя стратегиями согласно теории игр – это уровень сотрудничества, которого можно ожидать от общественности.
Приняв бесконечную стратегию и ожидая, что вирус будет с нами в течение длительного периода, мы сможем защитить уязвимых членов общества, а остальная часть населения, понимая опасность для экономики и своих доходов, будет более склонна придерживаться ограничительных директив.
Например, в этом случае широкая общественность однозначно поддержит директиву по ношению масок в закрытых помещениях, но не на воздухе, и запрет на массовое скопление людей в любых местах.
Но если конечная стратегия, принятая правительством, останется неизменной, то могут возникнуть нереалистичные ожидания, что заражение снизится, а экономике будет наноситься бесконечный ущерб.
Ynet, перевод Марии Якубович




